Сильный и гибкий, он обвился вкруг ее ноги, до предела отведя ее в сторону. А густая кисточка ласкала нежную кожу бедра, делая удовольствие еще ярче.
Оно распускалось внутри огненными вспышками. Жгло, тянуло, давило… пока один особенно жесткий удар не расколол мир на сотню сверкающих осколков.
Вцепившись в каменные плечи, Лиянна закричала.
Внутри скрутило яркой судорогой, и лоно запульсировало сладко и часто, сжимаясь вокруг твердой плоти.
Сквозь шум в ушах пробился хриплый стон. К’яр вздрогнул всем телом и кончил, наполняя горячими потоками семени.
И это было так правильно! Так хорошо и нужно, что на глазах навернулись слезы. К’яр осушил их несколькими быстрыми поцелуями, но тут же отстранился, перехватывая за подбородок.
— Это еще не все, cа’айрэ, — прохрипел, обводя пальцем губы. — У тебя очень нежный и горячий рот. Я хочу его.
И, легко поменявшись с ней местами, надавил на плечо, заставляя скользнуть ниже и продолжить, но уже по-другому.
* * *
— Не ерзай. Или ты хочешь еще?
К’яр нежно прикусил розовое ушко. Маленькая са’айрэ беспокойно вздохнула, но перестала дергаться. Вот и отлично. Он пока не желал покидать восхитительно-узкого лона, даже если решил дать девушке отдых.
— Я хочу есть, — жалобно протянула Лиянна.
А он мысленно обругал себя пустоголовым идиотом. Конечно, она голодна! Как можно было забыть?! Но ничего, дело поправимое.
Потянувшись, К’яр подцепил хвостом ближайшее блюдо с пирожными. Его маленькая са’айрэ даже не догадывалась, насколько трудно было достать эти чертовы сладости! Рогатый народ равнодушен к меду, патоке и ягодам. Но о своих тягостях К’яр решил умолчать. Демоны не жалуются. И не хвастают. И еще много «не». Хотя кое от чего он бы избавился без сожаления.
— Угощайся, Лиянна, — поставил блюдо прямо перед маленьким носиком. — Тебе нужно хорошо питаться.
И, скользнув рукой на пока еще плоский живот, мысленно приготовился терпеть.
Лиянна вытаскает его за хвост, когда узнает. Слишком многое рухнуло на слабенькие плечи са’айрэ, а тут еще такое. Но и в этом вопросе нельзя было по-другому.
А девушка осторожно съела один сладкий шарик, потом второй, и третий…
— Ой, — облизнула крошки с раскрасневшихся и натруженных губ. — Так вкусно… Но, наверное, хватит.
— Почему?
Лиянна тяжело вздохнула, а на лице опять румянец — она стеснялась.
— Мне последнее время не очень хорошо. Из-за нервов, должно быть.
К’яр подобрался — вот подходящий момент. Но, Бездна, как же тревожно!
— Так бывает, Лиянна. Твое тело меняется, чтобы выносить дитя… — Девушка в его руках окаменела. Но, не давая ей опомниться, К’яр снова зашептал: — Демоны и люди несовместимы — это так. Но только не связанные друг с другом, не пары. Если бы все закончилось плохо, и У’рок победил, то мое наследие не дало бы ему жить спокойно. Да, ты беременна. И нет, я ни о чем не жалею. Потому что знаю — ты сумела бы подарить ребенку любовь. Как однажды это сделала моя мать, хоть и ненавидела отца всем сердцем.
Девушка в его руках дернулась. Попыталась обернуться, и К’яр позволил, мужественно встречая взгляд, полный ярости.
— Ах, ты… — начала гневно.
Но он перехватил тонкое запястье и коснулся его поцелуем.
— Я демон, са’айрэ. Но очень хочу научиться быть человеком. Поможешь мне?
И положил узкую девичью ладонь себе на грудь. Там, где тяжело выстукивало сердце. Демоны не боятся. Но сейчас паника накрывала с головой, потому что ответ его маленького искушения значил слишком много.
В бархатно серых глазах мелькнуло удивление и смущение. А личико опять порозовело.
— З-зачем тебе? — прошептала уже совсем не воинственно.
— Чтобы радовать тебя. Понимать, беречь. И вырастить нашего сына не жадным до крови чудовищем, но тем, кто сохранит эту землю. И поможет демонам стать лучше.
Девушка покачала головой.
— Битвы — ваша суть, ты сам говорил.
— Да. Но ит’хор с каждым годом становится все больше. Новый мир меняет нас. И знаешь, ранившей меня демонессе я даровал быструю смерть. Но только потому что без ее предательства не встретил бы тебя, мое маленькое искушение… — К’яр осторожно прижал девушку ближе. — Я виноват в том, что тебе пришлось пережить, Лиянна. Но это нужно было сделать. Впереди ждет еще больше трудностей. Тебе нужно будет научиться обманывать, скрываться, лгать и быть равнодушной. Потому что уже сейчас, несмотря на мою силу и главенство, плетутся новые интриги. Ты ведь помнишь, что я тебе рассказывал про Зиррар? Как устроен быт и общество демонов?..
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Девушка едва заметно кивнула, но К’яр чувствовал — она еще не совсем его. Не верит и имеет на это право.
— …Так просто это не сломать. Надо действовать аккуратно, шаг за шагом. И на этом пути я бы хотел видеть рядом тех, кто не всадит нож в спину. Доверие — это слово чуждо демонам. Но не мне. Поэтому…
К’яр со всей нежностью, на которую был способен, провел ладонью по хрупкой спине, пытаясь касанием передать копившиеся внутри чувства. Их было так много. Необычных, ярких, волнующих… И несвойственных демону. Сейчас, в безопасности, он мог дать им волю.
— …Научи меня любить, маленькое искушение. Стань моей единственной женщиной, ведь, клянусь, после первой нашей ночи я и не смотрел на других. Никто из них не может сравниться с одной прекрасной и очень храброй человеческой женщиной, которая спасла меня, но ранила в самое сердце.
Маленькая са’айрэ наконец-то подняла голову и взглянула на него. В ее бархатно-серых глазах еще мелькала злость. Но и кое-что другое. И от этого в груди сжималось мучительно сладко, остро… Такое волнующее чувство — от него кружилась голова, и хотелось сжать са’айрэ крепко-крепко. И никогда не отпускать.
— Мне нужно подумать, — шепнула девушка.
Но сжала пальчики на его плечах, прижимаясь теснее.
А К’яр впервые за всю свою жизнь позволил себе глубокий вздох облегчения.
— Как скажешь, маленькая са’айрэ. Но я буду уговаривать…
— Кормить сладостями?
Вот же беспокойная са’айрэ!
— Если хочешь.
Девочка опять примолкла. Но ненадолго.
— Помоги Адель, пожалуйста, — выдохнула едва слышно. — Она была среди рабов. И очень меня выручала.
К’яр нисколько не удивился, услышав эту просьбу. Сердце его женщины было свободным от алчности. И это было прекрасно.
— Помогу. Ей и другим тоже… Дай мне время. И ты увидишь, что мое племя сумеет измениться.
Эпилог
— В пыточную! — хвост лязгнул по камням, сбивая с ног не успевшего отскочить прислужника. — И чтобы к вечеру ублюдок рассказал все!
Один из демонов, склонившихся у трона, опрометью бросился прочь, но стража успела раньше. Подхватив под руки, они уволокли верещавшего проклятья идиота в один из скрытых коридоров.
— О, Владыка, — простонала сидевшая на ступенях трона Лур’ра, — вы та-а-ак умны…
И, облизнув ярко-алые губы, выпятила грудь. Множество мелких цепочек ожерелья разошлись в стороны, открывая торчавшие соски.
Лиянна даже не дернулась, продолжая прижиматься к бедру К’яра. Она тоже сидела на полу, в таком же провокационном наряде из полупрозрачных тканей и золотых украшений, но, в отличие от Лур’ры, у самого трона, в ногах демона.
Владыка лениво перебирал ее волосы, иногда дергая за пряди. Со стороны казалось, что сильно, но это была отменная ложь.
Как и слова демонессы. Невероятно красивая ит’хор принадлежала душой и телом другому мужчине — человеку. Но при том была искусной в обмане. И не только она.
За волосы опять потянули. Лиянна «незаметно поморщилась», заодно легонько сжимая крохотный шип, спрятанный между пальцами. Так запах боли становился естественным.
Один из демонов-послов голодно оскалился — ему нравилось наблюдать за «мучениями» человечки.
О, вряд ли он догадывался, чего стоило суметь выглядеть правдоподобно! Целый год Лиянна провела в потайных лабиринтах дворца, общаясь только с мамой, Нуаро — тем самым безрогим демоном — и К’яром. Ах, еще Зорко. То есть Орху, конечно.
