Машина остановилась под светофором, мерцающим над автострадой красной точкой, и Дальский, воспользовавшись паузой, повернул к себе лицо Крайта, рассматривая его в полутьме.
- Расписал он тебя немного.
- Ничего! До свадьбы заживет! – усмехнулся Крайт. – Особенно до моей!
Егор аккуратно потрепал его по плечу и снова взялся за руль. Уверенно тронул машину с места, а Крайт опять задумался о чем-то, опустил взгляд и уставился на свои колени. Егор спокойно вел машину, обгонял поздних медлительных водил и, заехав в спальный микрорайон, немного попетлял, разыскивая нужный ему дом.
- Приехали! – прокомментировал он, притормаживая во дворе у ярко освещенного подъезда.
Крайт вскинул глаза и удивленно уставился на здание.
- Э! А мы что, не к вам ехали, что ли? – пробормотал он, рассматривая знакомый до боли фасад и окна собственного дома.
- Я подумал, что ты слишком устал после схватки, – произнес Егор, повернувшись к нему лицом. - Да и руку твою сейчас лучше не напрягать. Увидимся в следующий раз, когда придешь в норму, вот тогда-то ты у меня отработаешь все и по полной программе. Понял?
- Ага! Спасибо! – улыбнулся Крайт, не испугавшись его угроз. - Я что-то действительно сегодня не настроен на кувырки в постели. Извините!
- На первый раз прощаю! А теперь спокойной ночи, Ваня!
Крайт сам без напоминания потянулся и легко поцеловал Егора в губы.
- Спокойной, Егор!
Он, кряхтя и тихо матерясь, выбрался из машины и, заплетаясь в собственных ногах, побрел в подъезд. Егор дождался, пока за ним закроется бронированная дверь, и только тогда плавно придавил педаль газа.
<center>***</center>
С того памятного дня, когда Крайт довольно легко смог одержать над ним победу на глазах у десятка зрителей, Антон стал тренироваться ежедневно, причем еще усерднее, чем раньше.
До этого главная цель его жизни была несколько абстрактна, и этой целью было истинное мастерство. Но список конкретных шагов для его достижения не мог ему предоставить ни один из мастеров - живущих или уже умерших, - ведь каждый из них достигал своей вершины собственным особым путем. Победа над Волком и получение титула чемпиона могли бы значительно приблизить его к решению задачи, но получилось так, что за время, проведенное в «Клубе», Антон начал искренне уважать своего наставника, да и тот относился к своему ученику по-дружески. Из-за возникшей между ними привязанности Антон, воспитанный в духе японской культуры, представлял их с Волком поединок как изящную битву двух друзей-мастеров, решивших на досуге помериться силой. Предвкушал его, но не спешил превратить свои мечтания в реальность. Этот шаг к вершине он решил оставить на то время, когда будет морально и физически готов одержать победу над Волком и впоследствии удержать титул чемпиона в своих руках. Теперь на его пути внезапно возник еще один, хоть и небольшой, но очень раздражающий шажок, который приобрел вполне конкретные очертания. Этот «шажок» имел гибкое тело с кучей вшитого в кожу металла, черную копну волос и ядовитую ухмылку.
До судьбоносной встречи с Крайтом Антон не воспринимал бои на Арене всерьез, как бы ни убеждали его в обратном Максим и Сергей. Ну, подумаешь, мочатся мужики друг с другом на потеху богатой публике! И до сих пор навыки Антона позволяли ему потакать собственной гордыне, достаточно легко побеждать соперников одного за другим, еще больше убеждая в собственной крутизне. Теперь же, после долгих размышлений, не дающих ему спать ночами, он резко изменил свое мнение и стал относился к схваткам на песке так же серьезно, как относился когда-то к международным турнирам. Он нацелился на результат и тренировался в выполнении того или иного приема до тех пор, пока не добивался идеального исполнения удара или не валился с ног от усталости.
Волк ворчал на излишне изматывающего себя ученика, но, несмотря на собственное недовольство, каждый день проводил для него тренировку. Был еще более требователен и строг чем раньше, но Антон уже привык к его строгости, тем более что строгость Волка не шла ни в какое сравнение со строгостью Томина-старшего.
Антон переступил через себя и принципы, вдалбливаемые в его голову с самого детства. Он решил не ограничивать себя привычным ему айкидо и потребовал от Сергея, чтобы тот учил его совмещать разные техники, как делал это сам, ведь Антон видел, что именно благодаря смешению стилей тому удалось победить стремительного Крайта на тренировке. Да, отец никогда не одобрил бы этого, но Антон был вынужден менять себя.
- На самом деле, на данный момент неясно, кто из нас двоих лучший, – сказал ему Сергей, убедившись, что Антон не отступиться. – Когда у Крайта начало получаться, и он стал побеждать на Арене один бой за другим, Максим потребовал от меня, чтобы я никогда не выходил на Арену против змея. И я до сих пор выполняю его требование. Кто знает, возможно, сойдись мы в настоящем бою, Крайт уже получил бы мой титул, а пока что он… изредка донимает меня в тренажерном зале, когда застает за тренировкой.
Антон благодарно принимал уроки Сергея и всегда внимательно слушал, что тот рассказывал ему. Услышав такую откровенную похвалу умениям змея, он призадумался, а покончив с размышлениями, поднажал и стал работать чуть ли не на износ. И каждый вечер приползал домой уже чуть живой от усталости. Все его мысли были сосредоточены на совершенствовании техники. Все его мысли были сосредоточены на победе над язвительным змеем.
Он все еще продолжал жить в одной квартире с Семёном, оплачивая половину арендной платы, и пока не спешил обзаводиться собственной квартирой. Слишком много времени он проводил в «Клубе» и уходил оттуда только для того, чтобы поспать, поесть и переодеться в чистую одежду.
- Тебя затянуло! – уныло прокомментировал его очередное появление Сёма. – Мы теряем его, доктор!
Антон устало улыбнулся.
- Как обстановка в додзё? Как… отец? - спросил он, вспомнив, что за своими заботами и стремлениями совершенно перестал интересовался жизнью друга. Его действительно затянуло.
- Да все вроде бы нормально. Новые ребята появились. Привыкают. Леонид Трофимович, как обычно, гоняет нас так, что пот в три ручья течет.
- Это он еще не гоняет, – отмахнулся Антон. - Ты бы видел, как я тренируюсь.
- Да что там видеть-то! – возмутился Сёма. - Мне достаточно на тебя сейчас посмотреть - и так все понятно. Ты скоро сляжешь от такого темпа.
- Не слягу! – покачал головой Антон. - Нагрузки рассчитаны так, чтобы не слег… А отец… что-то говорил обо мне?
Семён опустил взгляд в пол.
- При остальных он ничего не говорит и виду не показывает, но недавно в додзё приезжал ваш средненький братец. Они о чем-то бурно ругались в кабинете за закрытыми дверями, а потом братец твой ко мне вдруг подошел и спросил, живешь ли ты все еще в моей квартире. Я ответил, что да, мол, живешь, и он спросил все ли у тебя нормально. Я ответил положительно, мол, здоров, работает, и он, попрощавшись, сразу удалился. Так что вот так вот. Как хочешь, так и понимай.
- Лёшка, наверно, из-за границы в очередной раз вернулся, и мать ему все рассказала, – вздохнул Антон. – Интересно, он мне хотя бы позвонит? Или отец ему доложил про мою ориентацию, и у меня теперь еще и брата нет.
- Не расстраивайся, Тоха! Все образуется! – утешил его Сёма.
- Будем надеяться. Ты, кстати, говори, если я тебе надоел - я съеду!
- Я тебе «съеду»! – сердито пригрозил Семен. - Пока нормальное жилье себе не подберешь, никуда не отпущу!
- Ты записался в мои мамочки? – улыбнулся Антон.
- Ну, в «мамочки», или не в «мамочки», а приглядывать за тобой буду.
- Сёма, Сёма!.. – все еще улыбаясь, покачал головой Антон.
- Не «сёмкай» мне! – буркнул тот. - Давай лучше пивка достану. К сытному ужину самое оно… И попутно спрошу: когда ты пригласишь меня на свои выступления? Я тебе с работой помог, а никаких бонусов за это не получил.
- Приглашу, Сём! – кивнул Антон. - Мне еще надо подтянуться, чтобы выглядеть перед лучшим другом в лучшем свете.
