***
А к обеду следующего дня ко мне в избу ввалилась запыхавшаяся Дарья Морозова.
- Здравствуй, подруженька, - перевела дух девушка, - Тут Мишка Семёнов по деревне слух пустил о том, что ты давеча развлекала их с Митькой сказками.
- И? – вопросительно выгнула я бровь, указывая в сторону лавки, приглашая гостью присесть, и подавая раскрасневшейся девушке ковш воды.
- Сегодня у нас супрядки вечером в доме бабки Авдотьи, - заговорила Даша заговорщически улыбаясь, - Вот мы и решили тебя позвать. Хоть ты прясть и не умеешь, то хоть беседу поддержишь, глядишь, что интересное нам расскажешь.
С последними словами девушка плотнее завязала на себе платок и, словно вихрь, также поспешно покинула мой дом, как и появилась.
- Супрядки? – недоумённо протянула я в пустоту, - И что это значит?
- Супрядками кличут вечёрки, да прядильные посиделки, - неожиданно раздался за моей спиной голос домовика.
Следующие полчаса мой домовой просвещал меня дремучую относительно этих таинственных супрядок. И так я узнала, чем развлекала себя местная молодёжь в длинные холодные вечера. Зимой, когда морозы стояли на дворе, всё женское население села, кое было не обременено иными делами и заботами, собиралось вечером в свободной избе прясть лён. К этому времени он уже был вытрепан и очищен. Но надо сказать, что на таких мероприятиях часто прядением льна не ограничивались. А уж если на женские посиделки парни заглядывали, тогда начинались веселье, танцы, игры.
Как правило, для подобных вечёрок выбирался дом вдовы бездетной, либо старухи одинокой. И дом этот должен был обязательно принадлежать женщине, и желательно одинокой. Староста села же за подобные услуги обязан был отблагодарить гостеприимную хозяйку или зерном, или льном, или каким-либо другим натуральным продуктом.
И конечно контингент тут мог собираться самый разнообразный. От молоденьких девочек-подростков, девиц на выданье и молодых жён, до старух. Но чаще всего завсегдатаями подобных вечерних развлечений были молодые девушки, пока ещё не обременённые ни скорым замужеством, ни молодым материнством, ни хозяйскими хлопотами жены.
- Собирайся, собирайся, - одобрительно закряхтел Казимир, а потом добавил, - Я тебе с собой лепёшек свежих положу, будет чем с подружками почаёвничать, да вволю посплетничать.
Изба бабки Авдотьи была почти такого же размера, как и моя. Но видимо за счёт отсутствия мебели в комнате, за исключением простых деревянных лавок, которых было в изобилие, она казалась больше и шире. С десяток зажжённых лучин освещали пространство избы, создавая тёплую приятную атмосферу. А я же про себя порадовалась, что прясть не умела, ведь при таком скудном освещении глаза испортить, как нечего делать.
Оглядев пространство, я приметила троих сестёр Морозовых: Дарью, Варвару и Лизавету, отметила светлую макушку Любаши, которая окатила меня злобным взглядом, также увидела ещё нескольких девушек и женщин, с которыми уже свела знакомство на «золовкиных посилелках» у Матрёны, но их имён, к сожалению, я вспомнить так и не смогла. В общей сложности на нынешних супрядках я насчитала не менее двадцати пяти представительниц прекрасной половины села Грязного.
- Я же говорила, что она придёт! – раздался радостный возглас Лизы Морозовой, а затем девушка схватила меня за руку и усадила на лавку возле себя.
- Расскажешь нам какую-нибудь сказку? – со сверкающими глазами оживилась Варя Морозова, средняя сестра.
- Да! Расскажи! – раздались девичьи восклицания, - Со сказкой работа лучше спорится.
Девушки послушно взялись за лён, а я же начала перебирать в голове все сказки и рассказы, которые могли быть интересны и уместны в подобных обстоятельствах.
Скрипнула дверь, и в помещение вошли несколько парней, среди которых я узнала братьев Колобовых, Ивана и Никиту.
- Тшшш, - шикнула на них Даша, прижимая палец ко рту, призывая соблюдать тишину, и выжидательно посмотрела на меня, мол «начинай».
Парни молча присели на свободную лавку у двери, стараясь не создавать лишнего шума, а я начала своё повествование:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Три девицы под окном
Пряли поздно вечерком.
«Кабы я была царица, —
Говорит одна девица, —
То на весь крещеный мир
Приготовила б я пир».
«Кабы я была царица, —
Говорит ее сестрица, —
То на весь бы мир одна
Наткала я полотна».
«Кабы я была царица, —
Третья молвила сестрица, —
Я б для батюшки-царя
Родила богатыря»…
Глава 11
Всю ночь я промучилась чутким беспокойным сном, вертясь с одного бока на другой. Я, то проваливалась в сон, то вновь просыпалась от какой-то странной ни то тревоги, ни то беспокойства. В какой-то момент мне стало невыносимо жарко, через час меня уже трясло от холода, ещё через час я проснулась от жажды.
- Ведьмовство просыпается, - пробухтел домовик, глядя на мои метания по избе, когда я, то прикладывала мокрое полотенце к свои щекам, то тряслась от холода, то жадно глотала воду прямо из ковша.
- Ничего-ничего, потерпи красавица, полнолуние скоро,- утешал меня домовой.
В общем, ночь прошла из ряда вон плохо. И только под утро я смогла провалиться в более-менее крепкий сон.
Передо мной был мост. Тот самый, жуткий, страшный, костяной. Название само всплыло в моей голове против моей воли.
- Так вот ты какой, Калинов мост!?- ошарашено выдохнула я.
Затем мой взгляд упал на реку, бурлящую черными водами, ядовитые испарения которой заставили мои глаза заслезиться. От неё смрадило так, что мои внутренности сворачивались в тугой узел от этого зловония. Это была та самая река, теперь-то уж я точно была в этом уверена. И имя ей Смородина.
Нерешительно шагнув на мост, я зажмурилась, но ноги мои сами проделали весь оставшийся путь, пока я не почувствовала под собой ровную твердую почву.
- Здравствуй, дочь моя! — услышала я низкий загробный голос.
Открыв глаза, моему облику предстал тот самый жуткий всадник, которого я уже видела однажды в похожем сне.
- Здравствуй, князь,- поклонилась я ему в пояс, сама от себя не ожидая ничего подобного.
А потом совершенно неожиданно из моего рта вырвался вопрос:
- Скажи мне, воевода, зачем понадобилась я владыке?
- Ты должна вернуть равновесие в мир живых, - кратко ответил князь на мой вопрос, а я же про себя подумала, что после услышанного я не удивлюсь если он добавит, что для этого мне надо спасти планету или мир, или вселенную, или что-то ещё в этом духе. Как-то уж слишком глобально.
- Что я должна сделать?- всё же решила уточнить я.
- Тебе нужно вернуть заблудшие души в мой мир, охранить проход в земли Нави и тем самым уберечь миропорядок,- проскрежетал голос князя.
Я задумалась над услышанными словами, размышляя о том, что из сказанного я не поняла ровным счётом ничего.
- Ты - это ключ, мост - это проход, - пояснил свою мысль воевода, а потом дабавил,- Охраняй мост, береги ключ, защищай землю, на которой стоишь. Верни мёртвые силы туда, где им надлежит быть. И тогда равновесие и миропорядок восстановятся.
- Теперь, иди!- повелительно взмахнул князь в сторону реки.
Моё тело послушно развернулось к мосту, глаза сами собой зажмурились, защищаясь от ядовитых испарений Смородины, а когда я их открыла, то с удивлением обнаружила себя лежащей на своей печи в своей избе.
Услышав, как мой домовой гремит посудой, я приподнялась на локте и задумчиво посмотрела на него.
- Скажи-ка мне, Казимир,- обратилась я к своему домовику,- А есть ли в Навьем царстве войско?
- Конечно есть,- отозвался нечисть ловко орудуя скалкой,- Какое же царство без войска?
- И воевода-князь у него имеется? — задала я следующий вопрос.
- А-то как же не быть ему? — удивился Казимир, — Любому войску он надобен, без него никак нельзя.
- А звать его как? — решила я задать мучавший меня вопрос, хотя уже сама, кажется, знала на него ответ.
