На момент тот запинается. Как будто ожидал несколько иной реакции. Или злится из-за выказанного “неуважения”. Потом всё же начинает говорить.
— Я знаю, что у тебя сейчас сложная ситуация. Алейна совсем слетела с катушек. Но я могу помочь. Мои люди уже на подходе — вытащат тебя оттуда и переправят в защищённое место. Конечно, пока придётся побыть там, но ты же и так собирался помочь нам из-за появления Твари, правильно?
Задрали. Сукины дети. Грёбанные сучьи выродки. Заморочили мне голову, вбили мысль, что не смогу вернуться домой и оторвать головы всем, кого ненавижу. А теперь продолжают манипулировать. Не удивлюсь, если вьетнамец попросту договорился с Алейной и они хотят переложить меня из одной корзины в другую. Чтобы был целее и не возмущался.
Хер им в глотку и расплавленной меди в зад! Никакого больше сотрудничества на вторых ролях. Тем более я наконец почувствовал силу. А эти идиоты подгоняют сюда всё новые группы одарённых. Когда закончу с ними, мои возможности возрастут, как минимум вдвое.
Глубоко внутри звучит робкий голос, что от такого количества я могу и надорваться, как итог сдохнув в здании этого грёбанного госпиталя или на его руинах. Но он почти сразу меркнет на фоне мощного рёва той части разума, что требует мести и крови.
— Тео, ты ещё здесь? Слышишь меня?
Кривлю губы в ухмылке и решаю, что всё-таки стоит ответить.
— Ты просрал Тварь и свою организацию. Твой мир может развалиться на куски и погибнуть. А вместо того, чтобы консолидировать силы, вы с Алейной пытаетесь доиграть старую партию. Знаешь, я тут подумал и решил, что вы всем скопом можете идти нахер. Я убью Алейну. А если встанешь на моём пути, то убью и тебя. Хочешь помочь? Не путайся под ногами.
Он начинает что-то торопливо говорить в ответ, но я уже вырубаю телефон и убираю его в карман. Прохожусь взглядом по напряжённым лицам остальных. Улыбаюсь.
— Мы выберемся отсюда. А вот те, кто пытается нас достать, нет. Вы главное не попадите под удары техниками и доживите до конца.
Стоящий сбоку от девушек Давден вздыхает и скептически интересуется.
— А дальше? На нас нападает бывший работодатель, верно? Если я всё верно расслышал, ещё одного потенциального союзника ты только что пригрозил прикончить, если станет путаться под ногами. Ну вот убьёшь ты тут всех, а потом?
Вопрос звучит с оттенком лёгкого фатализма. Да и эмоции офицер испытывает похожие — как будто уже смирился со своей участью, но ради проформы интересуется, в какую конкретно форму выльется ожидаемый им ужасный конец.
— Я думал ты служишь стране и людям, а не отдельным личностям, майор. Или забыл, что давал присягу? Те, о ком ты говоришь, проспали вторжение Твари. И боюсь, этот мир на самом деле может быстро превратиться в труху. Всё, что я собираюсь сделать — убить их, дав планете шанс выжить.
Хмурится. Судя по эмоциональному фону, злится. Причём достаточно сильно.
— Присяга? Я хорошо помню её слова. Только вот кому мне тут служить, если каждый первый погряз в коррупции, а за каждым вторым тянется вереница преступлений. Зачем?
Усмехаюсь. Через три дома от госпиталя выгружается новая группа одарённых, а в небе появляется ещё пара штурмовых вертолётов. Интересно, как они объяснят наличие такого количества техники и солдат на столичной окраине? Это же полноценная армейская операция в черте города.
Собираюсь ответить Джоши, но тут он неожиданно добавляет.
— И вообще-то, я уже давно стал подполковником.
Смотря на него, растягиваю губы в ироничной ухмыке.
— Система гниёт, но никто не мешает её очистить. Взять и навести порядок на планете. Тем более, иначе Тварь всё равно не победить.
Вот теперь среди эмоций офицера появляется лёгкий интерес.
— Хочешь подмять под себя весь мир?
Отрицательно покачиваю головой.
— Нахера мне ваш мир? Я соберу отряд, который будет способен выкосить всех врагов, а потом вернусь к себе. Возможно оставив кого-то здесь, чтобы он разобрался с Тварью.
Чувствую бешеное изумление со стороны Сидни. Да и все остальные, если не считать Ранны, здорово удивлены.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Взмахиваю рукой, остановив Фабию и Сидни, которые уже начинают что-то говорить.
— Потом. Сейчас пора действовать.
Перевожу взгляд на Ранну и озвучиваю инструкции.
— Найди помещение, где много металла. В идеале, цельнометаллические стены. Стащи туда всё, что найдётся и выстрой щит. Сплошной, без разрывов. Удерживай его. И постарайся перехватывать ракеты до того, как они будут попадать в здание. Скорее всего ничего подобного не произойдёт, но тебе стоит быть готовой. Когда найдёшь помещение, просто докатите меня туда.
Глаза пялящейся на меня Сидни расширяются и она невольно поднимает глаза к потолку, что-то шепча себе под нос. Согласен — мысль о том, что по зданию, где ты находишься, в любой момент могут долбануть ракетой, это не слишком приятно.
Сам же я возвращаюсь в исходную позицию, запрыгивая на каталку, и прикрыв глаза, ныряю в “чертог”.
Трачу какое-то время на концентрацию. За счёт разных хронопотоков, в этом моменте у меня есть определённое преимущество.
Решив, что уже готов, накрываю куполом своего внимания весь этаж. Это не просто прощупывание находящихся тут разумных. Отнюдь. Сейчас моя сила пронизывает всё пространство, окружая людей со всех сторон. Я могу нанести удар по любому из них. По каждому ублюдку, что окажется в зоне контроля.
Расширяю территорию действия купола, быстро охватив весь корпус госпиталя. Тянусь дальше, добираясь до соседних домов. Чувствую страх гражданских, которых просят немедленно эвакуироваться, настрой бойцов спецназа — им сообщили, что здесь находится крайне опасный преступник-одарённый и непонимание военных — они пока не понимают, зачем их пригнали в Дели.
Даже пилоты вертолётов, которые барражируют поблизости, не в теме. В отличие от спецназа министерства безопасности, их инструкций я не слышу — видимо приказ отдали задолго до того, как экипажи прибыли на место. Но хорошо улавливаю эмоции — непонимание, определённое количество недоверия и моральные терзания.
Скорее всего этих парней предупредили, что в случае необходимости придётся полностью уничтожить здание госпиталя. Вот они и дёргаются — ни один нормальный человек не захочет ровнять с землёй корпус, где находятся сотни пациентов. Особенно, если это такие же военные, как ты сам.
Когда “радиус поражения” вырастает до трёх сотен метров, если отсчитывать расстояние от здания госпиталя, останавливаюсь. Для начала будет достаточно и этого. Тем более я пока не вошёл в полную силу, а только разгоняюсь. На самом деле жаль. Потому как при таком раскладе, я бы просто поджарил мозги всем присутствующим и спокойной походкой двинул дальше. Но выбора нет — придётся импровизировать.
Есть только один момент, который мне крайне не нравится — нигде не фиксирую того менталиста, который выбрался отсюда живым. До этого я хорошо его чувствовал, так что вариантов всего два — либо сюда прибыл кто-то более сильный и скрыл его от моего взора, либо он элементарно свалил подальше от места событий.
Второй пункт меня полностью устраивает. А вот первый заставляет немного тревожиться. С другой стороны, какой у меня выбор? Не соглашаться же на очередное предложение следующего в очереди на “поюзать” иномировую мощь?
Собравшись, начинаю действовать. Сначала самая незаметная часть плана — беру под контроль всех гражданских в соседних домах. А заодно и полицейских, которые бегают от квартиры к квартире, занимаясь срочной эвакуацией.
Под моим контролем сейчас находится десятка три многоквартирных зданий. От ста до трёхсот апартаментов в каждом. Итого, около двенадцати тысяч человек.
Тонкий контроль практически неосуществим. В теории он возможен, да и на практике я могу перехватить управление любым телом. Но в моём простеньком плане такой подход не потребуется.
Первым делом разделяю всех, над кем установил контроль. Ставлю простую задачу патрульным — продолжать перемещаться по зданиям и докладывать в штаб о выполнении задачи по эвакуации гражданских. Следом даю команду всем детям — немедленно одеться и рвануть за пределы этого района. Потом ещё час быстро идти пешком, соблюдая осторожность, а следом обратиться к первому попавшемуся полицейскому за помощью.
