«Боже мой! — подумала Линда. — Значит, Джимми все время говорил правду! А я ему не верила!»
— Он угрожал мне, — всхлипывала Эва. — Угрожал, что донесет, как на шпионку… Если бы он распустил слух, что я шпионка, — конец моей карьере, а может, еще хуже…
Линда вскочила с софы и обратилась к Броку:
— Вы должны послать кого-нибудь к Джимми. Пожалуйста, побыстрее! Прямо сейчас! Ведь Джимми каждую секунду…
— Замолчите! — грубо осадил ее Брок. — Мне известно, где Уолкер. Он не в Гарлеме. Где у вас телефон? — спросил он у Эвы.
Она указала на дверь спальни. Обе женщины слышали, как он набрал номер и заговорил:
— Дженни? Да, я… Нет, все в порядке. Дай-ка мне Мэтта. Что?.. Когда? А куда? Нет… нет… Не заходил ли он в спальню, прежде чем уйти? Ах так… Нет, это неважно. Я вернусь поздно. Пока.
Когда Брок положил трубку, Линда стояла рядом.
— Выходит, вы не знаете, где он!
— Вы не волнуйтесь, далеко он не ушел. Через час максимум мы его найдем. А я пошлю в Гарлем человека, он не даст вашего друга в обиду.
— Ради всего святого, поторопитесь! — умоляла она. — Ведь он купил себе пистолет. Если он встретит Уолкера, он может его убить.
Брок на несколько секунд потерял дар речи.
— Так вот оно что! Вот откуда у вас такой страх! — Он принялся быстро набирать номер телефона, жестом отправив Линду в гостиную. — Говорит сержант Брок. Соедините меня с лейтенантом Бэкером… Алло, лейтенант? Это Брок. Круг сузился. Нашему знакомому все-таки придется отправиться в командировку. Другого выхода нет. Что? Что?! Когда?.. Ранение серьезное?.. Джонсон не видел, кто в него стрелял? Нет?! — Последние слова Брок произнес так громко, что Линда не могла их не услышать.
Вцепившись в рукав Брока, она закричала:
— Он убил его! Убил!
— Извините, — сказал Брок, прикрыв трубку одной рукой, а другой для отрезвления ударил Линду по лицу: — Возьми себя в руки, слышишь, он жив.
Линда заплакала.
— Нет, это подруга Джонсона, — сказал Брок в трубку. — Да, я сказал ей, что он жив. Лейтенант, этих двух имеет смысл подержать у нас… Например, за сообщничество, за сокрытие важнейших фактов… Ну, пока…
В дом, где жила Эва, Уолкер проник через черный ход. Поднявшись на лифте, осторожно приблизился к двери, прислушался. Изнутри не доносилось ни звука.
Бесшумно открыл своим ключом дверь, достав одновременно пистолет с глушителем. Так же осторожно прикрыл дверь за собой. В комнатах тихо.
Пробираясь на ощупь, дошел до кухни. «Спит, наверное», — подумал он.
На цыпочках прокрался в гостиную. И здесь темно и тихо. «Она, конечно, задернула шторы — не видно даже света с улицы».
На секунду остановился, прислушался. Как будто чье-то дыхание?.. Нет, ничего. То, что ему предстояло, было ему не по вкусу: уж лучше бы в темноте…
Уолкер протянул руку к выключателю. И в этот момент лампы большого торшера, стоявшего у софы, зажглись… Посреди софы сидел Брок, целясь из служебного пистолета 38-го калибра прямо в сердце Мэтта.
— Брось оружие, Мэтт, — сказал он.
Уолкер остолбенел. Пальцы его медленно разжались, и пистолет с глухим стуком упал на ковер. Мэтт грустно улыбнулся Броку.
— Свинья ты, — проговорил Уолкер тихо.
— Конечно. Но будь осторожнее, не то пожалеешь.
— У меня служебный тоже при себе. Отдать тебе и его? — Уолкер все еще улыбался.
— Не надо, — покачал головой Брок. — Из него ты стрелять не будешь.
«Это было бы твоим концом, Мэтт. А так у тебя еще есть шанс», — подумал он про себя.
— Я на твоем месте не был бы так уверен.
— Ничего, рискну, — Брок спрятал свой пистолет в кобуру. — Садись!
Уолкер взял стул и сел на него верхом, прямо напротив Брока. Грустная улыбка не сходила с его лица.
— Что?.. Эва?..
— Конечно, — сказал Брок. — А ты думал, она будет стоять за тебя горой?
— Нет. Но был уверен, что какое-то время помолчит… Пока я все не улажу…
— Перевести? «Пока я ее не убью»?
— …и тогда никто никогда не смог бы ничего доказать.
— Ошибаешься, — сказал Брок. — Я знал, в чем дело, и без этой дамы.
— Я в этом не сомневался. Ты мне не верил… Но без показаний Эвы…
— Я не поверил в твою самую первую историю, которую ты рассказал Бэкеру и юристу. Между прочим, Бэкер тоже… — Брок решил протянуть Уолкеру ниточку — пусть знает, что еще не все потеряно. — Но когда ты в баре стал рассказывать мне «подробности», я все понял.
— Да?
— Между прочим, я нашел девку, с которой ты провел ночь.
— Не может быть… Ты знал, где она, и ничего мне не сказал? — обиженно проговорил Уолкер.
— Конечно. А вдруг ты решил бы убрать и ее? Ты и так разбил ей пистолетом все лицо. Оберегая эту шлюху, я оберегал тебя. Как ты этого не понимаешь?
— И что ей было известно?
— Что у тебя пистолет с глушителем. Ты ей им угрожал. Откуда он у тебя, Мэтт?
— Из музея криминалистики. Малыш Джо убил из него Хью Мэллигана… Интересно даже, кому я этой ночью не угрожал? Здорово я тогда набрался…
— Следствие покажет, — проговорил Брок серьезно, но глаза его улыбались.
— Что со мной будет? — спросил Уолкер.
— То, что ты избил двух женщин, дает тебе известный шанс. Могут посадить в психиатричку… Но до этого должно пройти какое-то время…
«Яснее не скажешь. Сматывайся, Мэтт, и дело с концом. Вернешься, когда все забудется, и отделаешься парой пустяков, — подумал Брок про себя. — А не сказать ли ему это прямо? Нет, подожду. Интересно, как он себя поведет?»
— Почему же ты не остановил меня раньше, Брок? Раз ты все знал?
— Мы… Я хотел дать тебе возможность избавиться от пистолета.
— После того, как я убью третьего?
— Нет. Я думал, до этого не дойдет. Рассчитывал, что ты в конце концов поймешь мое к тебе отношение… Я все время намекал тебе, что все знаю, но сказать тебе это прямо в лицо не имел права. Я надеялся, что у тебя хватит ума спрятать концы в воду.
Наступила небольшая пауза. Потом Уолкер пробормотал:
— А я-то все время думал, будто ты против меня…
— Я не был за тебя. Я был за Дженни.
— И ты закрыл бы на все глаза?
— Конечно, — сказал Брок… — Неужели ты не понял? Ах да, у тебя нет жены и детей. Думаешь, приятно иметь брата и дядю — убийцу?
Брок развел руками.
— Почему ты убил их, Мэтт? — спросил он вдруг.
— Ты не поверишь мне, Брок, — ответил Уолкер. — И никто мне не поверит… Первого — совершенно случайно. Нажал на курок, и все… Я не знал, что спуск такой слабый… А потом я подумал, что никто мне не поверит. Вот и пришлось убить второго.
— Но с чего эта история началась, черт бы тебя побрал?
«Когда он, наконец, спросит, что ему делать?»
Уолкер пожал плечами.
— Я был пьян — вот и все. Подумал почему-то, что они украли мою машину… Позднее я вспомнил, где ее оставил. Но когда я увидел этих ниггеров, я решил, что машину украли они.
— Почему? Потому что они черномазые?
— А то почему же?
— Гм-гм… Но третий?
— Боже мой, а что мне оставалось? Убив первого, я не мог остановиться, так ведь? Второй видел меня, значит, я просто обязан был убрать его. А третьего я не тронул бы, не встреться он мне…
— Мне тебя жаль! — пробормотал Брок.
— Мне тебя тоже, — сказал Уолкер.
— Да… Для Дженни это будет страшный удар. Но послушай…
— Я не об этом, — перебил его Уолкер, не подозревая даже, что хочет шурин ему предложить. — Я насчет того, что стреляю я быстрее тебя…
С минуту оба молчали…
«Он ничего не желает понять и никого не хочет слушать», — подумал Брок с сожалением и твердо, спокойно проговорил:
— Конечно. Но рисковать тебе не стоит, твой пистолет зарегистрирован.
— Я знаю, — сказал Уолкер. — Но, начав дело, нужно доводить его до конца.
У Брока было такое чувство, будто прошла вечность, прежде чем он положил руку на свой пистолет. Но не успел он его достать, как увидел пистолет в руке Уолкера и услышал выстрел. Он был удивлен, услышав тут же собственный выстрел. Еще больше его поразило маленькое темное пятно, появившееся вдруг между глазами Уолкера.
Уолкер медленно повалился со стула…
Брок не сразу осмыслил происшедшее. Он видел дыру в стене над своей головой и понимал, что чудом ушел от смерти.
Тяжело ступая, он прошел в спальню и снял телефонную трубку…
Примечания
1
Спиричуэл (англ.: spiritual) — традиционный вокальный жанр афро-американской музыки.
2
Коп (англ.: cop) — презрительная кличка американских полицейских.
3
Дилириум — делириозный синдром (от лат. delirium — безумие, помешательство) — помрачение сознания со зрительными галлюцинациями, бредом, двигательным возбуждением. Встречается при отравлении, инфекционных болезнях, сосудистых поражениях головного мозга и черепно-мозговой травме.
