Два первых эксперта при этом являются соответственно академиком и членом-корреспондентом Российской академии естественных наук, иначе РАЕН.
РАЕН, если кто не в курсе, – это учреждение, которое пытается быть похожим на Российскую академию наук, но таковым, мягко говоря, не является. В академики РАЕН в разное время пробились такие известные люди, как автор «альтернативной истории» Анатолий Фоменко, изобретатель принципиально нового способа очистки воды Владимир Петрик, экстрасенс Георгий Грабовой (был исключен после того, как его посадили) и др.
Адвокаты Axel Springer предлагали провести экспертизу с участием других специалистов, но суд их доводы отмел. С нас, как авторов заметки, Батурина потребовала 71 тыс. руб. и 35,5 тыс. руб. Столько же – с издательства. Иск был удовлетворен в судах нескольких инстанций, и нам пришлось опубликовать опровержение. Вот его текст.
...
Во исполнение постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 17 января 2008 года по делу А40-5230/07-67-55 ЗАО «Аксель Шпрингер Раша» сообщает, что опубликованные в декабрьском номере журнала Forbes за 2006 год в статье Михаила Козырева и Марии Абакумовой «Моя Москва» следующие сведения не соответствуют действительности и порочат деловую репутацию ЗАО «Интеко»:
• «„Интеко“ не получает от города откровенных „подарков“ в виде земельных участков или подрядов на льготных условиях – Батурина действует аккуратнее».
• «Почему строители охотно берут Батурину в партнеры? О том, что это помогает „утрясать“ проблемы с согласованием проектов, никто официально не скажет».
Честно говоря, прежде чем такое опубликовать, мы некоторое время ломали голову. Что именно надо опровергнуть? Что «Батурина действует аккуратнее», то есть «неаккуратно»? Или что «никто не скажет», иными словами, написать, что «все говорят»?
Решили опубликовать дословно решение суда.
В общем, это было бы смешно, если бы произошло с кем-то другим. Но с московскими судами и судьями, в буквальном смысле сидевшими на зарплате у Лужкова (то есть зависящими от городского бюджета), всем было все ясно. Судиться с Батуриной до бесконечности (то есть до Европейского суда по правам человека включительно) Axel Springer счел нецелесообразным.
Коллекция выигранных Батуриной дел против СМИ пополнилась еще одним «скальпом».
Не знаю, зачем вся эта история с судами нужна была Батуриной. Общественное мнение изменить таким образом «Интеко» не смогла.
Ну а если говорить по сути то да, мое мнение заключается в том, что Батуриной помогало ее положение жены мэра. И эта помощь выражалась не в земельных участках и чрезвычайно льготных подрядах, а в режиме наибольшего благоприятствования, которым пользовались проекты Батуриной у чиновников московской администрации.
И это мое мнение опирается на факты, которые у нас были по итогам сбора материала для статьи. Хотите судиться? Опровергните факт. Докажите, что наш собеседник в заказнике «Долина реки Сетунь» врет. И что никто ему из департамента природоохраны не звонил и не требовал убрать незаконные насаждения с участка земли, зарезервированного для жены московского мэра. Ну а что касается «откровенных “подарков”»… Посмотрим еще.
То, что мы их не нашли, еще не означает, что их не найдет следствие. А после скандальной отставки Юрия Лужкова за «Интеко», похоже, взялись всерьез.
Но вернемся на два года назад. Опровержение мы опубликовали в феврале 2008 г. К тому времени империю «Интеко» уже сотрясал другой скандал.
Глава VII Золотые годы «Интеко». Большие деньги и разрыв с братом
В отношении всякой компании, принадлежащей в равных долях двум владельцам, рано или поздно возникает вопрос – кто же главный? Им задаются не только сторонние наблюдатели, но и, что более трагично для компании, сами владельцы.
Окончательное прояснение этого вопроса, как правило, приводит к «разводу» партнеров. В некоторых случаях, например, как у Владимира Потанина с Михаилом Прохоровым, расставание может растянуться на годы бесконечных судебных процессов. У Батуриных раздел совместного бизнеса произошел гораздо быстрее. По крайней мере, та часть процесса расставания, где стороны действовали посредством судебных исков.
Но скандал тем не менее вышел громкий. И это главное, чем мне лично запомнилась «Интеко» в период с момента завершения нашей с Батуриной судебной тяжбы и до начала кризиса 2008 г.
1
Сложно сказать, когда между Виктором и Еленой Батуриными пробежала кошка. Складывается впечатление, что они всегда друг друга недолюбливали. Младшая сестра к своему брату относилась как к человеку легкомысленному, неуправляемому, при этом чрезмерно амбициозному. И Виктор Батурин это, естественно, понимал.
«На свадьбу сестра меня не пригласила, – пишет он в своих воспоминаниях. – Как я потом узнал, она „боялась, что я могу что-нибудь ляпнуть или что-нибудь сделать, чем, возможно, ее скомпрометирую“». Видимо, не испытывал к шурину большой приязни и Юрий Лужков. С самого начала их знакомства Батурин повел себя высокомерно.
Обратимся вновь к воспоминаниям Батурина.
«Я до этого (имеется в виду до самого начала 90-х – М. К. ) с 15 лет проработал в „оборонке“. Видел очень знаменитых людей… академика Велихова, великих летчиков-испытателей Коккинаки и Ильюшина, генерального конструктора Симонова. И, конечно, к должности Лужкова, а он тогда возглавлял Мосагропром, занимался овощными базами и кооперативами, относился… снисходительно».
И, естественно, Виктор Батурин был уязвлен тем, что практически сразу после рождения первого ребенка Елена Батурина настояла на том, чтобы их мать жила с ней, на государственной даче. До какого-то момента Виктор Батурин на правах родственника еще бывал дома у Лужкова. Но со временем его присутствие в семье московского мэра становилось все более нежелательным.
«Я, конечно, бывал у них (Лужкова с Батуриной. – М. К. ) дома и, могу сказать откровенно, всегда старался оттуда побыстрее смыться, потому что понимаешь, что терпят тебя здесь только из “этикета”. Все-таки какой-никой, а родственник», – вспоминает теперь Батурин. Где-то года с 2005-го он и вовсе перестал бывать у сестры.
«Там теперь считают, что я перед ними провинился, рассказывают своим гостям, какой я плохой и неблагодарный», – говорит Виктор Батурин. Со своей мамой ему теперь приходилось видеться лишь когда сестра и ее муж в отъезде.
Но что стало последней каплей? Существует версия, что реальной причиной окончательного охлаждения в отношениях Елены и Виктора Батуриных стала женитьба последнего на косметологе из Сочи Яне Рудковской. В семье мэра Москвы Рудковскую не приняли, сочтя слишком вульгарной. Кроме того, Батурину возмутило, как брат поступил со своей первой женой, с которой Елена находится в дружеских отношениях.
Как утверждал один из моих собеседников, именно с этим обстоятельством было связано первое сокращение доли Виктора Батурина в капитале «Интеко» с 50 до 25 % в конце 90-х годов. Вроде бы Елена Батурина настояла, чтобы брат в ходе развода отдал половину своей доли бывшей жене. А затем сама и выкупила эти акции.
Ну а примерно в 2002 г. Елена Батурина переписала на себя еще 24 % акций «Интеко», оставив брату всего 1 %.
Но все же остается вопрос – кто из Батуриных на самом деле построил «Интеко»?
Когда я говорил с Виктором Батуриным относительно возможности использования его неопубликованных воспоминаний в этой книге, я, естественно, спросил, не хочет ли он встретиться, рассказать об истории бизнеса «Интеко». Батурин отказался. Его позиция сводилась к тому, что книгу на эту тему может написать только он. Мол, все остальное будет всего лишь «лубок».
Что же, каждый человек имеет право на свое мнение. Но между делом я все-таки задал ему несколько вопросов. В том числе и о том, какова была его роль в управлении «Интеко». Он ответил в том смысле, что «Интеко» на протяжении более 15 лет существовала исключительно под его руководством. Буквально Батурин заявил, что «эту компанию делал я», а «Лена и Лужков» дел там не касались года до 2006-го.
Примерно то же Батурин говорил и в интервью «Ведомостям». С его слов выходило, что примерно до 1999 г. Елена решала в «Интеко» исключительно организационные вопросы: снять офис, договориться с банком о размещении счетов. «Она была женой Лужкова, а я жил только благодаря “Интеко”», – утверждает Батурин.
Первый раз вплотную заняться делами семейной компании Елене Батуриной пришлось, когда брат занял должность премьер-министра правительства Калмыкии и физически не мог уделять много времени «Интеко».
Однако всерьез к бизнесу Батурина и ее муж Юрий Лужков стали, со слов Виктора Батурина, относиться после того как были куплены цементные заводы и ДСК-3.
Появился «первый миллиард и неподдельный интерес Елены Николаевны к компании», ерничал Батурин.
