— Спасибо, что выслушала меня, — резко сказала Мишель и поднялась из-за стола.
Что-то терзало Мишель: разумеется, не эта история про Тони и Гранта. Но что тогда? Джолин с огорчением подумала, что ей стоило бы держать рот на замке и выслушать Мишель до конца.
Она прошла в кухню, думая о том, что ей предстоит принять решение — готовить свадебный торт или нет?
По большому счету, она не могла противостоять соблазну. Ей приходилось печь свадебный торт в кулинарном училище, но тогда они готовили его общими усилиями. На этот раз ей предстояло все делать самой. Это было увлекательно, и какое ей, в конце концов, дело, кому предназначается этот торт?
— Пять ярусов и основание, — бормотала она, торопливо заглядывая в список инструкций, который Грант нарочно оставил на самом видном месте. — Боже мой, какой громадный!
— Вы сможете испечь его, мисс? — спросила Фу-Фу, комкая фартук.
Джолин свирепо посмотрела на нее.
— Я должна суметь, Фу-Фу. — Она оглядела всех присутствовавших, решительно сжав кулаки. — Я должна, и я сумею.
Все были рядом, готовые помочь, и она отдавала приказания, как генерал, собравшийся на войну. Фу-Фу взбивала бездрожжевое тесто, одну миску за другой, Пикар регулярно проверял температуру в духовке, а помощники официантов вырезали круги из картона для опоры торта. Джолин испекла каждый корж дважды, а затем выбрала наиболее удавшиеся, покрыла их абрикосовой глазурью, упаковала каждый отдельно в целлофан и положила в огромный стенной холодильник.
В пятницу началась лихорадка. Джолин не слышала, когда к ней обращались. Она вся была поглощена работой. Фу-Фу работала не покладая рук, взбивая огромную миску с глазурью и пять маленьких с декоративной глазурью разных цветов.
— Чем отличаются эти глазури? — поинтересовалась Мишель.
— Простая глазурь более жидкая, чтобы ею легко можно было покрыть торт, — механически ответила Джолин. — Декоративная более густая, чтобы хорошо держала форму, когда я буду выдавливать ее из шприца.
Грант, видя, как она погружена в работу, чувствовал себя забытым. Когда они в последний раз разговаривали? Он и не думал, что Джолин так необходима ему, чтобы наполнять весельем его дни.
Джолин тренировалась в изготовлении розочек, несмотря на то, что было уже поздно, а она никогда так не задерживалась.
— Я хочу, чтобы они получились как настоящие, — объясняла она всякому, кто спрашивал. Окончательный вариант был выполнен на вощеной бумаге.
Вспомнив о Кевине, она резко обернулась. Манеж был пуст. Сердце подпрыгнуло у нее в груди, и она в ужасе метнулась в соседнюю комнату, но долетевший до нее детский смех остановил ее на полпути. Она испытала невероятное облегчение и тихонько заглянула в офис Гранта.
Они оба, Грант и Кевин, сидели на полу, играя в мяч. Джолин некоторое время стояла, наблюдая за ними. Грант улыбался, глядя на мальчика добрыми и счастливыми глазами. Ее переполнили нежность и ощущение тревоги оттого, что она вот-вот поверит во что-то невозможное.
— Эй, — крикнул Грант, наконец заметив ее. — Смотри, Кевин, вот твоя мама.
Кевин даже не обратил внимания. Он катал мячик и визжал от восторга.
— Спасибо, — сказала Джолин. — Я была так занята. — Она покачала головой и пожала плечами. — А теперь мне нужно отвезти Кевина домой и покормить его.
— Он уже поел, — ответил Грант, кивнув в сторону стоявшей на столе тарелки. — Я пытался сказать, что собираюсь покормить его, но ты даже не слышала меня.
Джолин почувствовала себя ужасно неловко. Она игнорировала не только своего сына, но и начальника. Довольно глупо так поступать. Чем больше она узнавала Гранта, тем больше в ней росла уверенность, что он заслуживает лучшего к себе отношения.
— Грант, мне очень стыдно, — начала она, но Грант отмахнулся от ее извинений.
— Мы весело провели время, — сказал он, поднимаясь на ноги и улыбаясь ей. Она выглядела очень усталой. — Но тебе лучше отвезти его домой и поспать. Завтра трудный день.
Она кивнула. Решающий день. Торт будет собран воедино и покрыт разноцветной глазурью.
— Я буду здесь в шесть, на случай если что-то будет не так.
— Все будет отлично, — заверил ее Грант. — Ты сотворила чудо. Я уверен, что у тебя выйдет самый красивый свадебный торт на свете.
Джолин засмеялась. Он говорил так искренне и одновременно так преувеличивал.
— Могу я получить это заявление в письменном виде? — спросила она, но глаза оставались печальными. — Тогда я смогла бы достать его и перечитать, когда мне станет грустно.
Пусть никогда ей не будет грустно! — подумал Грант. Он хотел бы отвезти ее домой, уложить в кровать, чтобы она могла отдохнуть. Странно… Грант вздохнул. Он не мог вспомнить, чтобы когда бы то ни было стремился вот так заботиться о ком-нибудь. Не раздумывая, Грант приблизился к Джолин и погладил ее по щеке. В ее взгляде читался вопрос, на который он не в состоянии дать ответ. Завтра решающий день. Он наконец-то познакомит Тони и Джолин. Поэтому безумное чувство, охватившее его, совершенно неуместно. Он сделает то, что должен. Он обязан так поступить.
Глава 10
На следующее утро все слои торта были вынуты из холодильника и сложены на столе, и Джолин приготовилась приступить к возведению торта. Очень осторожно она положила четыре слоя основания один на другой и поместила их на картонный круг, который вырезали для нее помощники. Верх и боковые стороны она облила глазурью, потом положила следующий слой, предварительно также поместив его на картон. Ярус за ярусом она завершила постройку торта, и вот он стоял, сверкая глазурью, похожий на модель небоскреба — изящную и многообещающую.
— Оставим его на часок, чтобы глазурь затвердела, — сказала она своим помощникам. — Потом примусь за украшение.
Джолин вывела зеленой глазурью листья.
Затем достала из холодильника розочки, приготовленные накануне, и усыпала ими торт сверху донизу.
— О, мисс Джолин! — воскликнула Фу-Фу, когда увидела, что получилось. — Я никогда в жизни не видела ничего красивее.
— Мило, правда? — согласилась Джолин, и ее глаза заблестели. Она была в восторге и безумно гордилась собой.
Свадьбу назначили на шесть вечера, а Тони намеревался заехать за тортом после двух. По мере того как появлялись другие служащие ресторана, возбуждение на кухне росло. Все, казалось, ходили на цыпочках. Даже Кевин отказался оставаться в своем манеже, чтобы быть вместе со всеми.
Разумеется, все дело было в торте. Он был великолепен. Такому красивому торту место в музее, подумала Джолин.
Она посмеялась над своими глупыми мыслями, но ничего не могла с собой поделать.
