создатель робота-журналиста Ник Эверсхед заявил, что его программа никогда не заменит журналистов, просто сделает их работу удобнее и комфортнее, так как может работать с Big Data. Как тут не вспомнить слова инвестбанкира Пола Джонса, который, проведя очередное сокращение в своей компании, сказал сотрудникам: «No man is better than a machine, and no machine is better than a man with a machine» («Ни один человек не может быть лучше, чем машина, и ни одна машина не может быть лучше, чем человек с машиной»).
Как, наверное, и любое знаковое событие, появление полностью автоматизированных «алгоритмов-журналистов» было воспринято профессиональным сообществом двояко. Оптимисты рукоплескали, предвкушая скорый приход благословенных времен, когда людям вообще не придется работать, а можно будет лишь созерцать и заниматься творчеством. Пессимисты же нахмурили брови: до недавних пор написание качественной прозы вообще-то тоже относилось к творческой деятельности, и считалось, что алгоритмы никогда не смогут полностью заменить людей в этом процессе.
Учитывая, что в 2019 году Всемирный банк обнародовал новые данные о рекордном росте неравенства в Европейском Союзе (на 70 % за последние 15 лет), пессимистов было, пожалуй, немного больше. Они отмечали, что «труд» алгоритмов приносит доход только их создателям и владельцам, рядовые же сотрудники от этого только теряют. И действительно, новые технологии не в последнюю очередь «виноваты» в том, что беднейшие 10 % европейцев стали на 7 % беднее, а богатейшие 10 % – на 66 % богаче. Но, казалось бы, какая связь между уменьшением количества рабочих мест благодаря новым технологиям и галопирующим ростом социального неравенства даже в богатейших странах мира?
В течение довольно короткого времени после описанных событий множество политиков и общественных деятелей высказали свое мнение о роли искусственного интеллекта в будущем и о том, что может случиться, если он выйдет из-под контроля человека. Не обошел стороной проблему и Папа Римский Франциск, выступивший в Ватикане на конференции «Общее благо в цифровой век» в сентябре 2019 года. «Разработки в области технологий, в частности те, которые связаны с искусственным интеллектом, вызывают все более существенные изменения во всех областях человеческой деятельности», – заявил он. – Если бы так называемый технический прогресс человечества стал врагом общего блага, это привело бы к тому, что человечество регрессировало к варварству, где главным законом был бы закон сильнейшего».
Впрочем, Папа Римский был далеко не первым в ряду выдающихся деятелей религии, политики, науки и культуры, который высказал опасения по поводу неконтролируемого распространения технологий, технологического прогресса и будущего, в которое этот технологический прогресс может завести людей.
Еще в 1996 году Джон Мазер, известный писатель, нобелевский лауреат, главный астрофизик лаборатории наблюдательной космологии в Центре космических полетов им. Годдарда (НАСА), предупреждал:
«Мыслящие машины эволюционируют точно так же, как описанные Дарвином живые (и мыслящие) биологические виды – посредством конкуренции, сотрудничества, борьбы за выживание и воспроизводства. Машины становятся интереснее по мере того, как они учатся понимать физические объекты и управлять ими либо непосредственно, либо при участии людей.
Мы пока не обнаружили такого закона природы, который препятствовал бы появлению настоящего универсального искусственного интеллекта, так что я думаю, что это произойдет, и довольно скоро, учитывая триллионы долларов, что люди инвестируют в электронные аппаратные средства, а также те триллионы, которые заработают потенциальные победители…
Я пришел к выводу, что мы уже поддерживаем эволюцию мощного искусственного интеллекта, а он, в свою очередь, повлияет на развитие привычных нам могущественных сил: бизнеса, индустрии развлечений, медицины, государственной безопасности, производства оружия, власти на всех уровнях, преступности, транспорта, горнодобывающей промышленности, производства, торговли, секса – да чего угодно!
Я думаю, результаты нам не понравятся. А они могут появиться очень быстро, настолько быстро, что великие империи падут и на их месте вырастут новые, а у людей будет самый минимум времени, чтобы приспособиться к жизни в новой действительности. Я не знаю, окажется ли кто-нибудь достаточно умным и одаренным для того, чтобы сохранить власть над этим джинном, потому что контролировать, возможно, придется не только машины, но и людей, дорвавшихся до новых технологий и имеющих злые намерения».
Да, если исходить из того, что к социально-технологической эволюции можно отнести и экономическое развитие, и технологический прогресс, Джон Мазер попал в точку. Мыслящие машины (они же искусственный интеллект) эволюционируют по точно таким же законам, как и люди. Более того, все говорит о том, что они являются аналогом, продолжением «человека разумного» – но, конечно, ровно настолько, насколько может являться аналогом «биологического процессора» мегапроцессор технологический, который вот-вот должен появиться, воплотив в жизнь мечты визионеров о технологической сингулярности. А пока на пути к ней новые технологии появляются одна за одной. Среди них есть и ключевые (такие как Big Data, мобильный интернет, нейросети), есть и проходные. Тем не менее, каждая новая технология делает жизнь людей (прежде всего власть имущих) более комфортной, удобной, безопасной и увеличивает объемы обмена данными, потоки которых растут экспоненциально. Это, в свою очередь, требует все более быстрого увеличения вычислительных мощностей: «биологических процессоров» для вычислительного процесса уже давно не хватает.
Но социально-технологическая эволюция – это не только экономический рост, удобство и комфорт. Это все больше и больше новых вызовов. Ведь пока все человечество строем идет вперед в светлое будущее, индивидуум, особенно, если он не принадлежит к элите, должен постоянно приспосабливаться. И одно дело адаптироваться к изменениям в течение нескольких поколений, и совсем другое, когда в течение жизни одного поколения изменения следуют одно за другим чуть ли не каждый месяц.
«Это вызывает дискомфорт только у старшего поколения. Представители молодежи чувствуют себя в такой среде как рыба в воде», – скажет читатель. Однако порой с серьезными проблемами, обусловленными всеобщей «технологизацией», сталкиваются и молодые люди.
…Казалось бы, мобильный интернет появился не так давно. Множество приложений в AppStore, огромное количество возможностей, выбирай на вкус. А как удобно расплачиваться телефоном, привязав банковскую карту и счет к своему номеру! Однако молодой российский журналист Никита так уже не считает.
Однажды Никита забыл свой мобильный телефон в ночном клубе. Вспомнил, вернулся, телефон ему отдали. Но то, что в мобильнике почему-то не оказалось сим-карты, он на радостях заметил только на следующий день. Казалось бы, что такое сим-карта? Пустяк, всего несколько минут потраченного времени в любом салоне сотового оператора – и новая карта уже в телефоне, не хуже прежней. Однако, когда Никита обратился в салон, там неожиданно выяснилось, что, пока он
