не готовы в принципе с кем-либо сражаться кроме бывших рабовладельцев и мирных жителей, сочувствующих Свету.
Силы Тьмы разбиты. Дрон, преисполнившись великодушием, не брал в плен врагов, а просто отпускал. Пускай бегут — и сообщат о присутствии врагов на своей территории.
Уже к вечеру нога полководца наткнулась на старый, испещренный бороздами драконий череп. Осмотрев его, он начал понимать величайшую истину происхождения драконов, коих повидал не мало. Рога у черепа были спилены, а это место — Кладбище Драконов. Здесь не бывает мародеров. Рога, рога. Они определяли характер и музыку души дракона.
— Сюда! — крикнул Дрон Батькович — Мы нашли его!
Находившиеся поблизости тут же распространили благую весть — все шло точно по плану. Тела убитых драконов доставлялись сюда своими сородичами. И пусть подобное требовало определенных затрат на транспортировку, это делали и Силы Тьмы. И если даже оружие из драконьей кости считалось невероятно редким, то нетронутые руками ремесленников или алхимиков останки — и вовсе невозможно увидеть нигде, кроме передовой. Передовой и Кладбища.
Потребовалось не больше часа, чтобы все силы подтянулись и заняли свои позиции. И не больше трех часов, прежде чем Архинекромант остался доволен всеми магическими приготовлениями. И когда наконец он занял отведенное для него место и зашептал первые строки заклинания — все поняли: темный ритуал начался.
Глава 14 Глазами дракона
Ультрамариновые крылья Бреовима скользили над густо облепленными хищными лианами кронами каменных ив, засыпанных снегом. Он летел так низко, что мог ясно видеть, как бело-зеленая растительная масса медленно движется то ли стараясь скрыться от губительного для неё холода, то ли выискивая очередную не слишком расторопную жертву. Лианы двигались настолько стремительно, что успевали ловить птиц. Дракон даже мог бы расслышать жалостный писк угодивших в эту ядовитую ловушку немногочисленных перелетных птиц, спасающихся от наступавшей зимы, если бы был один. Но сотни крыльев рядом густыми тенями нависали над всем пространством. Каждый из его братьев летел гордо, не скрываясь, всем своим видом выражая немое могущество.
Рожденные в глубинах бескрайнего космоса, они двигались к останкам своих павших братьев. Старые кости хоть и не являлись священными для древних исполинов, но были достойны безоговорочного их уважения. Приближение же к ним низших разумных и вовсе было наглостью, заслуживающей немедленной и мучительной смерти.
Вся процессия имела своей целью ничто иное как неотвратимую показательную казнь осмелившихся на подобное нарушителей.
Бреовим взглянул сквозь спустившуюся снежную пелену на единственного иного разумного, удостоившегося быть для них не просто равным. Он стоял выше. В самом центре армады, окруженный достойнейшими из драконов, Князь смотрел вперед из-под своего закрытого шлема. Только ему одному, не имевшему крыльев, старший из живущих драконов самолично подарил собственные везя его верхом. Остальных же спутников, именовавших себя «всадниками», всем приходилось терпеть по Его приказанию.
На спине Бреовима также восседал один из таких разумных. Дракону было глубоко плевать кем он являлся — человеком, эльфом, орком. Для него «всадник» был лишь инструментом, что использует в бою его предводитель. И ум подсказывал ящеру, что это чувство обоюдно.
Бреовим знал, что восседавший на нем боец впервые удостоился чести полёта. После мясорубки долины Брай ультрамариновые крылья уже успели исцелиться и только полосы шрамов на тонкой мембране напоминали о полученных ранах, но это не помешало низшему разумному презрительно осмотреть их перед тем, как взобраться в седло. Дракон знал, что таким взглядом солдаты Князя обычно смотрят на прохудившиеся латы или сломанный меч.
От мыслей о раздражающем «всаднике» Бреовима оторвал запах. Странный, едва уловимый из-за снегопада аромат оставлял чувство беспокойства, интереса и закипающей крови. Осмотрев летящих рядом собратьев, дракон понял, что они чувствуют то же самое.
Лес каменных ив остался позади, предоставив место пустоши, зовущейся Драконьим Кладбищем. Здесь должно было пахнуть смертью, магией и Тьмой, но какой-то изъян в ауре этого места не давал понять гигантам, что именно сейчас было не так.
Некоторые из драконов устремились вперед, уверенные, что это похозяйничали похитители костей из места, называемого Добротаром. Живущие там часто забирали драконьи останки, думая, что после боя те принадлежат им. Теперь же добротарцы зашли еще дальше в своей наглости, явившись сюда.
Бреовим поднялся выше, пытаясь понять, что же так насторожило их всех. С каждым вдохом сердце стучало все сильнее, предупреждая о опасности и скором бое. Но осознание причины тревоги все никак не приходило в голову.
Слева от него, среди снежной пелены чуткий слух вычленил тяжелые и неуверенные хлопки крыльев. Именно в этот момент, ультрамариновый дракон понял, что искать нужно было не запах, а его отсутствие. Да, здесь пахло смертью, магией и Тьмой, но не было и капли запаха упокоения.
«Всадник» Бреовима закричал в тот момент, как увидел полуистлевшее драконье тело, несущееся прямо на них. Неестественное, прошитое сотнями магических нитей и жаждущее битвы.
* * *
Это было кровавое побоище. Оскверненные некромантами собратья были не столь неистовы, как живые, но сила их была в их числе. И они постоянно прибывали.
Бреовим лишился всадника около трех часов назад, когда того вместе с ошметками чешуи и кожи сорвал немертвый дракон, с пастью, полностью лишенной плоти. Чудом ящер цвета ультрамарина был еще жив. Этот бой вел именно тот, кто когда-то смог отбить их атаку в долине Брай. Те же приемы. Похожая тактика, только доведенная до совершенства.
Горячая кровь растекаясь перед глазами мешала обзору. В голове перемешались ярость и страх, кричащие только «Бей или беги!». Разум едва справлялся с тем, чтобы не утонуть в этой кровавой пелене.
Главное — не упасть вниз. Возврата оттуда уже не будет. Бреовим выпустил поток пламени, сжигая тканевые крылья воскрешенного дракона, свалившего собрата вниз. Вид терзаемого мертвыми пастями все еще живого тела заставил инстинктивно взмыть вверх, ближе к Князю. Несколько дротиков, попавших в Бреовима, распространяли по телу холод и смерть, которыми и без того пропах каждый клочок земли.
Хоть лицо Темнейшего и было скрыто, это не мешало, понимать кипевшие в нем эмоции. Он искал первопричину творившегося здесь некротического безумия.
Холодное склизкое тело, полное червей, летящее навстречу, заставило Бреовима вновь спикировать вниз, едва не угодив под магический залп добротарийских орудий.
Бреовим был не самым старшим из всех своих собратьев. Он не видел столько битв, сколько остальные, а потому это сражение казалась ему ужасающим и величественним одновременно. Смесь отвращения и восхищения, паники и гнева бурлила внутри, изливаясь огнём и дымом на атакующих.
Дракон понял, что Князь устремился вниз. Он нашел
