Затем Кэти рассказала сестре о своей встрече с Ароном Коннорсом и своем желании научиться подводному плаванию. Потом объявила, что дядя и тетя хотят сказать несколько слов.
Гарольд сделал вид, что ничего не знает о похищении, и посоветовал Тамаре не беспокоиться о делах и наслаждаться отдыхом. Люсинда поворчала, потом повторила вслед за Гарольдом, чтобы Тамара ни о чем не волновалась. К концу пленки раздался голос Кэти. «Тэмми Джо! — воскликнула она с тревогой. — Не вздумай дать Рейну прослушать это — он подумает, что я глупая овечка!..»
— Не вздумай считать ее глупой овечкой, — преувеличенно строго наказала Тамара.
— Кэти просто прелесть. Отдаю тебе должное, ты хорошо ее воспитала, Тэмми Джо! — с придыханием произнес он семейное имя Тамары.
— Еще раз скажешь это, и я задушу тебя, — притворно сердито ответила она. — Когда мы пошлем ответ?
— Дейв прилетит завтра и возьмет его. Мы сможем обмениваться информацией раз в неделю.
Тамара опустилась в кресло. У нее гора с плеч свалилась. Рейн знал, что Кэти много для нее значит, но только сейчас начал понимать, как много.
— А мне можно ответить Кэти? — спросил он, ухмыляясь.
— А почему ты улыбаешься? И что собираешься сказать ей?
— Только то, что позабочусь о ее старшей сестре, а мои люди будут заботиться о ней.
Тамара внимательно оглядела Рейна. Обычно ей не требовалось много времени, чтобы разобраться в мужчине и отнести его к той или другой категории, представителей сильного пола. Мастерс был полон сюрпризов.
— Хочешь проверить, что я запишу для Кэти?
— Зачем? Просто следи за тем, что будешь говорить. Для ее безопасности лучше, если Кэти пока останется при своем мнении. Она все поймет, когда узнает, зачем мы это сделали.
— Ты слышал, что она сказала о старшем брате, — напомнила Тамара. — Я не хочу причинять ей боль или разочарование.
— Твоя сестра — умная, энергичная молодая леди, Тамара. Она способна оценить ситуацию правильно.
— Но она очень уязвима, а я вижу, что Кэти собирается установить с тобой прочные отношения.
— А ты хочешь, чтобы этого не произошло? — язвительно процедил Рейн.
Тамару удивил его тон. Он что, хочет, чтобы девочка-подросток боготворила его?
— Возможно, вам не хватит времени для этого.
— Другими словами, — заметил Рейн, — ты настроена не допустить нашей дружбы.
— Правда ли, что ты хочешь поближе с ней познакомиться?
Рейн задумался. Он понимал, что его ответ очень важен для Тамары и для их дальнейших отношений.
— У меня не было ни брата, ни сестры, — пояснил он. — Кэти — симпатичный ребенок. Я хочу узнать ее получше.
Тамару ответ обрадовал. Рейн явно намеревался закрепить связи с ее семьей. Сердце женщины забилось учащенно.
— Только бы Кэти не пострадала при этом!
— Я не собираюсь делать ничего такого, что могло бы причинить ей вред. Я испытал на себе твой гнев и еще одну такую вспышку просто не переживу.
— Мой гнев? — возмутилась Тамара.
— Ты сбила меня с ног и пыталась поколотить, — поддразнил он, сверкая глазами.
— Да, но ты меня спровоцировал на это! — возмущенно защищалась Тамара.
Вспомнив, как они боролись, катаясь по полу, пленница зарделась от смущения.
Рейну понравилось, что мысли об их физическом контакте вызвали у нее такую реакцию. Ему было интересно узнать, что Тамара думала о ночи, проведенной в одной постели. Прошлую ночь он провел на кушетке: даже смотреть на пленницу было для Рейна большим соблазном, а уж спать рядом с ней просто небезопасно. Его желание немного поутихло, но он был очень осторожен, чтобы не спровоцировать новой вспышки страсти.
— Мы пошлем Кэти совместное послание, — заявила Тамара, меняя тему. — Что же мне говорить ей, чтобы не солгать?
— Можно спросить, чем она занимается, или предложить ей быть посредником между тобой и твоими служащими.
— О, это Кэти понравится. А ты что скажешь?
— Расскажу о ранчо и о моей матери, — ответил Рейн.
Он уже довольно давно знал племянниц Гарольда, но не посвящал их в свои семейные проблемы.
Тамара ни за что бы в этом не призналась, но ее очень интересовала личная жизнь Рейна. Боясь, что он прочтет любопытство в ее глазах, она стала перематывать пленку.
— Почему бы тебе не начать, а я продолжу. Если тебе нужны какие-то вещи, скажи об этом Кэти, и она пришлет их.
Тамару поразило, что она не вспомнила ни одной вещи, которая была бы нужна ей здесь. Можно попросить прислать теплые ночные сорочки, но она уже привыкла к фланелевой рубашке Рейна и чувствовала себя в ней очень уютно. Тамара не испытывала ни в чем нужды.
Вместе они составили послание Беннингтонам. Она старалась, чтобы голое звучал спокойно и уверенно. Не упомянув о замужестве, Тамара просто пояснила, что будет отсутствовать какое-то время и надеется хорошо отдохнуть. Она попросила Гарольда и Кэти передать кое-какую информацию и деловые бумаги в компанию, но когда начала вдаваться в детали, Рейн мягко напомнил ей, что настала его очередь.
Слушая его голос, Тамара вдруг почувствовала острую тоску, причину которой не могла постигнуть. Она никогда никого не просила помочь ей, разделить ответственность за дела компании или за семью. Но теперь надеялась, что человек, который ей небезразличен, поймет ее привязанность к семье и преданность семейному бизнесу.
Следующую неделю жизнь в хижине протекала слажено. Рейн и Тамара занимались каждый своим делом, избегая — без всякого усилия — близкого физического контакта. Тамара взяла на себя хлопоты по кухне и уборке хижины. Ей даже доставляло удовольствие выполнять обычную домашнюю работу.
Закончив дела, она выбирала книгу на полках, забитых всевозможной литературой, и погружалась в чтение. Дома ей не хватало времени на чтение. Что бы она ни делала — работала или отдыхала, Тамара включала великолепную стереосистему Рейна, и в хижине постоянно звучала музыка.
Она не покидала хижину. Рейн же проводил большую часть времени вне дома — колол дрова, ремонтировал постройки, ловил рыбу.
Сначала Рейн думал, что Тамара не выходит во двор из-за того, что он проводит там время, но вскоре понял, что она чувствует себя в большей безопасности внутри хижины. Это его удивляло и интриговало. По лесу Тамара передвигалась с уверенностью горного жителя, но не выходила из помещения даже ради глотка свежего воздуха.
После двух недель их пребывания в горах Рейн решил, что настало время изменить сложившийся образ жизни. Как дружески настроенные компаньоны, в отношениях которых не существовало ничего личного, они спорили о политике, искусстве, бизнесе. Проявляя уважение друг к другу, избегали вторжения в мир затаенных мыслей и чувств собеседника.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
