— Что это было? — Хоук пришла в себя и принялась совать рассыпавшиеся стрелы в колчан.
Корифей чуть помедлил.
— Выброс магии из-за утомления, такое случается с магами… когда у них недостаточно самоконтроля.
— Это опасно?
Корифей едва удержался от того, чтобы не усмехнуться и ничего не ответил.
Хоук собиралась сказать что-то еще, но Корифей остановил ее, поднявшись и направившись прочь от костра.
— Скоро вернусь, — без выражения повторил он слова кунари.
Он чувствовал, что время на исходе. Битва с эльфами истощила его. Корифей остановился под сухим деревом. Леса все больше редели, уступая пустыне. Он осторожно прикоснулся к лицу. Ныла левая скула с виском и полголовы в придачу. Словно мало ему было раны в груди! Скула болела слабо, но даже слабая боль отвлекала и раздражала. За последние дни она доконала настолько, что хотелось рычать. Лучше бы десятилетиями еще слушал песнь лириума в крови.
Ему казалось, что осколок доспеха, застрявший в черепе, давит все сильнее с каждым часом. От него расходилось воспаление, почти не видное из-за изуродованной плоти. Корифей крепко сжал осколок пальцами. Он думал, будет сложно.
Кусок брони длиной двадцать сантиметров вышел из плоти с тихим хлюпаньем. Левая половина лица на несколько секунд онемела, а в глазах потемнело. Когда осколок упал из руки на траву, все прошло. По коже стекало что-то горячее. Корифей стер жидкость и увидел на руке кровь, почти черную от скверно пахнущего гноя.
Хоук хватило здравомыслия не задавать вопросов, когда он вернулся. Инквизитор так и вовсе не смотрела ни на кого, усиленно делая вид, что рассматривает карту.
— До крепости недалеко, — она с ожесточением запихнула свиток в сумку и поднялась. — До рассвета осталась пара часов, выходим сейчас.
Они собирались поставить последний столп в крепости недалеко от Вейсхаупта. Древняя тевинтерская постройка стала приютом для сотен измученных пытками душ пленников. Landem himre. В переводе с Тевене — «Земля покоя». Поэтичное название дал ей несколько сотен лет назад один ученый. Здесь он проводил опыты на людях, эльфах и кунари, за которые его не пожелали видеть даже в родной империи. Все подопытные обладали магическим даром. Никто до сих пор не знал, чего хотел добиться тот ученый. Все считали его сумасшедшим. Корифей считал, что он мог достичь чего-то великого. Только самыми безумными методами можно прийти к цели. В конце концов, даже их неудачное проникновение в Черный Город стало достижением. Жаль, после того мир обрел такой страх перед магией, что перестал понимать, чего они смогли с ее помощью достичь. Проникнуть в недостижимый ныне дворец лже-бога — даже случившаяся затем неудача не сделала случившееся менее величественным.
Путь до крепости занял полдня.
Едва они перешагнули ее порог, как Инквизитор принялась морщиться на каждом шагу. Завеса так истончилась, что, казалось, духов за ней можно потрогать руками. Корифею они не доставляли неудобства, но Адаар явно слышала каждый шорох и шепоток. Быть может, ей не стоило сюда идти. Но она этого не знала. Никто не знал, кроме Корифея. Он буквально чуял в ней гниль, чужое шевеление, жар и пока еще слабый чужой голос. Необычное у них двоих появилось сходство. У обоих шансы дожить до победы над Фен’Харелом таяли с каждым днем.
— Как думаете, эльфы еще нас нагонят? — Хоук дергалась от каждого звука, крепче сжимая пальцы на окончании стрелы.
— Тихо! — поднял руку Корифей.
— Я что-то чувствую, — прошептала Инквизитор. — Демоны?
Всполохи магии доносились сверху. Словно от сражения. Кто-то сражался, но не с ними, и это напрягало.
— Я пойду первой! — Инквизитор ринулась к выглянувшим из-за поворота ступеням.
Корифей стиснул зубы. Ему было все равно, в какой именно момент Адаар умрет, но неосторожным поведением она подставляла всех. Хоук неслышно и быстро пошла вперед, не спеша стрелять во все, что движется. Как не похоже на нее. Корифей наслал на себя чары невидимости, чтобы ударить сразу, будучи незаметным, и поднялся на второй этаж следом за всеми.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Наверху бушевал Гордыня и шесть демонов Отчаяния. Последние отличались крупными размерами. Наверное диета из замученных душ пленников пошла им на пользу. Инквизитор крутилась в самом центре сражения. Хоук засела в углу. А еще с демонами дрались двое эльфов, один из которых был в униформе Серых Стражей. Корифей бросил на спутников и себя щит и заполонил огнем всю комнату. Когда пламя рассеялось, оказалось, что один из эльфов тоже наколдовал щит. Трое демонов Отчаяния медленно приходили в себя, а Гордыня так и вовсе оправился быстро, хоть и стал нерасторопнее из-за ран. Остальных смело. За несколько мгновений Хоук всадила в демонов остаток стрел. Инквизитор пронзила Гордыню духовным зарядом. Корифей собрался было заняться эльфами, но вдруг один из них скинул капюшон, и под ним оказалась черноволосая девушка с нестертым валласлином. Она взвизгнула:
— Мариан!
— Мерриль! — Хоук, бросив оружие на пол, побежала той навстречу.
9. Хоук. Последняя битва
— Она моя подруга! Ты же слышала о ней!
Хиира не спустила с Мерриль напряженного взгляда, даже после того, как та аккуратно положила посох на каменную лавку. Корифей молчал в стороне. Наверняка жалел, что все чужаки не померли, когда он шарахнул огнем. Если б на Мерриль осталась хоть царапина, Мариан бы себя не пожалела — полезла на магистра даже с голыми руками. Серый Страж — эльф с каштановыми волосами, заплетенными в хвост, чистил меч, изредка поглядывая на собравшихся. Хиира говорила, что Стражи — союзники, но Мариан ничего не слышала о том, что для них нормально реагировать на древних магистров-порождений тьмы так, будто они видят их каждый день. Эльф удостоил Корифея всего одним коротким взглядом. И в том взгляде не читалось ни удивления, ни страха.
— Слышала, — Хиира еще немного покусала губы. — Ладно, прости меня, — она криво улыбнулась. — Мерриль, значит. Что ты тут делаешь?
— Мы вас искали! — та еле оторвала взгляд от Корифея. — Я столько времени пыталась отыскать Мариан в Тени… Связывалась с духами… — она запнулась, — и не только. — Я знала, что она жива, но недавно выяснила, что ей удалось выбраться. Ну, а живого-то найти проще!
— А потом она встретила меня, — неожиданно дополнил Страж. — я отправился из Вейсхаупта по делам, но решил присоединиться, услышав, что речь о Защитнице Киркволла. Тем более, нам было по пути.
— Какой альтруизм, — протянул Корифей, — сходу решил помочь незнакомке из народа, который хочет уничтожить весь мир.
— Мы на вашей стороне, — лицо Стража не изменилось.
Он странно это произнес. «На вашей». Услышав его слова, Мариан отчего-то подумала совсем не об объединенных войсках. Эльф без выражения смотрел на Корифея.
— Не первый раз в жизни разумное порождение тьмы видишь? — Мариан не удержалась от язвительного тона.
Пусть теперь выкручивается.
Корифей смерил ее таким неприязненным взглядом, что Мариан ощутила, будто ее тело пропускают через мясорубку. Она сглотнула. Кажется, намеки на связь с сородичами по скверне его не слишком радовали. Эльф встал, оставив меч лежать на земле. Медленно поклонился, словно аристократ какой, а не долиец.
— Простите. Мне стоило разъяснить все заранее. Меня зовут Инайя. Из крепости меня отправила лично Страж-Командор Табрис.
— Героиня Ферелдена в Вейсхаупте? — нахмурилась Хиира. — Почему она не сражается вместе с остальными Стражами?
— Командор уже много лет занимается поисками лекарства от скверны, — Инайя наклонил голову, избегая взгляда Хииры, — Она не может бросить исследования, потому что… от этого зависит ее собственное здоровье.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Так она заражена скверной? — Мариан сказала это больше для того, чтобы успокоить Хииру.
Все хорошо, леди Инквизитор, конечно, если вы не гоните на войну еще и больных с инвалидами.
— К несчастью, — бесстрастно ответил Инайя.
— Какой приказ ты выполнял? — Корифей сверлил эльфа взглядом, положив локоть на кисть другой руки.
