нем черные джинсы, как черный свитер облегает его твердую грудь и живот, вспоминая, как вчера вечером я чувствовала себя прижатой к стене этим великолепным телом.
— Готова идти? — спрашивает Михаил, когда он подходит ко мне.
Я ухмыляюсь, беру сок Лены с прилавка и даю ей его с соломинкой. Затем взяв за грудки его свитер, притягиваю Михаила к себе. Его лицо ничего не выражает, но я замечаю легкое замешательство в его взгляде, когда он наклоняется. Поднявшись на цыпочки, я прижимаюсь губами к его губам.
Это должен был быть быстрый поцелуй, но в тот момент, когда я чувствую его рот на своем, все разумные доводы вылетают в окно. В следующее мгновение я уже прижимаюсь к шее Михаила, а он поднимает и прижимает меня к себе, и мы целуемся так, как будто завтрашнего дня не будет.
— Фи гадость! — восклицает Лена, и я открываю глаза.
В его единственном синем глазу, я вижу такую страсть, что на мгновение становится трудно дышать. Я не помню, чтобы кто-то так смотрел на меня, никогда.
— Ty — Bianca, luch solntsa v pasmurnyy den, — говорит он мне в губы, снова целует меня и медленно опускает на землю.
Кажется, что я только что пробежала милю, потому что сердце колотится в груди как сумасшедшее. Я делаю глубокий вдох и поворачиваюсь, чтобы взять свой кофе со стойки. Бариста смотрит на меня округленными глазами.
— Не смотри на мою жену, парень, — говорит Михаил позади меня.
Парень моргает, смотрит на Михаила, потом делает шаг назад.
— Папа, папочка, можно мы пойдем покупать пончики? Можно, папочка?
— Конечно, zayka. — Михаил подхватывает Лену, берет меня за руку и ведет нас к выходу.
При входе в квартиру звонит мой телефон.
— Дочка. Живо мыть руки. — Я показываю на бумажный пакет с пончиком, который она прижимает к груди. — И сначала ужин. Пончик съешь после. Хорошо?
— Хорошо, папочка!
Я достаю телефон, смотрю на экран и поворачиваюсь к Бьянке.
— Это Роман. Не поможешь Лене? Мне нужно ответить.
Она кивает, проводит рукой по моему предплечью и спешит в ванную. Мне все еще трудно осознать, насколько мне приятно, когда она прикасается ко мне.
— Пахан? — говорю я в трубку.
— Мне нужно, чтобы ты проверил Сергея, — говорит он. — Он с утра не отвечает на звонки, а сегодня у него встреча с людьми Мендосы. Если он не в форме, ты поедешь вместо него.
— Я буду там через час.
Я убираю телефон и иду в ванную, где Бьянка помогает Лене вытереть руки.
— Мне нужно уйти. — Я протягиваю руку и убираю прядь волос с ее щеки.
— Я позвоню Сиси, чтобы она пришла присмотреть за Леной. Я не знаю, когда вернусь.
Бьянка смотрит на меня, качает головой, показывает на свою грудь, а затем на Лену.
— Уверена?
Она кивает и берет Лену за руку.
— Lenochka. — Я наклоняюсь и большим пальцем поглаживаю ее подбородок. — Папе нужно идти на работу. Бьянка останется с тобой, хорошо?
— Хорошо, папочка. — Она улыбается и поворачивается к Бьянке. — Бьянка, Бьянка, можно нам устроить пижамную вечеринку. Можно?
— Сначала ужин, zayka. И будь умницей.
— Да, папочка. — Она берет Бьянку за руку и начинает ее тянуть. — Давай, Бьянка. Сначала ужин, потом пончик, потом пижамная вечеринка.
Бьянка позволяет Лене вывести ее из ванной и повести в сторону кухни. Я провожаю их взглядом, затем направляюсь в свою спальню, чтобы переодеться на случай, если мне придется идти на встречу позже.
По пути я заглядываю на кухню, где девочки сидят за барной стойкой и готовят бутерброды.
— Слушайся Бьянку, — говорю я Лене и целую ее в макушку.
Когда я поднимаю глаза, то вижу, что Бьянка наблюдает за мной. Боже, я так хочу поцеловать ее, но не решаюсь. Я понятия не имею, что произошло ранее в том кафе, чтобы побудить ее поцеловать меня, и не хочу давить на нее. Ей, итак, не легко, поэтому вместо этого я просто провожу пальцем по ее щеке.
— Напишите мне, если у тебя возникнут проблемы с Леной, — говорю я и поворачиваюсь, чтобы уйти.
Когда я уже подхожу к двери, я оглядываюсь и вижу, что Бьянка смотрит на меня суженными глазами. Я могу ошибаться, но похоже, что она снова на меня злится.
Пока я завожу машину и размышляю, какую херню я найду, когда приеду к Сергею, я слышу, как пикает телефон с входящим сообщением.
19:31 Бьянка: «Ты не ел.»
Я смотрю на сообщение. Я не ел. И она заметила.
19:32 Михаил: «Я перекушу по дороге.»
19:32 Бьянка: «Мы приготовим для тебя бутерброд и оставим его в холодильнике. На всякий случай.»
19:33 Михаил: «Спасибо.»
Я оставляю телефон на приборной панели и выезжаю из гаража. Где-то по дороге я слышу еще одно сообщение, но не открываю его, пока не паркуюсь перед домом Сергея. А когда открываю, то минут пять сижу за рулем и смотрю на ее сообщение.
19:52 Бьянка: «В дальнейшем я также жду поцелуя на прощание. Пожалуйста, запомни это, Михаил.»
После ужина и быстрого купания я укладываю Лену в кровать и укрываю ее цветочным одеялом.
— Бьянка, Бьянка, расскажишь мне сказку? Пожалуйста, Бьянка.
Я беру телефон, нахожу в интернете канал с детскими сказками и ложусь с ней на кровать. Боже, она так похожа на Михаила, интересно, хоть что-то досталось ей от матери? Может быть, нос, он очень маленький. Я потянулась, чтобы получше поправить ее одеяло.
Она поворачивается ко мне.
— Ты нравишься папе.
Я улыбаюсь и глажу ее по щеке. Она не может этого знать. Даже я не знаю, что думать о поведении Михаила.
— Папа поцеловал тебя. И держал тебя за руку. Я думаю Бьянка, ты очень, очень нравишься папе. Папа не любит прикасаться к людям.
Я замираю с рукой на щеке Лены, все мое тело замирает.
— Ты мне тоже нравишься, Бьянка. А я тебе нравлюсь?
Я снова глажу ее по щеке и киваю.
— Бьянка, почему ты не можешь говорить? Ты поранила рот? Мой папа повредил глаз. Ноэми говорит, что у папы только один глаз, но она врет. У папы два глаза. Я спросила, и он мне показал. Ноэми говорит, что мой папа некрасивый. Разве мой папочка некрасивый, Бьянка?
У меня перехватывает дыхание. Я кладу руки по обе стороны от лица Лены, отрицательно качаю головой: «Нет.»
— Папа говорит, что он немного некрасивый. Я его спросила. Но
