Рамо встал со своего места и пошёл вдоль стола, за которым молча сидели все министры правительства. Пить кофе уже никто не пытался и свои взгляды обратили на председателя, разве что Харина Генте не отвлекалась от своего планшета. Коркак продолжал стоять, опустив голову вниз.
— Почему мы так переживаем из-за этих событий, господин Рамо? — задал вопрос один из министров. — Если мы видим угрозу в том самом аклане в Охо, есть прекрасная альтернатива. Нам давно пора решить вопрос этими отбросами.
— Верно говорите коллега, — вернулся в разговор Коркак. — Небольшой авианалёт и дело с концом. Зачем эти зачистки?
Рамо был уже на грани того, чтобы выхватить пистолет и застрелить парочку министров, которые совершенно не представляли истинного положения дел.
— Вы мне напоминаете бездомных животных Куртаса — так и норовите всё обгадить. Пошли все вон! — воскликнул Рамо. — Генте и Коркак — в мой кабинет.
Через несколько минут обсуждение продолжилось у председателя. Сам главный министр понимал, что провал Коркака может дорого стоить лично ему, а не всем остальным. Генте может быть подстилкой у любого начальника и не будет держаться за него, как и горе-племянник. Но вот что именно нужно сделать, чтобы исправить ситуацию, Рамо не знал.
— Я не понимаю тебя, Жери, — начала говорить Генте, прохаживаясь за спиной председателя и рассматривая вид из окна. — Мы устранили очаг сопротивления. Сумасшедший Бриз уже давно нам мешал…
— Поддерживаю, дядя, — вклинился в разговор Коркак. — Вы же знаете великую мудрость — отсутствие человека означает и отсутствие проблемы…
Рамо не дал договорить своему племяннику и перестал сдерживать поток эмоций. Медленно встав со своего места, он взял первый попавшийся под руку предмет, со стола, которым была открытая бутылка с хмельным напитком, и бросил его в Коркака. В последний момент он увернулся, а бутылка вдребезги разбилась об стену.
— Мудрость, приходит вместе с желанием промолчать, Игнавус, — произнесла Генте, пытавшаяся усадить назад в кресло своего начальника.
— Идиот! Ты же не понимаешь ничего! — кричал Рамо, бросая пустой стакан. — Всё! Я спокоен, — произнёс Рамо, поднимая руки вверх. Генте принялась массировать ему шею.
— Он… что он сказал? — спросил Коркак.
— Что просто нам не будет. Нужно узнать про этого Стража как можно больше. Где он может теперь спрятаться?
— Дядя, это же Страж. Они на что угодно способны. Этот чёрт либо ушёл из города, либо скрывается по акланам.
— И где гарантия, дорогой, что его не убили среди мятежников, — тихо проговорила Генте.
— А трупы миксайдов, вы думаете, нам эти деревенщины оставили? — заметил Рамо. Он потянулся к пульту управления средствами связи и вызвал военного министра Республики.
— Слушаю вас, господин Рамо, — ответил преклонного возраста курнаец, чья голограмма высветилась на панели связи.
— Радары засекали какие-нибудь незаявленные взлёты или посадки с поверхности Эбису сегодня? — задал вопрос председатель-министр.
— Таковых не зафиксировано.
— А полёты над Куртасом выполнялись в соответствии с планом?
— Всё именно так, господин Рамо. Даже в районе аклана Охо, где были столкновения, зарегистрированы полёты трикоптеров…
— Трикоптеров? — удивился Рамо. — Борт был один. Насколько я помню, полицейские высаживались с флайтеров.
— По докладу командующего противокосмической обороной Куртаса, зафиксированы три метки, по типу определены как трикоптер.
— Никаких трикоптеров я не посылал. Миксайды вообще мне не подчиняются, — пожал плечами Коркак.
После ещё нескольких минут расспросов и проверок данных, Рамо пришёл к мнению, что искать Стража в Куртасе не имеет смысла. Возможно, стоит успокоится и вернуться к нормальной жизни. Задачу, поставленную перфектом Деймосом, нужно признать решёной.
— В Новых Землях ему спрятаться негде. Даже если они и ушли туда, что его там ждёт? Несколько десятков поселений? — размышлял вслух Рамо, прохаживаясь по кабинету. — Охрану шахт усилить. Пускай уничтожают любого, кто говорит и думает о революции, мятеже и плохо себя ведёт.
— Будут указания для армии? — задал вопрос военный министр. Председатель несколько секунд подумал и выдал своё распоряжение.
— Всех в первую готовность. Отпуска отменить. Ввести дополнительные патрули во всех районах, но оружия минимально, а то ещё и эти бастовать начнут.
— Господин, мы и так для военных мало делаем. Может стоит… — начал высказывать своё предложение военный министр, но Рамо его перебил.
— Я не понял, чем они не довольны? — усмехнулся он. — Зарплаты у них маленькие? Может ещё и квартиры начнём им выдавать?
— Вы же знаете, что задержки по зарплате мы не можем ликвидировать уже несколько месяцев.
— Они на службе, господин министр! — воскликнула Генте, решившая продемонстрировать своё видение ситуации. — Сейчас дадим им койнов, а они напьются с радости. Сами в руки оружие возьмёте?
— Проведите, в конце концов, работу с генералами. Не разучились ещё обещать, господин министр? — усмехнулся Коркак, намекая на предыдущий опыт работы военного министра на посту заместителя по воспитательной и политической работе в армии Курнайской Империи.
Военный министр ничего не успел ответить. Рамо отключил связь и облокотился на стол. Его нервы немного успокоились.
— Свободны. У меня дела ещё, — произнёс председатель-министр. — Харина, задержись на минуту.
Когда Коркак скрылся за дверьми, Рамо заблокировал вход в кабинет. Генте медленно подошла к своему начальнику. Она ехидно улыбалась, зная, что сейчас время расслабить своего господина.
— Ты намеренно тянул время, намеренно томил меня в ожидании? — спросила Генте, усаживаясь на стол перед начальником.
— Расслабься, ты же знаешь, что зажиматься нельзя. Удовольствия не получишь, — улыбнулся Рамо и снял свой пиджак.
— Легко тебе говорить, это же не твоя… душа сейчас будет гореть огнем, — произнесла Генте, повернулась к начальнику спиной и задрала юбку.
Рамо находился в предвкушении эмоциональной и физической разрядки. Занятие столь любимым для него делом с прекрасной коллегой, ещё и в не самом подходящем для этого месте — прекрасная награда за столь нервное начало дня. Председатель-министр закинул голову назад перед столь желанным занятием и резко схватил Генте за талию.
В следующую секунду Рамо застыл от неожиданного всплеска непонятной солёной жидкости, забрызгавшей его лицо. Он открыл глаза и застыл в ужасе. Его помощница лежала неподвижно на столе с открытыми глазами. Стол постепенно менял свой цвет на бордовый — в тон курнайской крови. Председатель не мог оторвать взгляд от столь ужасного зрелища, жадно глотая при этом воздух от страха.
— Ну ладно тебе! — воскликнул перфект Деймос. — В нашем возрасте не всегда получается выполнить свой долг. Ну, ты меня понимаешь, — перфект жестом отправил из кабинета своего помощника, который и сделал этот точный выстрел.
— Зачем? Что… — начал заикаться Рамо, пытаясь сфокусироваться на своём госте.
— Ты хочешь у меня спросить, в чем ты виноват? Ну ладно тебе, виноват лишь в том, что такие как ты — низшие создания, — Деймос говорил медленно, совершенно не замечая ту ужасную сцену, которая развернулась в кабинете. Перфект продолжал двигаться к Рамо. — При этом вы умудряетесь делать ошибку всех представителей подобных вам, пускай и разумных, существ.
— И… что… именно? — заикаясь, спросил Рамо. Его трясло с каждой секундой все больше и больше. Он чувствовал, как с приближением к нему мистера Деймоса, над ним нависает смерть. Перфект был уже рядом, а пауза в разговоре становилась все длиннее.
— Вы приняли меня за равного себе. А это, мистер Рамо не так. Не стоит больше так ошибаться.
— Я вас… По… Понял, мистер Деймос. Мы его убьём. Это временные трудности.
— Ну ладно тебе, — успокаивающим тоном, произнёс перфект. — Я часто замечаю у своих питомцев вроде тебя, Жери, одну специфичную способность делать всё временное постоянным.
