class="p1">— Нужно набраться терпения, — твердил себе Сэргар, занимаясь погребением тел погибших в зеленой земле, — кому это Ярша вбивала в голову? Вот и терпи, раз ты мужчина. Или умри, как слабовольный слизняк! Только кому из богов такой ничтожный трус вообще будет нужен? Ни один к себе в Чертоги не возьмет! Терпи, позорище!
Размышления о том, что его теперь ожидало, убивали. Стоило ли так существовать: вдали от Ариная, нормальной жизни, цивилизации, в этом тошнотворном мире, отнявшем у него все? Здесь он был слаб и беспомощен. Не сумел не только спасти Яршу, но и вернуть ее домой, хотя обещал. Будь она жива, у него появился бы стимул жить и держаться ради нее. Да останься в живых хоть кто-то из отряда, Сэргару гордость не позволила бы сломаться. Он — аринайский принц, подданные должны были им восхищаться, следовать за ним, а он бы опирался на необходимость вести и защищать. Но не осталось никого и ничего, что послужило бы ему поддержкой. Лишь он один и отвратительная бескрайняя зелень. Даже животных не было, одни только растения.
И тишина.
Он мог уйти из жизни в любой момент, стоило только позволить себе это.
Сэргар отказывался умирать. Не на того напали! Так он не умрет.
Он научился есть местные плоды прежде, чем окончательно ослабел. Нашел мутный ручей с водой. Прокипятил ее на костре, но это не сильно помогло: Сэргара все равно трижды накрывало более слабыми приступами агонии. Однако на четвертый раз ничего не случилось, и резь в желудке после еды больше не возникала. Так он понял, что проклятый мир был насквозь ядовитым, но уже не мог ему навредить. Сэргар ненавидел его всей душой, до тошноты бесился из-за зеленой хмари и вечного дня вокруг. Чтобы заснуть, приходилось надевать куртку на голову, но он все равно чувствовал себя разбитым, когда просыпался. Почему не наступала ночь? Куда подевались Бездна, луна, звезды? Кто приколотил оба солнца к небу и заставил их замереть на одном месте? Эти вопросы больше злили, чем волновали Сэргара. Правда, в какой-то момент ему показалось, что солнца немного сдвинулись в сторону. Но затем он плюнул и перестал обращать на них внимание. Игнорировал со всем доступным ему презрением.
Врата и не думали появляться. Большую часть времени он сидел перед ними и молился: не в его силах было открыть их, но могла же Всеблагая Мать услышать его хоть раз? Он ведь из-за нее здесь застрял! Легконогий Ловкач тоже мог сменить гнев на милость. Сэргар уже сотню раз извинился за ругань и обещал исправиться, но обидчивый бог не отвечал. От отчаяния Сэргар принялся молить о спасении всех подряд: Ласковую Смотрительницу, Создателя Вещей и Создателя Идей, Чтеца Мудрости, Вечного Воителя, Тихую Госпожу, но все было без толку.
— Терпи, — упрямо повторял он себе, в минуты слабости, — терпи, тебе говорят! Ярша презирала тюфяков, терпи, не позорься. Есть у тебя честь? Нет у меня никакой чести, кому она тут нужна?! Возлюбленная, забери меня отсюда! Я что угодно сделаю, только забери!
Глупо было звать на помощь богиню, дарующую любовь и страсть, хоть та и была его покровительницей. Чем она могла ему помочь? Но он молился истово, от всего сердца, и Возлюбленная откликнулась, послав ему в момент очередной молитвы женщину, которая открыла Врата.
Привратницу.
Обезумевшую, но это уже были мелочи. Возлюбленная ниспослала ему чудо! Он выбрался из этой Бездны, она его не сломала! Снова обманул смерть!
Терпение окупилось, Ярша оказалась права. Это был жизненно необходимый навык.
Сэргар выжил!
Но восторг схлынул, и наступило горькое прозрение.
Все было кончено. Он вернулся домой, а его люди так и остались лежать в ядовитой зеленой земле.
Он не хотел рассказывать об этом Рейнару. Тот бы его не понял. Радоваться надо, а не ныть. Но сил на радость не осталось.
Нужно было что-то сказать.
— Что с Привратницей? — спросил Сэргар. — Не умерла?
— Лекари пытаются вытянуть, но ей хуже, чем тебе. Пока не ясно, выживет ли.
— Сумасшедшая. Зачем она вообще полезла в фиолетовый мир? — пробормотал он. — Привратницы не должны ходить за Врата. Никто не должен.
— По словам госпожи Рэны, пыталась спасти жениха, предположив, что он мог остаться в живых из-за отсутствия амулета. Странная логика, но, наверное, ее вели боги. Иначе ты бы не выбрался оттуда.
Сэргар замер, а затем рассмеялся булькающим смехом.
— Возлюбленная! Если девчонка выкарабкается, то это точно ее рук дело! Только она могла такое внушить бедняжке. Кстати, знаешь, чем я больше всего отличился в своей жизни? Постельными утехами. Ни Ловкач, ни Мать мне не ответили. Только Возлюбленная подглядывала за мной все это время. Надеюсь, повеселилась.
Рейнар покачал головой.
— Не богохульствуй. Сегодня ее праздник, поэтому она услышала тебя. Ты понравился богине и будь благодарен за это. Другой бы умер.
— Я думал, я — герой, разведчик, воин, — Сэргар наконец повернулся к нему, — и чего-то стою. Что многие мои поступки были достойны божественного внимания. Был уверен, что найду Талисман Матери и принесу чудо в наш мир.
— В Бездну его, — отрезал Рейнар, — обойдемся. Ты жив, ты дома, а остальное поправимо. Ты — мой единственный брат, и я благодарю Возлюбленную, что она вернула мне тебя. А сейчас тебе нужно поспать. Отдыхай, я зайду позже.
Он ушел, и Сэргар остался в одиночестве. Приступ сарказма прошел, и ему стало стыдно. Неблагодарный кусок дерьма. Сердечная Возлюбленная — покровительница, недостаточно славная для него? А кто вытащил его из ядовитого мира? Последние мозги растерял. Не стоило ссориться с той, которая, в отличие от него, умела творить настоящие чудеса.
Он глубоко вздохнул и принялся молиться.
— Спасибо тебе, о Возлюбленная. Клянусь быть достойным твоей милости, любить жарко и безрассудно каждую женщину, что ты мне пошлешь…
Перед глазами возник образ Ярши. Не живой и соблазнительной, а мертвой, которую он засыпал землей. Сэргар закрыл лицо руками.
Никого он больше любить не сможет. Никогда.
Глава 12. Королевские заботы
Этой ночью в Крепости Врат не спал никто. Первая Привратница, старшие командиры, солдаты, часовые на входе, лекари — все причастные к произошедшему побывали на допросе у короля. В результате Рейнар пришел к выводу, что мальрешскими шпионами в деле и не пахло, а наказывать некого и не за что. Все действовали в рамках должностных инструкций, а то, что в итоге это привело к чудовищной ошибке, просчитать было невозможно. Рейнар был слишком рассудителен, чтобы срывать гнев на невиновных. Хотя
