оно выйдет с Цыганом и его отморозками — хрен знает, но лохом Саня быть не собирался. И своё право называться нормальным пацаном он отстоит. А заодно и за Сёму раскачает.
Пельмень спустился по лестнице, чувствуя легкое возбуждение, схожее с состоянием подобным выходу на ринг. Вышел во двор, постоял чутка у падика и двинулся к компашке цыгановцев.
Цыган облюбовал канат и ребята залазили по нему — кто быстрее. Лазали быстро, развиты они все же хорошо. Ещё бы мозгов чутка плюсануть и пацаны вообще ребята.
Пельмень подошёл к ним, держа скалку там же, воткнутой за пояс.
— Здорова, молодёжь, — поприветствовал он собравшуюся шпану.
Обернулись. Увидели пельменя. Лица их вытянулись — не поверили, что добыча сама в силки идёт. Цыган, на момент начала разговора висел на канате, а тут спустился с такой прытью, что зарябило в глазах.
— Здорово и тебе жиртрест, тебя то мы и искали, — сказал он, хищно улыбаясь.
Демонстративно переплел пальцы, щёлкнул костяшками. Хруст противно отразился в ушах.
— Или думал за мусорами спрятаться? — подключился ещё один «цыгановец». — Не выйдет, неа. Думал тебя не найдём и во дворе спрячешься?
— Искали бы — нашли, я никуда ни от кого не прячусь, — спокойно возразил Пельмень. — А замусорилась ваша бабка со двора, я не при делах. Лучше выбирайте места для своих делишек.
— Слыш Цыган, как этот гомик базарит? Наша бабка, места выбирайте… охренел козел?
— Воло, я сам с ним разберусь, — шикнул Цыган, обернулся к Сане. — Не зассышь отойти за гаражи покумекать? Сам же говоришь — места для делишек надо получше выбирать.
— Пойдём, покумекаем.
Пельмень сходу принял приглашение. Чем, признаться, немало удивил Цыгана.
Отошли.
Спрятались в начале гаражного кооператива, за двумя гаражами ракушками. Здесь были набросаны окурки, бутылки, немало битого стекла, шприцы и прочий мусор. Местная молодёжь и наркоманы облюбовали это место для того, чтобы делать «непристойности» подальше от глаз взрослых и ментов. Ну а ещё, здесь частенько устраивали драки школьники разных возрастов. Поэтому место было выбрано что надо.
Идя сюда, Саня заметил, что Малой пристально следит за происходящим с окна своего гаража.
Цыган огляделся, удовлетворенно кивнул.
— А че сам не пришёл? Раз не прячешься и такой смелый? — спросил он, возвращая на Пельменя взгляд своих чёрных глаз.
— Западло, — Пельмень пожал плечами. — До хрена тебе чести будет.
— Я ж сказал, что тебя на бабки поставил, — Цыган аж прыснул жёлчью. — Так вот уже счётчик запустился. Тикает.
— Ты говори че надо, а то мне в лом с закатнушнтками стоять, — также холодно ответил Пельмень, переходя от прелюдий к конкретики.
— С ке-е-ем? Вася, че он такое базарит? — один из цыгановцев подпрыгнул аж от возмущения, не в силах сдержать эмоции.
Цыган не ответил. Румянцем налились его щеки. Глаза прищурились.
Злиться, сука.
Пельмень сделал едва различимый шаг назад. Тут дистанция нужна. Саня успел немного изучить своё новое тело и полагался на новые знания. Незаметно сжал рукоятку скалки, чуть потянул — выходит хорошо. То, что доктор прописал.
— Короче, ты, чухан подзаборный, — насупился Цыган. — Ты бабки вчера не принёс? Не принёс. Я предупреждал, что на счётчик тебя поставлю? Предупреждал. Гони бабки или я тебя прямо тут похороню заживо.
— Счётчик тикает, — влез разговорчивый Воло, напоминавший своим поведением шакалёнка из Маугли, хотя Цыган Шерханом как бы не был. Ну вот ни разу совсем.
Пельмень снова отшагнул.
— На хер иди, козел.
— У-у-у…
Это разнеслось по спортивной площадке. «Цыгановцы» давали понять, что посылать их вожака на три буквы — даром не пройдёт. Так оно, наверное, и было.
— Че ты там сказал? — взьярился Цыган, петушась.
— Говорю — по челюсти или в печень прописать? — хмыкнул Пельмень, готовый к драке. — Так слышно?
Ещё отступил на короткий шажок — для верного.
На этом разговор оборвался. Цыган с залитыми кровью глазами сиганул на Пельменя, пробивая ногой и целя в грудь.
Саня только того и ждал. Уже говоря свои последние слова, Пельмень начал вытаскивать скалку, понимая, что последует дальше. Тайминг удалось просчитать верно — когда Цыган почти влетел в Пельменя прямой ногой, скалка обрушилась на курчавую башку.
Клац.
БАМ!
Удар, конечно, оказался смазанным, все происходило в движении, но скалка плотно легла на макушку Васьки. Черепушку Пельмень не раскроил. Зато Цыган грохнулся не долетев всего несколько сантиметров до цели.
— Ах ты сучара… — зашипел Васька, хватаясь за окровавленную голову и стоя на коленях. — Зарежу.
Пельмень стряхнул скалку хорошенько, снова шагнул назад. Руку отсушило на фиг.
Зато — минус один.
Но с троими надо что-то делать. Он начал пятиться к выходу из гаражей.
— Цыгана бьют! — заорал Воло и бросился на Пельменя.
Следом, уже молча, бросились остальные. Саня расчитывать прессануть ещё как минимум одного цыгановца, но времени не хватило.
Прилетело в живот.
Пельменя начали долбить размашистыми ударами. Он прикрывался, ударил в ответ — короткий прямой усадил Воло на задницу играючи. Бил Пельмень медленно, видно, но сука как конь копытом бьет. Воло отбросило.
Руку на место Саня вернуть не успел, а должно было — в подбородок тут же прилетела плюха от ещё одного цыгановца.
Шатнуло.
Ноги заплелись.
Однако средневес из банды Цыгана не обладал разовым нокаутирующим ударом.
— Наших бьют!
Это орал Малой. Сквозь сыплющиеся удары, Пельмень видел как пацанёнок выскочил из подъезда, со сковородкой в руках. Похоже, что с его окна дерущихся было видно как на ладони. Ну или не стал пацан дома отсиживаться, понимая куда все идёт.
Куда ж ты маленький дурачок лезешь…
Сказано же — сиди дома и не высовывайся.
Малой подскочил к пацанам и саданул одному из них сковородкой. Это все на что его хватило — цыгановец развернулся и ударил малаши в голову пацану. Сёма чудом увернулся и размахивая сковородкой отступил, оппонент бросился за ним.
Хорош все таки Малой — одного взял на себя! Но во что теперь ему это обойдётся — другой вопрос.
Саня попытался вдарить единственному оставшемуся оппоненту, но этот пацан оказался проворней прежнего. Увернулся и засадил Сане левый хук в бороду передней рукой, на скачке. Спасло высоко поднятое плечо. Однако тот прошёл Пельменю в обе ноги. Повалить не сумел, но впился клещом, стесняя движения.
Саня схватил за портки «клеща» и как котёнка отшвырнул от себя. Двое цыгановцев ползали по земле. Малой сцепился ещё с одним…
Поднялся Цыган. Саня ничуть не удивился, когда в руках Васьки блеснуло лезвие пера. Пельмень сам развязал Цыгану руки, прописав тому скалкой по голове. Свою скалочку Саня поднял тоже. И тискал
