– Что ты собираешься делать, Эмили? – испытующе спросила Анастасия. – Раз уж ты узнала о нашем обмане.
Эмили с трудом сглотнула. Она могла сделать только одно.
– Ну прежде всего я собираюсь прощупать лорда Уэстфилда. – Она скрестила руки на груди и коварно улыбнулась. – Если он хочет следить за мной, ему придется заработать право на это.
Анастасия покачала головой:
– Эмили…
Но та отмахнулась от возражений подруги.
– Прости, что прерываю тебя, Ана. Теперь, когда я узнала правду, я пойду своим путем. – И она вышла из гостиной и направилась в холл.
– Нет, Эм, наш разговор не окончен! – воскликнула Анастасия.
Эмили не обратила внимания на призывы подруги и вышла на улицу, где ее ждал наемный экипаж. Тот самый, который она, щедро заплатив извозчику, наняла, чтобы тот отвез ее в «Синий пони» и дожидался в укромном месте неподалеку.
– Иди и целуйся со своим мужем! – крикнула она, обернувшись, а потом села в экипаж. Захлопнув за собой дверь, Эмили пробормотала: – Мои планы тебя не касаются.
Да, Гранту Эшбери придется доказать, какой он агент. И если он пройдет через уготованное ему испытание, тогда и только тогда она скажет ему правду и предложит шанс восстановить себя в глазах начальства, оказав ей помощь в расследовании дела с двойником принца.
Потому что это дело может оказаться самым важным из всех, которые она расследовала. Но Эмили сомневалась, что сумеет сделать это в одиночку.
Когда карета свернула за угол, насмешливый внутренний голосок напомнил, что после этой ночи она тоже не очень-то склонна выпустить Гранта из рук. Хотя долго держать его при себе ей не суждено.
Глава 8
– А потом она ушла? И заперла тебя в спальне? – От смеха голос у Бена стал хриплым, и Грант спиной почувствовал веселый взгляд брата.
Грант стиснул зубы, потому что не видел ничего смешного в этой ситуации. О таких вещах он обычно никому не рассказывал, даже брату, но после того, как он проснулся в спальне, в которой провел, быть может, самую впечатляющую любовную ночь за тридцать один год, он просто должен был кому-то рассказать об этом. А Бену Грант доверял больше, чем кому бы то ни было.
– Вот именно, – проворчал он, сжимая и разжимая кулаки, глядя в пляшущее пламя.
– Извини. – Бен даже не пытался скрыть насмешливость, звучащую в его голосе. – Но я думаю, что в жизни не слыхал ничего забавней. Как же ты мог, мой старший брат, такой сильный, так превосходно умеющий владеть собой, один из лучших тайных агентов в королевстве, настолько увлечься ночной бабочкой, которая даже не сказала тебе, как ее зовут? И как ты мог после этого уснуть так крепко, что не услышал, как она ушла?
Грант медленно повернулся. Вероятно, его чувства отразились на лице, потому что Бен внезапно перестал смеяться. Бен встал – до этого он лежал, растянувшись, на диванчике, – и воззрился на брата:
– Господи, на тебя это и в самом деле произвело впечатление, да, Грант?
Грант хмуро посмотрел на брата, недовольный тем, что чуть было не признался ему со всей откровенностью. Недовольный тем, что испытывает потребность исповедаться брату, что нуждается в его совете. Раньше ему никогда этого не требовалось, хотя Бен всегда был более чем готов давать советы, которых у него не просят.
Но теперь… все изменилось. Грант начал понимать, что прошел уже год, как все изменилось. Вчерашняя ночь хлестнула его этим фактом по лицу.
– Ты спрашиваешь, почему я уснул. – Он откашлялся. – Нет, эта женщина не давала мне снотворного. Она не привела меня в бессознательное состояние. Мне даже отчасти хотелось, чтобы она это сделала. Я предпочитаю любые, даже неприятные ответы, лишь бы они были честными.
Бен наклонился вперед.
– Ив чем же состоит эта честность?
– Никогда в жизни я не чувствовал того, что чувствовал в постели с этой женщиной. И впервые после того, как… – Он осекся.
– После того как умерла Давина, – тихонько договорил за него брат.
Грант поморщился:
– Да. Впервые после того как умерла Давина, мне было… легко. Спокойно. И я уснул. Наверное, так хорошо я не спал много лет. И все только из-за того, что ко мне прикоснулась эта потаскушка. – Он помотал головой. – Неудивительно, что Военное министерство карает меня, Бен. Я стал посмешищем.
– Нет! – Вся веселость слетела с Бена. – Не смей так говорить! Ты лучший тайный агент в этой стране. Если ты изменился после смерти человека, который был тебе дорог, в этом нет ничего неожиданного. Никто тебя в этом не упрекает.
– Я сам себя упрекаю. Я не смог бы пройти через это еще раз. Любовь не стоит тех страданий, которые испытываешь, утратив ее… – И Грант снова потряс головой, отгоняя воспоминания. – Эта потаскушка украла у меня часы.
Бен застыл.
– Те, которыми тебя наградило Военное министерство?
– Конечно, она решила, что это просто безделушка, которую можно продать.
Подумав так, он скривился. Почему-то ему не хотелось думать об этой таинственной женщине как о мелкой воровке. И не хотелось верить, что их свидание оставило ее настолько равнодушной, что она очистила его карманы. Но конечно, и то и другое вполне вероятно. Она – уличная женщина и вела себя соответственно, ища своей выгоды.
– И что ты будешь делать? – тихо спросил Бен. Грант смутился, потому что жаркий румянец залил его лицо.
– Я уже начал расследовать, кто она такая.
Брат удивленно поднял брови:
– Она и в самом деле произвела на тебя впечатление.
– Я же сказал – наше свидание оказалось неожиданно… волнующим, – резко проговорил Грант – гораздо резче, чем ему того хотелось. Он глубоко втянул в себя воздух, чтобы успокоить смятенные чувства. – Но я хочу вернуть свои часы.
– А что насчет леди Эллингтон? – не отставал брат, снова садясь на свое место.
– А что насчет нее? – спросил Грант, отворачиваясь от пристального взгляда Бена.
Он многое мог бы рассказать брату о таких вещах, которые не доверил бы никому другому. Но Грант не собирался рассказывать ему, что ночью, которую он провел с таинственной воровкой, он снова и снова представлял себе Эмили. Что он представлял себе ее даже тогда, когда вспоминал, как губы той, другой женщины, прикасались к его губам. Как ее тело корчилось под ним, когда они отдались мгновенно вспыхнувшему мощному желанию.
– Ты будешь разыскивать эту незнакомку и по-прежнему будешь охранять леди Эллингтон?
Грант подошел к окну и устремил взгляд на освещенный холодным солнцем сад.
– Конечно. Охранять ее – мой долг, и я дал клятву выполнить его. Я знаю, что Эмили поехала в ту ночь в игорный притон. Я знаю, что ее карета отъехала от «Синего пони». Я просто не смог найти ее. И поскольку мне известно из сообщений осведомителей, что эта леди прекрасно выглядела, отдавая визиты сегодня утром, я знаю, что с ней ничего не случилось прошлой ночью, какие бы приключения ни ждали ее в «Синем пони». – Грант не сказал, что это очень обрадовало его после всех неудач. – Я удвою свои попытки раскрыть ее тайны, свободное время буду проводить, выясняя, кто та женщина, которая украла мои часы.
