ВЗГЛЯД ВПЕРЕД
У Германии все впереди,Все лишь только в начале.Ей еще идти и идтиК своим высям и далям.
В ней едва занимается светНад безумством и страхом.Ей еще полтораста летДо рождения Баха.
У нее только начат счетИ умам, и талантам.Двести лет остается ещеДо рождения Канта.
Ей еще шагать и шагатьЧерез годы и годы.Двести двадцать лет отсчитатьДо рождения Гёте.
У Германии все впереди,От вершин до падений.Будет много на этом пути —И не только рождений.
Давит нам на плечи прошлое —Распрямиться тяжело.Ничего в нем нет хорошего:То, что было, то прошло.
Нас дела такие ждут еще,Мы в такие дни живем…Лучше думать нам о будущем,Позаботиться о нем.
Но не сбросить тяжкой ноши нам,От себя не оторвать,Потому что нам без прошлогоНа ногах не устоять.
Не шагать легко и веселоПо укатанной дорожке…В настоящем равновесие —Между будущим и прошлым.
Будущее и прошлое встречаются в настоящем.«Что слышно?» «Что было слышно?» «Что будет слышно?»Обо всем нужно успеть переговорить, а времени в настоящем так мало…Прошлое длинное, будущее длинное, а настоящее коротенькое,В нем так трудно бывает поместиться.Вы никогда не задумывались, почему в настоящем так трудно?В нем не вообще трудно, а трудно поместиться.В прошлом — удобно, в будущем — удобно, а в настоящем то давит, то жмет,А то еще вдобавок сквозит,потому что окна в прошлое и будущее всегдараспахнуты настежь.
ГЕРЦОГ ГЕНРИХ БЛАГОЧЕСТИВЫЙ И ХУДОЖНИК ЛУКА КРАНАХ СТАРШИЙ НАКАНУНЕ ВОЙНЫ
Генрих БлагочестивыйНе был милитаристомБыл он ближе по духуК нумизматам, филателистам.Но не монеты, не марки,Ни даже пивные кружки, —Генрих БлагочестивыйКоллекционировал пушки.Не для грядущих сражений.А просто, чтоб не было скучно,Любил он пушку-другуюПочистить собственноручно.Мирное было время:Охота, балы, пирушки.Мирный художник КранахПроектировал пушки.Чем дальше, тем дальнобойней,Тем мощней и жерлистей.Благочестивый герцогИх собирал и чистил.Отличные орудия —Гаубицы, мортиры…Не для войны, естественно,А в интересах мира.Спокойные, добродушные,Стояли орудия немоИ отражали солнцеИ ясное, мирное небо.А небо такое мирное,Что даже вздохнешь невольно:Неужто они бывают,Эти ужасные войны?Все тихо, все замечательно,Нет повода для беспокойства…Но пушка не может не выстрелить,Такое у пушки свойство.
Чужая история снова меня позвала:«Из крови, из горя я в столетие ваше пришла.Мне так захотелось на время забыть про войну!Я вся изболелась. Позволь, я у вас отдохну!»«Ну, если ты хочешь, — я ей отвечаю, — так что ж…Хотя, между прочим, не очень у нас отдохнешь.И время прогресса плодит мертвецов и калек.Но вот тебе кресло. Ну, как там шестнадцатый век?»
КАЗНЬ В ВЮРЦБЮРГЕ
Тот, кто боится пострадать во имя правды, погибнет ради сатаны.
Мюнцер
Веселил палач толпуШуткою излюбленной:Стоит высунуть башку,Глядь — она отрублена.Ты, родимый, слез не лей,Потерявши голову:С шуткой дело веселейИ для тела здорово.
Любопытный мужичок —По колено морюшко —Поглядеть решил разокНа чужое горюшко.А в народе говорят,И не раз отмечено,Что когда не нас поят,Похмеляться нечего.
Но неймется мужичку:Место ведь не куплено.Только высунул башку,Глядь — она отрублена.Что ж ты, бравый мужичок,Прежде голову берег?Шли твои сельчане в бой —Не боялись тратиться.Поплатились головой
И сейчас вон платятся.Получили все сполнаИ в петле, и в пламени.Шла Крестьянская война —Где ж и быть крестьянину?Ты же голову берег,Будто шапку новую.Эх, мужик ты, мужичок,Голова садовая!
Развлекается палачНа потеху зрячим.И никто из них — хоть плачь!По тебе не плачет.Да, не просто заслужитьДружеские чувства…В жизни голову сложить —Трудное искусство.
ПОЗИЦИЯ ЛЮТЕРА
Подобно тому, как погонщики ослов должны постоянно сидеть на спинах своих животных, точно так же властелин должен толкать, бить, давить, вешать, жечь, обезглавливать и колесовать свой народ.
Лютер
— Бесполезно убеждать палача,Чтобы действовал палач не сплеча,Осуждать его за твердость руки,За жестокость, непонятную нам.И какие же мы все знатоки,Каждый — мастер по заплечным делам!Неразумный в поученьях горяч,А разумный понимает без слов:Если в мире существует палач,Значит, много в мире лишних голов.Не кривите же брезгливо губу,Лучше вдумайтесь в несложный расчет:По статистике, полсотни трибунЗаменяет один эшафот.
МИЛОСТЬ ВО ФРАНКЕНХАУЗЕНЕ
В ноги падая карателям,За мужей просили женщины —Жены добрые и матери.Милость им была обещана.Но условие поставлено:Чтоб за это снисхождениеЖенщины убили палкамиПрестарелых двух священников.Почему? За что? Неведомо.Отказаться б с возмущением,Но просительницы бедныеПокраснели от смущения,И, бедняжки безутешные,Чтоб добыть мужьям прощение,Взяли в руки палки женщиныИ убили двух священников.Похвалили их тюремщики:— Ну и бабы! Ух, бедовые!Ни к чему мужья вам, женщины,Оставайтесь лучше вдовами.
* * *
Эй ты, варварство, подбирай себе петлю, готовься к изгнанию!
Ульрих фон Гуттен
Умирает варварство, умирает,Петлю понадежнее подбирает,Под костер себе таскает дровишки,Чтоб пожарче полыхал да повыше.Дыбу чистит, эшафот прибирает,Сапоги испанские примеряет,Умирает варварство, умирает…Носит ведрами крепчайшие яды,Отливает пули, ядра, снаряды,Сочиняет смертоносные газы,Начиняет смертью жизнь до отказаИ по-всякому себя истребляет,Веры в скорый свой конец не теряет.Умирает варварство, умирает…
ОХОТА НА МЮНЦЕРА
Не поддавайтесь ухищрениям немощной плоти, а смело нападайте на врага.
Мюнцер
Ах житейское море, не видно твоих берегов,Но не тянет нас берег, хоть мы и устали, как черти.Нас преследуют вечно заботы друзей и врагов —Те о жизни пекутся, а эти пекутся о смерти.Предлагается смерть!Предлагается легкая смерть,Чтоб тебя уберечь от грядущей — нелегкой.Многоопытный повар приготовил роскошную снедь,Он вложил в нее все — и надежды свои, и сноровку.И пищали заряжены, и разящие насмерть клинкиВокруг жизни твоей ощетинили жала.Но не съеден обед, и скучают в засаде стрелки,И в ночных закоулках ржавеют кинжалы.Сколько легких смертей припасла милосердная жизнь,Чтобы вырвать тебя у последнего смертного часа!Слышишь, Мюнцер!Одумайся!ОткажисьПить до дна свою горькую, невыносимую чашу!Отвернется палач, чтоб на муки твои не смотреть,Будет время, как гвозди, вбивать за секундой секундуВ твою бедную плоть…Предлагается легкая смерть!Но по-прежнему ты отдаешь предпочтение трудной…К трудной жизни готов и к мучительной смерти готов,И пути своему до последнего часа верен…Ах житейское море, не видно твоих берегов!Потому что отважных не тянет на берег.
ТОЧКА ЗРЕНИЯ ОБЫВАТЕЛЯ XVI ВЕКА
