Слова Лизы были логичными, но я все равно переживала за нее и постаралась максимально точно описать, где находился паспорт, чтобы она как можно меньше находилась в нашей квартире.
Так же объяснив, где я находилась, отдала парню телефон и поблагодарила его. После этого спряталась и начала ждать. Переживала за Лизу и успокоилась только в тот момент, когда увидела остановившуюся рядом с тротуаром машину такси и вышедшую из нее Лизу. Сразу пошла к соседке и, просто не зная, как отблагодарить ее, была готова задушить соседку в объятиях.
Вот только, стоило мне к ней подойти, как рядом с тротуаром припарковался джип и из него вышло двое верзил, которые тут же двинулись в мою сторону. Лиза испуганно округлила глаза и что-то крикнула мне. Кажется, соседка кричала, чтобы я бежала, но я ничего не успела сделать — отдно мгновение и я была схвачена, после чего, несмотря на все мое сопротивление, усажена в джип. Хотя бы Лизу не тронули.
Сердце сжалось и я дернула за ручку дверцы. Бесполезно — ее сразу заблокировали. Сердце забилось словно обезумевшее и сознание прошибло паникой.
Мне конец.
Глава 12
— Кто вы? Куда вы меня везете? — спросила прерывисто и вновь несколько раз дернула за ручку, хоть и понимала, что дверца заблокирована.
Мужчины мне ничего не ответили и уже в следующее мгновение машина выехала на дорогу, а я ощутила, как страх пожирал сознание, а кожу остро покалывало от дикой паники. Казалось, будто меня буквально резали ножом.
— Кто вы? — повторила, переводя лихорадочный взгляд с одного верзилы на второго и третьего. Они даже не посмотрели на меня и на вопрос никак не отреагировали, будто меня тут вовсе не было. — Я не понимаю, что происходит, но, наверное, вы меня с кем-то перепутали.
Вновь никакой реакции и я, стиснув зубы, посмотрела в окно. Сжала ладонями ткань своего платья и, стараясь хоть как-то притупить собственную нервозность, стала ждать, когда мы остановимся на светофоре. Хотела попробовать незаметно попросить помощи у тех, кто будет сидеть в машине, которая остановится рядом с нами. Не знала, получится это сделать или нет, но, жутко нервничая, пыталась хоть что-то предпринять.
Вот только, тот верзила, который сидел за рулем, как на зло, выбирал ту дорогу, на которой почти не было светофоров или оно в это мгновение не загорались, а, когда мы остановились на пешеходном переходе, рядом других машин не оказалось.
Пытаясь не дать страху окончательно изувечить мое сознание, я закрыла лицо ладонями и сделала несколько глубоких вдохов.
— Куда вы меня везете? — опять спросила, но вновь наткнулась на стену глухого молчания. Мысленно выругалась и отвернулась к окну. Пыталась хотя бы таким образом понять, куда именно меня пытались доставить.
Хотя, разве это не очевидно? Меня точно везли к Самсонову. Прямо в тот особняк из которого я только недавно убежала.
До сих пор не понимала, почему Самсонов тогда дал мне убежать, но уже теперь я прекрасно осознавала, что мне конец. Этот монстр позаботится о том, чтобы моя смерть была максимально болезненной и ужасной. Просто представляя, что он мог сделать со мной, я ощущала, как страх усиливался и бил по мне сокрушающими волнами, но, в тот же момент, я прекрасно понимала, что понятия не имела на что способен Самсонов.
Он куда хуже, чем я могла себе представить.
— Пожалуйста, скажите хоть что-нибудь! — выпалила срывающимся голосом, но верзилы лишь переглянулись между собой, а в мою сторону ни единого взгляда так и не бросили.
Может, они немые?
— Прошу, объясните, что происходит, — пробормотала я, и горло мучительно заскребло, от чего я зашлась в приступе нервного кашля.
Не могла молчать. Просто не могла.
— Умоляю, прошу вас, — заявила, с трудом сражаясь с накатившей истерикой, чуть не разрыдалась от гремучей смеси адреналина и тревоги.
Один из верзил вдруг резко повернулся ко мне. Возникло странное чувство, будто он специально избегает смотреть прямо, опасается скользнуть взглядом по моему лицу. Абсурдно, конечно. С чего бы ему так поступать? Мужчина явно намеревался что-то сказать, но другой амбал стукнул его кулаком по плечу, бросил фразу на неизвестном мне языке.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Что? — прошептала я.
Наверное, попросту не поняла, не разобрала речь, поскольку кровь шумела в ушах, дикими ударами врезала по взмокшим вискам.
— Пожалуйста, повторите.
Верзила отвернулся, глухо бросил что-то водителю.
Нет, это точно другой язык. Но какой?
Я нервно огляделась по сторонам, сперва посмотрела в одно окно, после в другое. Еще один подозрительный момент: мы направились в противоположную сторону от той, в которой находился дом Самсонова.
Черт, что меня ждет?
Я прикусила губу. Вдруг у него есть другой особняк? Место для особо жестоких и чудовищных развлечений, где моих криков точно никто и никогда не услышит?
Месть этого психа будет жуткой. В этом я не сомневалась ни секунды.
Мы выехали за город и, не выдержав и сорвавшись, я вновь начала дергать за ручку. Лучше на ходу выпасть на дорогу, чем опять оказаться в руках Самсонова. Вот только, дверца не поддавалась и надежда хоть как-то спастись таяла.
Я вновь обернулась к мужчинам. Попробовала их снова разговорить. Я задавала вопросы, отчаянно старалась пробить лед молчания, но в салоне царила мертвая тишина.
Верзилы больше не говорили ничего. Даже между собой никак не общались.
Еще около часа мы ехали по трассе, а потом свернули. Прошло еще кое-какое время и мы подъехали к массивным кованым воротам. Они открылись и машина заехала на ухоженную территорию. Вдали виднелся особняк. Огромный и красивый. Будто бы только недавно построенный.
Когда меня вывели из машины, я попыталась убежать. Бросилась в сторону, повинуясь инстинкту самосохранения.
Я не могла как покорная овца идти на заклание. Должна была хотя бы рискнуть, попробовать.
Шансов не было. Верзилы быстро схватили меня и повели к дому. Хоть и мягко, но все равно удерживали. А я изо всех сил кричала и вырывалась, лихорадочно вырывалась. Все равно терять уже нечего. Нет смысла изображать покорность. Наоборот, хотелось сопротивляться и вгрызаться зубами в последние часы своей жизни.
Когда мы уже были в особняке, я вырывалась настолько сильно, что первые несколько секунд не понимала того, что мы остановились. Пришла в себя только в тот момент, когда одна из дверей открылась и меня втолкнули внутрь комнаты.
Дверь позади меня закрылась и я, испуганно оглянулась.
Смахивает на кабинет. Темная комната, мрачная. Мебели практически нет, лишь самое необходимое. Кожаный диван, массивный деревянный стол, а за ним высокое кресло и единственное окно, панорамное, от пола до потолка.
Здесь кто-то есть. Там, в кожаном кресле. Я скорее ощущала, чем осознавала наверняка. Под кожей разливались колючие мурашки. Меня знобило от тревоги, буквально колотило.
Кресло развернулось — и я широко раскрыла глаза.
Палач. Он смотрел прямо на меня. Мрачно. Жестко. Безотрывно. Буравил тяжелым взглядом так, что колени подкосились, и пришлось поспешно схватиться за край одного из стеллажей.
Мужчина бросил на стол папку с документами, которую прежде держал в руках, достал пачку сигарет и закурил, не разрывая зрительный контакт. А я как завороженная следила за движением его пальцев, за тем, как набухали и вздувались вены на широких кистях.
Жестокая ирония. Бежала от одного дьявола, и попала во власть другого. Моя свобода сгорала точно сигарета зажатая в длинных пальцах моего похитителя.
— Решила нарушить мой приказ, — хрипло произнес Палач и усмехнулся, затянулся сигаретой, откинулся назад и выпустил дым в потолок, насквозь прожег взглядом безжалостных черных глаз: — Зря, очень зря, зверушка.
Я качнула головой, будто пыталась хотя бы так сбросить тягучий морок, который на меня навеял будоражащий звук его голоса.
Палач подавлял одним лишь своим присутствием. Его проклятая ухмылка действовала на нервы. Самодовольство читалось в каждом движении этого мужчины. Он упивался властью. Привык получать все, что пожелает.
