бы я не знал, то подумал, что у Синтии есть все основания параноить, что ты всё ещё хочешь Райли, — заметил Тао. — Но Райли из тех женщин, которые могут залезть парню в голову и остаться там, правда? — Он сделал шаг к Сойеру. — Я бы хотел поделиться забавной историей. Прошлой ночью я вышел на пробежку в волчьем обличье. А когда вернулся, то немного… отвлёкся на Райли, и только потом вспомнил, что оставил вещи на полу. Пошёл забрать, но их там, за исключением обуви, не оказалось. А потом я увидел это. — Тао указал на дерево, где на ветвях висели обрывки его одежды.
Сойер вздохнул.
— Я не рвал твою чёртову одежду.
— Я тебе верю. Поначалу я подумал, что это мог быть ты, но теперь вижу, как тебя раздражает сама мысль обо мне и Райли. Если бы прошлой ночью ты был снаружи, пока была открыта задняя дверь, и видел, как я трахал Райли на полу в кухне, ты бы сделал куда больше, чем разорвал мою одежду. Ну, или хотя бы попытался.
Сойер зарычал, глаза вспыхнули, когда ворон на мгновение перехватил контроль. Птица явно также была немного одержима Райли.
— О, гнев, гнев, — прорычал Тао. — Бьюсь об заклад, если бы прошлой ночью не было дождя, на этих лохмотьях остался бы запах твоей девушки. — Конечно, это могла сделать и Ширли, но чутье Тао говорило об обратном. — Тебе нужно с ней разобраться.
— Синтия прошлой ночью была со мной.
Тао приподнял бровь.
— Всю ночь? — Сойер не ответил, и Тао усмехнулся. — Я так не думаю.
Сойер шагнул вперёд.
— Ты взял Райли на полу в кухне? Позволь у тебя кое-что спросить. А ты брал её в душе? В ванне? У стены? Скажи, что ты хотя бы нагнул её…
Тао жёстко врезал кулаком ублюдку в челюсть.
— Что здесь, чёрт возьми, происходит? — подбежала к Тао Райли. Её так шокировало, что Тао ударил Сойера, что она едва не выронила неоткрытую банку Маунтин Дью.
Сойер улыбнулся, облизнув разбитую губу.
— Вот он гнев, правда, Лукас? — самоуверенно подначивал он. И тогда Тао понял, что ублюдок хотел вывести его из себя.
— Что ты, чёрт возьми, ему сказал? Он был в порядке, когда я уходила, — потребовала Райли объяснений у Сойера. Тот, по-прежнему улыбаясь, невинно пожал плечами.
— Знаешь, Райли, смотри, чтобы он никогда не сорвал на тебе свой гнев.
Тао ринулся на него.
— Ах, ты сукин…
Райли быстро вклинилась между, упёрлась руками в грудь Тао, оглянулась на Сойера и прорычала:
— Придурок, убирайся отсюда к чёртовой матери!
Довольный вызванной реакцией, Сойер начал пятиться.
— Раньше ты мне говорила куда более приятные слова.
Тао зарычал, выхватил банку газировки у Райли и швырнул в Сойера, но тот увернулся и исчез в лесу.
Райли посмотрела на Тао.
— Ну и что это, блин, было?
— Он провёл меня по своим воспоминаниям, — процедил Тао сквозь зубы. — Рассказал, как брал тебя в душе, в ванне, у стены…
— Нет, не было такого, — нахмурилась Райли. — Он почувствовал, что тебя легко вывести из себя, поэтому и спровоцировал. К сожалению, это сработало. Сойер, наверное, хочет, чтобы я не чувствовала себя с тобой в безопасности.
Внезапно Тао оказался рядом с ней.
— Давай кое-что проясним, — пробубнил он. — Я могу быть подлым ублюдком, у меня дерьмовый характер и мне наплевать на чувства людей вокруг. Это означает, что я буду огрызаться, бесить тебя и даже орать, но я никогда и пальцем тебя не трону. Никогда.
— Я это уже знаю, — заверила его Райли. — А теперь ты можешь успокоиться?
— Чертовски тяжело это сделать, когда я в своей голове вижу тебя с ним.
Бросив печальный взгляд на банку на траве, которая распрыскивала драгоценную жидкость, Райли вздохнула.
— Ты действительно её кинул?
— Что ж, некоторые люди так и просят банкой в голову. Банкой размером с лодку. Или просто лодкой. А лучше круизным лайнером.
— Трудновато поднять круизный лайнер. Вообще-то, невозможно. Если только ты не супермен. А ты не супермен. Ты не летаешь, и у тебя нет плаща. А ещё у тебя нет рентгеновского зрения и умения стрелять лазерными лучами из глаз, а обе эти способности довольно крутые.
Он бросил на неё раздражённый взгляд.
— Почему мы вообще говорим о супермене? — закричал Тао.
— Потому что это тебя отвлекает!
Тао сделал глубокий вдох. Очень-очень глубокий.
— Мне нужен кофе. Потом еда.
— Макс и Итан только что пригласили нас на черничные блинчики. Их домик всего в нескольких минутах ходьбы. Я уже готова идти, если ты готов. — Райли что-то заметила и нахмурилась. — А что это на дереве?
Под ярким солнцем Тао последовал за Райли по извилистой, неровной грунтовой тропинке, любуясь захватывающими дух видами красных скал, высоких пиков, каньонов и гор. Над головой кружили хищные птицы. По кустам прятались мелкие животные. Тао слышал журчание ручейка и белый шум водопада.
Как и волк, Тао находил виды и запахи природы расслабляющими, но тяжело расслабиться, когда рядом витал знойный запах Райли, который затмевал запахи диких цветов и сухой земли.
Теперь, когда они приближались к домику её дядь, Тао мог видеть, как пара расставляет тарелки на столе на улице. Тао сжал руку Райли.
— Похоже, мы завтракаем снаружи.
— Им нравится завтракать на улице, — ответила она.
Тао внутренне вздохнул от её ровного тона. Он надеялся, что она к этому времени успокоилась. От выкидонов Синтии она разозлилась больше него. Тао потребовалось добрых двадцать минут, чтобы убедить Райли, что не стоит врываться в дом Синтии и требовать от неё объяснений. Волк тёрся о кожу Тао изнутри, желая успокоить свою женщину.
— О чём думаешь? — спросил Тао, обходя ягодный куст.
— Думаю о том, что не стоило поддаваться на твои уговоры, а просто пойти к этой стерве и разорвать в клочья её шмотки. — Райли прихлопнула комара. — А ещё мне не нравится, что она видела, как мы трахались.
— Она любит распускать сплетни?
— Зависит от ситуации. А что?
— Если она начнёт распускать слухи о том, какой у меня большой член, у тебя может появиться конкуренция, даже несмотря на то, что я засранец. — Как Тао и надеялся, Райли рассмеялась — хриплый смех из самого сердца, который заставил его улыбнуться.
— Твоя самоуверенность меня беспокоит.
— Не стоит. Я с ней справлюсь.
Пара подошла к столу на террасе. Итан встал и поцеловал Райли в щёку.
— Доброе утро, милая. Доброе утро, Тао.
— Доброе, — с улыбкой ответила Райли. Тао лишь кивнул в знак приветствия.
Макс сидел, развалившись в кресле.
— Я
