на три фильма сразу – и предложил им пока заняться «Связью», чтобы доказать, что они способны быть режиссерами. Но, даже несмотря на успех фильма, глав Warner Bros. было не убедить. Тогда Вачовски наняли художника комиксов, помешанного на деталях Джеффа Дарроу, разработать большую часть антиутопических технологий «Матрицы», включая Стражей – военных роботов, похожих на электрических сперматозоидных насекомых, и работающую на людских телах Электростанцию. Вдобавок Вачовски наняли художника Стива Скроса нарисовать около 600 подробных раскадровок, демонстрирующих фильм кадр за кадром.
Наконец Вачовски представили весь свой материал по «Матрице» сопредседателям Warner Bros. Терри Семелу и Бобу Дэйли. «Зрелище было необычное, – говорит ди Бонавентура. – Одна Вачовски рассказывала сюжет, а вторая изображала звуковые эффекты». По воспоминаниям ди Бонавентуры, после показа Семел спросил его, принесет ли «Матрица» деньги компании. «Я подумал с полсекунды и сказал, что в убыток мы точно не должны уйти», – рассказывает ди Бонавентура. Бюджет «Матрицы» оценивался в 60 миллионов долларов – огромное вложение в идею, которую не перескажешь одним предложением. Но сумма была куда меньше, чем Warner Bros. потратили на «Бэтмэна и Робина» – катастрофически дорогую часть франшизы, позабытую всеми уже к концу 1997 года. Warner Bros., как и прочие большие студии, своими глазами наблюдали за тем, как зрители все больше и больше уставали от непрошеных ремейков и перезапусков. Нужны были новые приключения и новые идеи. «Сиквелы проваливались, – говорит ди Бонавентура. – Вымирали целые жанры: комедийные боевики, фильмы про напарников. Мы понимали: нужно нечто совершенно иное».
Боссы были с ним согласны. Вачовски получали свой 60-миллионный бюджет при условии, что съемки пройдут в Австралии, где они обходились дешевле. После стольких лет ожидания «лохушки из Чикаго» наконец-то получили возможность построить «Матрицу». Оставалось только найти Избранного.
К концу девяностых всю карьеру Киану Ривза можно было описать одним словом: передряги. Десятилетие началось многообещающе: Ривз сыграл копа-серфингиста под прикрытием в «На гребне волны», путешествующего во времени металлиста в «Новых приключениях Билла и Теда» и сладкоголосого проходимца в «Моем личном штате Айдахо» – и это все в одном только 1991-м. Несколько лет спустя, в 1994-м, успех резвого триллера «Скорость» пророчил Ривзу карьеру нового крепкого орешка из боевиков. Но вместо этого он двигался от одного странного и поразительного пункта назначения к другому. Была и невменяемая историческая мелодрама «Прогулка в облаках», и невменяемая современная мелодрама «Чувствуя Миннесоту» – это уже не говоря о нескольких халтурных боевиках вроде приключенческого киберпанка «Джонни Мнемоник». К концу десятилетия Ривз, которому только недавно стукнуло 30, начал волноваться о своем месте в Голливуде. «Боже ты мой, я что, совсем пропал? – вспоминал он свое изумление. – Какая студия обо мне вспомнит?»
Его страхи не были лишены оснований. Ривз только что закончил съемки в уорнеровском трэш-шедевре «Адвокат дьявола» в роли адвоката, противостоящего Сатане. По выходе в прокат в конце 1997 года фильм стал скромным хитом, однако на момент подбора актеров «Матрицы» имя Ривза располагалось в конце студийного списка кандидатов на роль Нео. По словам ди Бонавентуры, от роли отказались Уилл Смит (он предпочел сниматься в «Диком, диком Западе»), Брэд Питт (только что прошедший через съемки «Семи дней в Тибете») и Леонардо Ди Каприо (который после «Титаника» не хотел сниматься в еще одном фильме со спецэффектами). «Дошло до того, что мы предложили роль Сандре Буллок, сказав, что переделаем Нео в девушку. Но и она отказалась».
В начале 1997 года Ривз оказался в офисе студии Warner Bros. в Бёрбанке, штат Калифорния. Он приехал на свою первую встречу с Вачовски, недавно приславшими актеру сценарий «Матрицы». «Когда я впервые его прочел, – рассказывал Ривз, – то чертовски обрадовался». В тот день Вачовски показали Ривзу свои наработки, и по ходу беседы стало понятно, что встреча эта не последняя. «Они сказали, что хотят перед съемками четыре месяца уделить тренировкам, – вспоминал Ривз. – Я довольно улыбнулся и сказал „да“». Лана Вачовски отмечала: «Мы знали, что этому проекту требуется маниакальная преданность, и Киану и был нашим маньяком».
Помимо этого, Ривз обожал научную фантастику и философию и поэтому не испугался, когда Вачовски попросили его подготовиться, почитав труды вроде меняющей восприятие книги «Симулякры и симуляция» (1981) Жана Бодрийяра. «Одно из главных заблуждений по поводу Киану – люди не считают его умным, – говорит ди Бонавентура. – Может, это из-за фильмов про Билла и Теда. Но Киану давал мне книжки, в которых я не понимал ни бельмеса. В Киану Вачовски нашли человека, который действительно занимался интеллектуальным поиском».
Погоня за актером на роль Морфеуса – наставника Нео и беспристрастного гида по Матрице – затянулась еще дольше. Warner Bros. предлагали роль звездам вроде Арнольда Шварценеггера и Майкла Дугласа – оба отказались. Тем временем Вачовски уговаривали Лоренса Фишберна, который еще подростком играл в эпичной мясорубке о Вьетнаме «Апокалипсис сегодня» Фрэнсиса Форда Копполы и заслужил номинацию на «Оскар» за роль абьюзера Айка Тернера в «На что способна любовь» (1993). Они встретились в Лас-Вегасе летом 1997 года на том самом боксерском поединке, в котором Майк Тайсон укусил Эвандера Холифилда за ухо. «Мне снился сон о человеке в зеркальных очках, который говорит загадками, – позже рассказывала Лана Вачовски Фишберну. – И когда я тебя встретила и услышала твой голос, я сразу поняла, что ты – тот самый человек».
Но студия беспокоилась, что Фишберн – несмотря на победу и на «Эмми», и на «Тони» – не был достаточно известен за пределами родины. Начальство хотело взять Вэла Килмера, который недавно сыграл Темного Рыцаря в хитовом «Бэтмене навсегда» (1995), но заработал репутацию той еще занозы на съемках новой версии «Острова Доктора Моро» (что само по себе подвиг, ведь его коллегой по фильму был знаменитый своей невыносимостью Марлон Брандо, который провел большую часть времени съемок с ведерком для льда на голове). «Вачовски слышали все эти истории о Вэле, – говорит ди Бонавентура, – и я сказал, что все понимаю, но зато так мы сможем снять фильм. Поэтому мы встретились с ним в отеле Бель-Эйр, и тут он начал доказывать, что Морфеуса нужно сделать главным героем фильма. Через пару минут после начала встречи я понял, что нам конец». Вскоре Килмер выбыл из гонки, и роль досталась Фишберну, который сказал, что всегда думал о Морфеусе как о «Оби-Ване Кеноби и Дарте Вейдере в одном лице – может, еще с примесью Йоды».
Третья главная роль в «Матрице» была ролью Тринити – честолюбивой молниеносной воительницы, которая помогает Морфеусу на борту их подземного корабля «Навуходоносор». Джада Пинкетт-Смит пробовалась на роль, но: «У
