class="p1">— Довольна? — рычу на нее из вредности. Знаю, что ни в чем не виновата, но все же только она во всем и виновата.
— Что? — Таисия удивленно округляет глаза.
— Кофе я хотя бы могу попить? — огрызаюсь инстинктивно, делаю знак официанту и заказываю себе кофе и горький шоколад.
— Я не понимаю… — Тася растерянно хлопает ресницами, вызывая у меня улыбку.
— Нормально все, — смягчаюсь, признавая полную капитуляцию. — Не бери в голову.
Таисия утыкается в телефон и рассматривает фотографии. Пью кофе, стараясь не мешать ей, но все же не выдерживаю. Любопытство распирает меня изнутри, а издалека не видно.
— Покажешь?
Тася поворачивает экран ко мне. На снимке она и Соня. Улыбаются. Такие счастливые… В груди непривычно давит и трудно дышать. Чужое счастье болезненно отзывается во мне, потому что я не знаю, что это такое…
— Почему ты не замужем? — прямо спрашиваю я, поддавшись эмоциям.
— Почему тебя это интересует? — Таисия напрягается и отдергивает руку с телефоном обратно.
Черт. Косяк. Не знаю, что сказать. Как-то случайно вышло. Быстро ищу годную отмазку.
— Актуально в связи с последними событиями… — с деланым равнодушием пожимаю плечами. — Преимущество… все дела…
Тасю неожиданно устраивает мое объяснение. Она грустно улыбается и обнимает себя ладонями, словно замерзла.
— Замуж выходят, когда молодые и любовь кипит в крови вместе с гормонами, а с возрастом уже приходит понимание, что это лишние сложности… Под кого-то подстраиваться, с кем-то уживаться… нет уж, — качает головой Тася.
— Интересная теория, — откидываюсь на спинку, прищуриваюсь и рассматриваю ее. Не вяжется все воедино. — А дети?
— Сонечка мой ребенок, — улыбается она. При упоминании девочки ее лицо расцветает, а глаза загораются каким-то особым цветом.
— А если серьезно?
Чувствую, что недоговаривает мне что-то, но что, понять пока не могу. Таисия закрывается от меня и не желает продолжать тему.
— Как-то не получилось… — отговаривается небрежно и меняет тему. — А твоя семья? Жена, дети?
— Нет у меня никого, — хмыкаю я. — Моя семья — это работа.
— Она делает тебя счастливым?
— Счастливым? — задумываюсь. Хороший вопрос, никогда им не задавался. Да и не знаю я, что значит счастье.
— Она дает мне не сойти с ума, — говорю вслух и добавляю про себя: «От тоски».
— В чем тогда смысл?
А-а-а. Сковырнула что-то в моей душе. Нервно сглатываю и стискиваю зубы. Больно, черт возьми.
— Пора, — говорю я, глядя на часы.
На самом деле еще рано, но продолжать этот разговор нет сил. Трусливо сбегаю сам от себя. Отставляю чашку в сторону и кладу на стол деньги за обед.
Таисия уже ждет меня. Идем к выходу. Помогаю ей сесть в машину и пристегнуться. Сам сажусь за руль и вбиваю в навигатор название гостиницы.
— Думаешь, у нас получится? — Она волнуется, и ее волнение вибрациями доходит до меня. А должно быть наоборот. Где-то я не доработал. Надо исправляться.
— Обязательно, — уверенно отвечаю и улыбаюсь ей. В любом случае Соня станет ее дочерью. Я в этом не сомневаюсь и сделаю все возможное, чтобы помочь им воссоединиться.
— Спасибо тебе. — Тася благодарно улыбается, а мое сердце с размаха врезается в ребра. Еще чего не хватало… Хмурюсь и плавно трогаюсь с места.
Глава 16 Таисия
Вот уже несколько минут сидим в холле гостиницы. Алексей предусмотрительно держит меня за руку и несильно сжимает в знак поддержки. Смотрю на него с благодарностью и стараюсь дышать ровнее. Волнуюсь так, что голова кружится.
Они напротив. Пара. Сразу видно, обеспеченные. Мужчина чуть старше и спокойнее, женщина эмоционально жестикулирует. Говорят на английском, но я не понимаю и половины, Алексей переводит мне. Скорее всего, не все, а только суть. Но и на том спасибо.
— Они уже проконсультировались с представителями власти и врачами. Девочке предстоит очень сложная операция. Очень дорогая операция. — Алексей запинается, сильнее сжимает мою руку и продолжает: — Они считают, что Соне очень повезло, так как они готовы все оплатить и не понимают, в чем проблема?
Судорожно вздыхаю и смотрю на них. Они словно из другого мира. Такие богатые и успешные. Гордеев такой же. А я белая ворона среди них. Деньги, деньги… может, они правы и я не имею права лишать Соню шанса стать здоровой? Ну откуда у меня деньги на операцию? Но, может, не это главное?
— Это я им сказал, что мы не собираемся никого удочерять. Я же не знал, Тась. — Голос Гордеева становится виноватым. — Я сказал, что мы не пара и просто волонтеры.
Нет, он не виноват, что так вышло. Конечно нет, не думаю, что их бы остановило наличие других претендентов на девочку.
— Но теперь они знают… пусть откажутся от Сони, — смотрю ему в глаза и нервно кусаю губы. Алексей хмурится, но все же что-то говорит им.
— Они не хотят. — Он цедит сквозь зубы, начиная злиться. Не знаю этого, но инстинктивно чувствую опасность, исходящую от него. Гордеев, словно хищник, выжидает, чтобы потом нанести сокрушительный удар. — Соня им очень понравилась, и они готовы уделять время, чтобы получше узнать и привыкнуть друг к другу, пока будет проходить процедура удочерения.
— Нет. Так нельзя… — качаю головой, когда до меня наконец доходит смысл сказанного. — Пожалуйста, я прошу вас, не забирайте мою девочку, — умоляю, забыв о том, что они не понимают по-русски. — Есть же другие дети, очень-очень много хороших девочек. Только не Сонечка. Она меня выбрала, понимаете? Она моя дочь, — перехожу на истеричный крик и заливаюсь слезами. Они душат меня и не дают нормально дышать.
Женщина поднимается на ноги и, даже не взглянув на меня, гордо удаляется.
— Они уже все решили, — сухо комментирует Гордеев, а меня словно взрывает от мысли, что если ничего не предприму, то потеряю Сонечку навсегда.
— Подождите, — вскакиваю и бегу за ней. — Ну хотите, я на колени встану?
— Прекрати, — одергивает меня Гордеев и тянет за собой к выходу. — Пойдем.
— Леш, ну так же нельзя, — всхлипываю я и пытаюсь вырваться, но он держит слишком крепко. — Подожди.
— Пойдем, я сказал. Перестань унижаться, — не давая опомниться, тащит
