Мэг подчинилась и сразу почувствовала, как по телу разливается приятное тепло. Она сделала новый глоток, и ей стало еще лучше, а потом она услышала музыку, радостную и притягательную музыку.
– Вы попали на праздник, мисс Маргарет, – пояснил Джонни. – У нас празднование сбора семей. Сегодня танцы, потому что завтра мы отправляемся в дорогу, и кто знает, когда еще произойдет следующая такая встреча? У нас есть скрипки, гитары, бубны, гармоника и человек, который просто бог в игре на флейте.
Мэг вытянула шею, пытаясь разглядеть, что происходит у других костров. Музыка наполняла ночь, беспокоя и возбуждая одновременно.
– Простите, но нас не пригласят к общему костру, Маргарет. – Джонни снова наполнил ее чашку. – Вас уж совершенно точно. Вы чужой человек, и Даффи не совсем цыган, а я в их понимании – плохой парень. Зато они не могут запереть музыку. Наслаждайтесь, мисс Мэгги, наслаждайтесь.
– Этот напиток слишком крепкий, – заметил Даффид откуда-то из темноты, – он не для дам. Было бы разумнее попросить для Мэг кофе.
– Неужели вы позволяете моему брату все решать за вас, мисс Мэг? – насмешливо спросил Джонни.
– Я у него в гостях, – мягко произнесла Мэг, – но кофе мне сейчас не очень хочется. Можно я выпью это? – Она подняла глаза на Даффида.
– Я бы не стал.
– Почему нет?
– Потому что это предложил я, – поспешно вмешался Джонни. – Видите? – Он сделал большой глоток и улыбнулся. – Со мной ничего не произошло. Зачем быть таким занудой, брат?
– Это всего лишь совет, а не приказ, – уточнил Даффид.
– Ну, так веселитесь, мисс Мэгги, – воскликнул Джонни, наливая Мэг еще настойки. – Или ты не доверяешь ей? – Он неодобрительно посмотрел на брата.
– Я доверяю ее инстинктам.
– Вот и отлично. Вперед, Мэгги!
Мэг послушно выпила и, слушая музыку и добродушное подшучивание Джонни, рассмеялась. Костер давал тепло, ночь – прохладу, и ей было очень хорошо. Она хотела, чтобы Даффид тоже присоединился к ним, и почувствовала легкую досаду, когда он этого не сделал. В конце концов, разве она не подчинилась его желаниям? Она не лезла вперед, не заговаривала ни с кем и не знала, почему он так молчалив и почему его молчание ей представляется таким неодобрительным.
Она снова пригубила восхитительный можжевеловый напиток, потому что перестала чувствовать его тепло. Ей хотелось смеяться каждой шутке, которую произносил Джонни. Иногда она поглядывала на Даффида, но он по-прежнему оставался неподвижным, и она видела только отражение пламени костра в его глазах.
– Идем, – наконец сказал Джонни.
Мэг подняла глаза и увидела, что он стоит перед ней и протягивает ей руку. Ночной ветерок отбросил его черные волосы с худощавого смуглого лица. Его зубы были так же ослепительно белы, как его рубашка, когда он улыбнулся ей. Именно так, в представлении Мэг, и должен выглядеть красивый молодой цыган.
– Куда? – удивленно спросила она.
– Ну конечно, танцевать. Мы потанцуем здесь.
– Послушайте, но я не умею танцевать как цыганка. – Она вдруг почувствовала жалость к себе. – Я умею танцевать вальс, который выучила, когда обучала девочек, моих подопечных. Еще я умею танцевать менуэт и полонез, «Сэр Роджер де Каверли» и множество других танцев… но я не умею танцевать, как танцуют цыгане. К тому же, – печально сказала она, теребя юбку, – у меня нет таких нарядов…
– Это все не важно. – Джонни уверенно протянул ей руку.
Мэг, поднявшись, вдруг с удивлением обнаружила, что голова у нее больше не кружится, зато ее немного подташнивает.
– Ну вот! – Джонни стал хлопать в ладоши и приплясывать вокруг нее.
Она пыталась, но никак не могла повторить его движения, и ей вдруг больше всего на свете захотелось снова сесть.
– Ну же, Мэгги. – Джонни притянул ее к себе. Теперь ее веселье окончательно погасло. Тело Джонни было слишком жарким, улыбка слишком яркой и слишком близкой, и прижимал он ее к себе слишком сильно. Мэг дернулась, пытаясь отстраниться.
– Что такое? – Джонни удивленно посмотрел на нее сверху вниз и прижал еще сильнее. – Струсили в последний момент?
– Я думаю, это слабый желудок, – услышала Мэг холодный голос Даффида и, вдруг увидев его рядом с собой, удивилась, где это он пропадал так долго. – Она не привыкла к выпивке, брат. На твоем месте я бы отпустил ее и отошел подальше, потому что если через минуту она не испачкает тебе рубашку, я вместо этого расквашу тебе нос.
На этот раз Джонни, наконец, отпустил ее.
– О, Даффид, – простонала Мэг, хватаясь рукой за голову в попытке остановить с внезапным бешенством закрутившийся вокруг нее мир, а другую руку прижимая к животу, чтобы удержать его на месте. – Меня сейчас точно стошнит.
– А разве я не это сказал? – Он повел ее в более темное место, подальше от повозки.
– Почему же вы не остановили меня? – застонала она.
– Нельзя научиться чему-то, если тебя остановят до того, как ты сам попробуешь, не так ли?
На это у Мэг не нашлось ответа – она была слишком занята, расставаясь с содержимым желудка.
Глава 8
Мэг открыла глаза и, тут же пожалев об этом, снова закрыла их, потому что свет показался ей слишком ослепительным, цвета – слишком яркими, а голова и желудок слишком возражали против этого. Она лежала неподвижно, разрываясь между стыдом и тошнотой, а когда снова открыла глаза, увидела, что не одна.
Услышав ее тяжелый вздох, женщина, стоящая у кровати, нахмурилась. Это была невысокая, коренастая цыганка средних лет с круглым лицом и оливковой кожей; в ушах ее блестели золотые серьги. Не выдержав пестроты ее наряда и направленного на нее тяжелого взгляда, Мэг снова закрыла глаза.
Уже утро, подумала она, а цыганка наверняка и есть владелица повозки.
Собрав все силы, Мэг с трудом заставила себя сесть.
– Прошу прощения, – трудом произнесла она. – Вы, должно быть, тетя Даффида. А я – Маргарет Шоу. Я не хотела занимать вашу постель, но вас здесь не было, а я не думала, когда меня сюда положили… То есть я не знала…
Глаза женщины сузились.
– Нет! – воскликнула Мэг, – Ничего такого не было, поверьте. Видите, я полностью одета и даже пуговицы не расстегнуты.
Суровое выражение лица женщины ничуть не изменилось. Через мгновение, презрительно усмехнувшись на прощание, она повернулась и пошла к выходу.
Выбравшись из постели, Мэг смущенно смотрела ей вслед.
– Пожалуйста, простите меня! – захныкала она. – Я вовсе не хотела побеспокоить вас, я вообще не собиралась находиться здесь.
Женщина не обернулась, и Мэг подумала, что, возможно, она не говорит по-английски.
– Сейчас я умоюсь и уйду, – в отчаянии бросила она, оглядываясь в поисках туфель.
