Мессинг не был вполне уверен, что электромагнитное поле имеет отношение к телепатии, и не склонен был безусловно доверять опытам Кажинского. Телепат писал: «Ну а если окажется, что электромагнитное поле здесь ни при чем, как быть? Что же, тогда надо будет найти еще не известное нам поле, которое ответственно за телепатические явления. Найти и изучить его. Овладение им может открыть новые, совершенно удивительные возможности, не меньшие, чем открыло овладение электромагнитным полем. Вспомните: Генрих Герц открыл радиоволны в 1886 году. И меньше чем за сто лет стало возможно радио, телевидение, радиолокация, закалка токами высокой частоты и т. д. и т. п. Почему же не ожидать, что новое, не открытое еще сегодня поле не одарит нас еще большими чудесами?!
Что это за поле? Я, конечно, не могу ответить на этот вопрос. Известный советский ученый Козырев высказал предположение, что это могут быть волны гравитационного поля… Такое мнение разделяют и некоторые другие ученые. Они мотивируют свое предположение тождеством свойств гравитационных волн, для которых нет преград, нет непрозрачных экранов и так сказать “телепатических волн”, которые также, по некоторым опытным данным, обладают почти абсолютной способностью пронизывать любые препятствия».
Однако обнаружение гравитационного поля — еще более сложная задача, чем улавливание чрезвычайно слабых импульсов головного мозга. Поэтому теория о связи телепатии с гравитационным полем отнюдь не приближает нас к разгадке феномена Мессинга.
Что же касается выдающегося астронома-астрофизика Николая Александровича Козырева, то он утверждал, что планеты и звезды — это своеобразные машины, вырабатывающие энергию из времени. Теоретически можно, конечно, допустить, что телепаты каким-то образом черпают энергию из времени, но, во-первых, сама теория Козырева пока что не доказана, и даже если когда-нибудь будет найдено ее доказательство, очень трудно представить себе механизм, с помощью которого энергия времени может превращаться в телепатическую.
Вольф Мессинг, несомненно, обладал чрезвычайно высокой чувствительностью, развитой благодаря постоянным тренировкам. Его мозг был способен улавливать самые незаметные телесные изменения в процессе мышления. Если задание оказывалось очень сложным, Мессинг последовательно улавливал всю серию мышечных изменений. Для этого ему необходимо было до предела напрячь свою нервную систему, отвлечься от посторонних раздражителей, привести окружающих, и прежде всего индуктора, в состояние повышенной нервозности, а потом выбрать только те сигналы, которые указывают правильный путь.
Академик Евгений Васильевич Золотов, математик, специалист по системам управления и автор неопубликованного при его жизни учебника телепатии, вспоминал: «В личной беседе с автором Вольф Мессинг сказал: “Знаете, иногда после выступления ко мне подходят священники и чуть ли не со слезами на глазах благодарят… Мне становится очень неудобно, вплоть до того, что я начинаю подумывать: не прекратить ли эти выступления вообще, раз уж они выставляют меня в таком неблаговидном свете”. Действительно, “чудеса”, которые демонстрирует этот замечательный телепат, доступны восприятию каждого. В то же время их физическая интерпретация, их философское значение для очень многих еще и до сих пор остается неясной. Вполне очевидно, что такое положение как нельзя более на руку служителям любых культов: “Вы говорите, что Бога нет, стало быть нет и чуда… А Вольф Мессинг, разве не творил он чудеса, разве не делал он на глазах у всех вещи, объяснить которые наука не в состоянии?”»
Такого рода интерпретация его дара ставила Мессинга в двусмысленное положение по отношению к властям в стране государственного атеизма. С одной стороны, он как бы разоблачал все существующие религии, показывая, что то, что люди обычно считают чудом, в действительности имеет вполне научное объяснение. Однако, декларируя научную познаваемость телепатических способностей, сам Мессинг исчерпывающего рационального объяснения своим опытам дать не мог. Теория чтения идеомоторных актов всего не объясняла — по крайней мере в глазах зрителей.
Мессинг цитировал в мемуарах статью «Об опытах Вольфа Мессинга» из третьего номера журнала «Здоровье» за 1963 год. Ее автор — заведующий кафедрой физиологии 2-го Медицинского института в Москве профессор Г. И. Косицкий вспоминал: «Много лет назад я побывал на одном из выступлений Вольфа Мессинга. Ведущая объявила, что Мессинг будет выполнять любые задания, которые следует изложить в письменном виде и передать на сцену в жюри, избранному наугад из публики. Жюри должно следить за строгим соблюдением секретности и правильностью выполнения заданий. Самому же Мессингу записки не нужны: он воспримет содержание задач путем “мысленного приема”.
В аудитории наступила тишина, сопутствующая всякому таинственному акту.
И мне самому захотелось убедиться в этой чудодейственности, и я послал в жюри свою записку.
В ней был такой текст: приставное кресло из 13 ряда принести на сцену. Извлечь из кармана девушки, сидящей в 10 ряду на 16 месте, два удостоверения и сложить сумму цифр номера первого из них с числом, по которое действительно второе. Достать из другого кармана деньги в количестве, равном получившейся от сложения сумме, и положить их под переднюю левую ножку принесенного на авансцену стула.
Меня пригласили на сцену. Мессинг попросил взять его за кисть руки и сосредоточиться на задаче.
Яркий свет прожектора слепил глаза. Я держал его руку, а он стоял рядом. Вдруг он ринулся со сцены в зрительный зал, увлекая меня за собой. Подошел к 13 ряду, лихорадочно схватил стул и возвратился со мной на сцену. Зал рукоплескал…
Освоившись с необычной обстановкой, я решил начать и свой эксперимент. Я понял, что моя рука, сжимавшая запястье Мессинга, оставалась все это время бесконтрольной.
Расслабив мышцы, я сосредоточился на задании, которое старался передать ему мысленно.
Со стороны сценка с двумя персонажами выглядела забавно. Один человек с застывшим взглядом замер на месте, а другой суетится и нервно подрагивает рядом.
Казалось, будто Мессинга колотила мелкая дрожь, нервный тик переходил от одной части тела к другой. То вдруг замирал на мгновение. И снова начиналась нервозная пляска. Рука моя оставалась безжизненной.
— Не думайте о себе! Не думайте о себе! — тихо произнес он, застыв неподвижно.
Он был не прав. Я совершенно не думал о себе, а сосредоточился на задании настолько, что перестал замечать все вокруг…
И мне стало понятно, что мысль моя непосредственно передаваться ему не может, что он улавливает ее только по вибрации моей руки. Произведя десятки кажущихся беспорядочными движений, он мгновенно оценивает мою реакцию на каждое из них.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
