Читаем без скачивания Голливудские жены - Коллинз Джеки

Он засмеялся.

— Карен?

— Она самая.

— Когда увидимся?

— Назови время и место, и искренне ваша будет там.

— Твой пляжный домик. Три тридцать.

— Буду ждать.

— До победного конца.

— Вот именно.

Они дружно засмеялись.

Элейн опоздала на теннисный урок, и ее инструктор, смуглый уроженец Нью-Йорка с зубами как ослепительный снег и хваткой как у самурая, был недоволен:

— Опоздание на десять минут, миссис К., это потерянные десять минут!

«Ну и что? — раздраженно подумала она. — Плачу ведь я.

А вернее, Росс».

После трех лет неуклюжей переброски мяча через сетку она решила, что должна подтянуться. А что Биби Саттон начала устраивать у себя в Бель-Эйр званые завтраки «для девочек»и что Элейн была приглашена один раз, играла как любительница и больше приглашений не получала, так это тут вовсе ни при чем.

Она напряженно стояла на своей половине корта — ножные мышцы после двух дней усердных упражнений у Рона Гордино дико ныли. Нет, каждый день заниматься гимнастикой нельзя.

Явный перебор. Придется сократить до, пожалуй, трех раз в неделю. Но до каких трех дней? Решить было непросто. Какие дни недели — те, когда занятия посещает Биби Саттон? Мимо ее ракетки просвистел мяч, она сделала слабую попытку его отбить, но промахнулась.

— Миссис К.! — с упреком сказал инструктор. Что еще за миссис К.? Слишком фамильярно, а она не из тех женщин, которые любят быть на дружеской ноге со своими теннисными инструкторами.

— Моя фамилия Конти, — сказала она резко.

— Я знаю, — ответил он, не моргнув. — Так, может, вы сосредоточитесь, миссис К — .?

Она бросила на него свирепый взгляд. Волосатые мощные ноги уходили в белые жесткие шорты… Она прикинула, какие у него причиндалы. Наверное, волосатые, мощные и… Элейн мотнула головой. О чем она думает? Она же его терпеть не может. И, быстро приняв атлетическую стойку, грациозно отбила летящий мяч.

— Уже лучше! — сказал инструктор.

Подбодрившись, она ловко перебежала по площадке и вполне прилично отбила мяч с лета.

Три четверти часа спустя урок кончился, и, вся мокрая от пота, она поспешила в раздевалку и встала под душ — в третий раз за день. Нелепость какая-то! Так у нее кожа сморщится, точно вялая слива. Нет, заниматься теннисом и гимнастикой в один день невозможно. Не забыть бы. Она вынула из сумочки черный кожаный блокнотик от Картье и нацарапала коротко и таинственно: «ТЕННИС ГИМН. НЕТ!» Потом, подумав, добавила:

«СПР. КАРЕН». Уж Карен знает, по каким дням принято посещать занятия у Рона Гордино.

Одевалась она медленно, испытывая легкую усталость. А есть ли толк от всех этих витаминных таблеток, рекомендованных ее диетологом? Росс принялся язвить, едва заметил, что она глотает их десятками в день. Но когда она объяснила, что они поднимают энергию, препятствуют простудам, предупреждают рак, улучшают кожу, обостряют зрение, ну, он быстро перестал. И теперь сам их принимает. Плюс женьшень, который, говорят, удивительно повышает потенцию. Только ему толк от этого явно невелик! После трех недель отсутствия он даже не посмотрел на нее.

Может, он все-таки позвонил Заку Шефферу насчет фильма Нийла Грея? Раз роль предлагали Джорджу Ланкастеру, она не может быть плохой. Ах, какой был бы триумф вновь оказаться на самом верху, когда все наперебой тебя приглашают, телефон не умолкает, новые модельеры умоляют принять их модели в подарок, а шоферы и телохранители оберегают каждый твой шаг!

Ее мысли злобно вернулись к Россу. Как он допустил это скольжение под уклон? В какой миг, час, день он сорвался с вершины?

Он постарел, вот что произошло. Много пил, нажил брюхо, мешки под глазами. И кожа у него дубленая, как у старого пастуха на ранчо. Она же умоляла его снова отдаться в заботливые руки ее бывшего мужа, хирурга-косметолога. «Забудь! — отрезал он. — Чтобы вместо лица у меня была хреновая маска? Ну нет!»

Каждый месяц он должен был выплачивать разные суммы алиментов своим двум предыдущим женам. Когда он зарабатывал большие деньги, это проходило почти незаметно. Когда же большим деньгам пришел конец, алименты очень дали себя почувствовать. Процесс урезания расходов был мучителен. Сначала пришлось отказаться от шофера, потом от экономки и двух подчиненных ей горничных, потом пришла очередь садовников и смотрителя бассейна. Теперь у них была только Лина, приходившая каждый день, кроме субботы и воскресенья, и Мигель, совмещающий обязанности садовника, смотрителя бассейна и шофера.

Гневно фыркнув, Элейн натянула вязаное тонкое платье от Джорджио и босоножки на высоком каблуке от Чарлза Джордена.

Одежда оставалась единственным, на чем она отказалась экономить. Бог мой! Если в Беверли-Хиллз ты не можешь одеваться как следует, остается только провалиться сквозь землю и остаться там! Впрочем, она неплохо справляется. Ведь они вовсе не разорены. Просто им следует быть поосмотрительнее теперь, когда, как выразился поверенный Росса, «дни больших денег для вас позади, Росс». Дурак! Что он понимает? Она вернет Росса наверх!

Пусть ей даже придется кого-нибудь прикончить!

— Росс, вернись наверх! — томно потребовала Карен Ланкастер.

Он поднял голову от ее паха.

— Я это не всякой делаю, — произнес он обиженно. — Даже не помню, когда был прошлый раз.

— Чего ты хочешь? Чтобы тебя погладили по головке? Вернись наверх!

Он подчинился и начал энергично накачивать.

Карен принадлежала к стонущим. Ее охи, ахи и «ну же, ну, маленький!» становились все громче и короче. Чем больше она верещала, тем быстрее кончал Росс, пока оба не взвыли в оргазме.

Он скатился с нее и сказал; «Ох, черт», в ожидании комплиментов.

Карен перевернулась на живот, разыгрывая полное отключение.

Косые лучи солнца лились в большую застекленную комнату и озаряли огромную круглую кровать, на которой они раскинулись поверх атласного покрывала.

Снаружи Тихий океан лениво накатывал волны на пляжи Малибу. День был абсолютно безоблачный.

— Неплохо, — наконец сказал он, убедившись, что первой она заговорить не намерена. — Очень даже неплохо. — Никакого ответа. Он тихонько похлопал ее по ягодицам. Никакого отклика. — Ты спишь? — спросил он с удивлением.

— Дай мне пять минуток, — пробормотала она и свернулась плотным клубком.

Он встал и прошелся по комнате. Та еще комната!

Фантастическая ротонда, организованная вокруг ложа в центре. С одной стороны был океан, с другой — стена зелени и гараж, укрывавший сейчас его сверкающий золотой «Корниш»и ее спортивный красный «Феррари».

Он обнаружил сзади космическую кухоньку и извлек из холодильника ледяную банку немецкого пива.

Нет, Карен стоит поездки на пляж! Он подумал так еще в первый раз, но теперь окончательно убедился. Она заставила его вернуться к способам, о которых он давно и думать забыл.

Крошка Карен. Черт! Он же помнит, какой она была в шесть лет. Джордж Ланкастер часто брал ее с собой в студию.

Крошка Карен. Он был на ее первой свадьбе с агентом по продаже недвижимости, достаточно много читал о ее втором браке с композитором-наркоманом и провел немало вечеров в ее обществе, когда она стала одной из лучших подруг Элейн.

Крошка Карен. Тигрица в постели.

Они случайно столкнулись перед «Брентано» на Уилширском бульваре накануне его отъезда на съемки. «Ты просто должен посмотреть мой новый» Феррари Спайдер «, — заявила она. — Мне его пригнали только вчера».

Она потащила его через улицу на стоянку, где служитель окружал ее новое приобретение особым вниманием.

«Подарок папочки?»— спросил он небрежно, почти не глядя на глянцевую красную машину. Автомобили никогда не были его фетишем.

«Естественно! Росс, прокатись со мной! Ты же никуда не торопишься?»

Собственно говоря, он торопился. У него была назначена встреча с его бухгалтером, но Карен вдруг начала подавать сигналы, и он не устоял перед искушением проверить, означают ли они то, что должны были, по его мнению, означать. И сел в машину.