нее:
Это важное для меня место. Тут я мог побыть не просто ребенком. Я был супергероем. И рядом со мной были такие же молчаливые супергерои…
СВИДАНИЕ 2
Очень надеюсь, что Герда сюда еще не ходила. Клянусь, тут самое вкусное мороженое во всем городе. И да, надеюсь, она тоже проникнется любовью к холодному даже самой морозной зимой.
«Фрости»[5] – маленькая кофейня, где все отмечают детские дни рождения. Минимум десять раз я праздновал свой именно тут. И с радостью отмечал бы еще, но новое поколение молчаливых супергероев смотрят слишком уж зло, когда в их любимое место заходят высокие дети, которые еще не стали настоящими взрослыми.
Но сейчас в кафе было пусто. Я занял свой любимый столик в конце зала. Конечно, не сдержался и заказал любимое мятное мороженое с шоколадом. Вкус детства – ощущение, что ешь зубную пасту вприкуску со сникерсом. Идеально.
Когда с мороженым было покончено, сбоку красного дивана я нащупал дырку, которую сделал еще лет в семь. Если бы я тогда знал, что этот тайник мне пригодится!
Второй конверт спрятан.
Герда, я не знаю, много было у тебя путешествий или нет, но уверен, что тут самое вкусное мороженое в мире. Не совершай мою ошибку – заказывай сразу три шарика…
СВИДАНИЕ 3
Следующим заданием для Герды был музей. Нет, я не такой ботан, который поведет девушку в скучнейший музей, чтобы показать, какой он эрудированный и начитанный ценитель искусства. Я свожу ее в самое сердце города. Это самый душевный музей, который все любят. Он добрый, родной и немного сказочный.
Основал его господин Андерсен еще пятьдесят лет назад, когда был юным и влюбленным в свою будущую жену… и историю. После смерти господина Андерсена музей продолжает жить вместе с его женой.
– Когда-то наши потомки захотят узнать о нашей душе, – однажды сказал он. И был прав.
И так началась история «Дома-музея наших жителей». Старый двухэтажный особняк превратился в важную часть жизни нашего города. В нем представлены картины местных художников, мебель от столяров, игрушки от мастеров и ценные экземпляры – от жителей, которые добились успеха вне городка. Так, например, там есть киноафиша от режиссера, которого номинировали на «Оскар» за лучший документальный фильм, книга с автографом писателя. В нем полно интереснейших вещей. Фотографии, украшения, вазы… И все это создано руками и талантом жителей. Однажды, очень хочу в это верить, я смогу принести госпоже Андерсен и виниловую пластинку со своими песнями.
– За билет можешь не платить, – почти прошептала госпожа Андерсен. – Ходи, вдохновляйся.
– Благодарю, – ответил я, но опустил в банку тройную цену за билет. Так делают все. Городу нужны воспоминания.
На подоконнике второго этажа стояла неприметная музыкальная шкатулка для украшений, в ней я и решил спрятать последнее письмо.
Музыка и творчество – часть нашего города. Я хотел бы разделить их с тобой…
СВИДАНИЕ 4
Это последний пункт наших свиданий. Романтичный и банальный. И немного страшный. Колесо обозрения. Кажется, множество романтичных фильмов на нем заканчиваются. А я хочу, чтобы у нас всё началось.
Теплые кабинки позволяют колесу работать весь год. И с него открывается потрясающий вид на весь город. Вот наша школа, там мой дом, а тут кафе «У Моник»… Все важные элементы видны как на ладони. Думаю, Герде понравится.
Это последняя часть наших свиданий. Посмотри, город с этой точки невероятно красивый…
И теперь стало страшно мне… Вдруг она не оценит? Но если мы совпали по «Сумеркам» – это же что-то значит, да?
Герда
20 февраля
– Я думала, ты поедешь со мной в строительный магазин, – удивилась мама, застав меня в коридоре одетой. – Хотела выбрать краску для стен в гостиной.
– Может, съездим после обеда? – Я поправила шапку. Кожа головы под ней ужасно чесалась. – Мне нужно сходить в библиотеку…
– Куда? – вытаращилась она.
Жар ударил мне в щёки.
– Мам, не прикидывайся глухой. В библиотеку.
– Серьезно? – Ее глаза с подозрением сузились. – В субботу?
– Ну да.
– Зачем?
Я покраснела еще сильнее, и теплый шерстяной комплект из шапки с шарфом тут был совсем ни при чем.
– Возьму что-нибудь почитать.
– О боже! – Теперь она уставилась на меня в ужасе. – Ты идешь на встречу с кем-то? Это свидание? Но ведь ты никого тут не знаешь! И ты… тебе всего шестнадцать, Герда! – Мама схватилась за голову. – Скажи, что завела подругу. Ох, нет, у тебя же не было на это времени…
Ее паника вызвала у меня улыбку.
– Мам?
– Да? – Она принялась обмахивать себя руками.
– Всё хорошо. Дыши.
– Я просто… – мама пожала плечами. – Просто разволновалась! Вдруг поняла, что тебе скоро семнадцать. Не всего, а уже! Понимаешь? Семнадцать! И ты опять куда-то идешь. Одна. Вдруг это свидание? С настоящим мальчишкой! Да тут любая мать сойдет с ума! И ты… ты так изменилась в последние дни…
Я подошла к ней и погладила по плечу.
– Во-первых, перестань смотреть на меня так, будто я при смерти. Со мной всё в порядке. Никакое это не свидание – разве что с книгами. Честно.
– Да? – немного наивно посмотрела на меня мама.
Я рассмеялась.
– Да. Честно.
– Тогда, может, возьмешь с собой свою непутевую мать? – она просияла, довольная собственным предложением. – Дома ужасно скучно одной.
Честно говоря, я даже растерялась. Не знаю, что имел в виду Кай насчет затеи с библиотекой, но вряд ли формула идеального свидания предполагала наличие переменной в виде моей матери.
– Э…
– Я перегибаю палку, да? – вздохнула мама. Она убрала с моего шарфа невидимую пылинку и закусила губу. – Прости. Наверное, я переволновалась. Твоя юность утекает как песок сквозь пальцы. От мысли, что ты перестанешь быть моей маленькой девочкой, мне становится страшно. Ты такая взрослая, умная, сильная, а я… А я все время переживаю, что не справлюсь с ролью твоей матери.
Я выдохнула и притянула маму к себе. Уткнулась носом в ее шею. Этот маленький город снова сблизил нас. Мы не были так близки и не разговаривали так открыто с тех пор, как папы не стало. Я все время думала о том, как мне плохо, ведь я потеряла отца, но маме было ничуть не легче: она потеряла любовь всей своей жизни. Никто не должен терять любовь.
– Я всегда буду твоей маленькой девочкой, – прошептала я. – Даже не переживай.
