– Если ты думаешь, что после такого признания я доверю эту работу тебе – даже не надейся. Просто сделай милость, не приближайся к двери моей квартиры.
И пока я тихо и откровенно выпадала в осадок, этот… Птиц принялся заваривать себе кофе. Эй, где моя методичка по мужской логике! Остро и срочно нуждаюсь!
– Но я все же надеюсь, что больше не увижу в своей квартире ни твоего кота, ни, что еще важнее, твоих змей, тараканов, мух и всего того, что так или иначе к тебе относится, соседушка.
– Так, вот не нужно! Тараканов у меня нет, змея не моя, а кот вообще педовский! – справедливости ради встряла я.
Впрочем, Воронов в ответ на это только иронично усмехнулся и обошел стол, обустроившись за противоположным концом.
– Они контактировали с тобой – вот и имеем. Что уж там, если одноклассница даже твоя… – не договорив, Воронов только махнул рукой, поморщившись.
Этого, кажется, говорить он не собирался. Да, мужчине явно не везет с окружением. Мало того, что новая соседка доводит, так еще и по пассии дурка плачет.
– Ну, она ночью, конечно, дала, но не всегда же она такая! – протянула я.
Вот до чего только усталость не доводит, уже и Ирку защищаю. Что дальше-то?
Хмыкнув, на это Воронов не ответил ничего, залпом допив кофе.
– Второй этаж, первая дверь налево. Сегодня спишь там, а завтра, если повезет, уедем в город. И я искренне надеюсь, что хоть пакостей-то от тебя будет меньше.
Под подозрительным взглядом мужчины я активно закивала, хотя мое внутреннее «Я» только громогласно расхохоталось. Обещать-то я могла, а вот обстоятельства моей буйной жизни порой складывались в достаточно нецензурные символы.
В жизни каждого незамужнего человека обязательно отыщутся сочувствующие и любопытствующие пираньи. Этим рыбкам нет дела до ваших копошений в любые стороны. Если вы не обзавелись второй половинкой и, в идеале, пятеркой детишек – значит, вы смертельно несчастны и вас точно нужно спасать.
В моей жизни такой рыбкой была Лидочка. Вернее, «Лидочкой» она была еще, когда мои родители только женились, но за прошедшие годы бравая Лидочка перейти к солидной Лидии Петровне так и не решилась. Более того, стоило хоть кому-то назвать ее по отчеству, как Лидочка смертельно обижалась.
Увы, но кроме этого Лидочка относилась к той категории людей, которые, обидевшись смертельно, не уходят в закат, а продолжают усиленно грызть. И грызла она в основном именно личную жизнь. А уж если вам не повезло оказаться девушкой, грызть она бралась вполне себе целенаправленно, ведь у пираньи Лидочки был тридцатилетний малек Игорек.
Несмотря на то, что Игорек был самым золотым ребенком, а, может, как раз поэтому, мамочка все еще не смогла отыскать ему пары. По ее версии, все девушки были недостойны ее золотца, по моей – золотце явно было цыганским.
За всю жизнь в одном мне просто невероятно повезло. Я ни разу не оставалась наедине с Лидочкой, а ее сыночка так и вовсе знала только по рассказам самой Лидочки и ворчанию моего любимого родителя.
К счастью, на моих родителей волшебные слова «сын маминой подруги» не действовали. Стоило Лидочке, которую принимала мама, скрыться за дверью, как мой отец начинал выразительно и размашисто креститься. При этом на все возмущения мамы он только серьезно кивал, что, да, Лидочка и правда золотой человек, раз и убежденного атеиста довела до такого.
Но несмотря на всю колоритность, эта парочка не так уж много занимала в моей жизни и памяти. Поэтом, когда мама вдруг позвонила с просьбой пустить переночевать ее подругу с сыном и назвала ее «Лидой», я даже не сразу поняла, что приближается Армагеддон.
После относительно спокойной недели, за которую мы с Вороновым даже здороваться при встрече начали, я как-то расслабилась, поверила в то, что Вселенная решила оставить меня в покое и прекратить эксперименты. Какая наивность!
Лидочка грянула громом среди ясного неба, ворвалась в мой тихий мирок локальным торнадо и захватила мой дом со скоростью эпидемии. Я и оглянуться не успела, как эта деятельная натура заполнила собой все, просто ослепив сверканием массы браслетиков-брошек на необъятных телесах. И было бы хорошо, если бы эти телеса вдруг не сгребли меня в крепкие объятия. И сколько я не пыталась убедить ее, что не умираю от анорексии, не страдаю от изнуряющей работы и лютой тоски по отсутствию сердечного друга, слушать меня не спешили.
– Ой, вот нужно тебе замуж и ребеночка, вот все проблемы от того, что одна ты! – защебетала Лидочка, все же отпустив помятую меня. – Послушай меня, уж я-то знаю, уж я-то пожила.
Глубоко вдохнув, мечтая провалиться, я все же заставила себя кисло улыбнуться и закивать. День, всего один день, я вытерплю!
– Ой, Машенька, а это Игорь.
Понять, что представляют именно золотого ребенка, можно было по тону женщины. Таким тоном сообщают о вручении Оскара или о приезде президента, как минимум.
Хотя, знаете, зря я, пожалуй, ворчала на них. Отличный тандем старшего и младшего поколения. Если мамочка в мою комнату ворвалась, Игорек вплыл белой лебедушкой. Хотя, как белой… Излишне напомаженные мужчины вызывали у меня некоторые сомнения по поводу их цветовой принадлежности.
– Привет…
Эм… Это томное придыхание и челочка, изящно отброшенная назад, меня сейчас сразить наповал должны были? Ладно, допустим, что поражена в самую печень.
– Проходите. – так и не сумев выдавить из себя ответную любезность, я посторонилась, пропуская эту колоритную парочку.
День, всего один день. Ну, разве не выдержу?
Не выдержу.
Торнадо «Лидочка» просто не оставило мне шансов на отступление, взяв в осаду. После вступительной беседы ни о чем, Лидочка, не откладывая в долгий ящик, перешла к любимому делу – восхвалению сыночка. Всего за час я успела узнать о всех болезнях, любимых блюдах и предпочтениях этого солнечного ребенка, который изучал мою квартиру настолько несчастным взглядом, что хотелось просто добить беднягу, чтобы не мучился. Ну, да, после потопа не мешало бы сделать ремонт основательнее, но меня все устраивает, а такого богатства, как вы, я не ожидала. Если бы ожидала, запаслась бы лопатой, ведь такие сокровища обязательно стоит прятать, да поглубже. Не дай бог кто позарится.
И даже когда я скрылась на кухне под благовидным предлогом заварить чай, звук голоса Лидочки все равно не оставлял в покое. Еще бы, с таким-то масштабом… Легких.
– …а девушки ныне совсем никудышние пошли!
Да, да, мамонтов не ловят, с букетами за трепетными принцами не гоняются.
– Все о себе думают, да о себе, мчат куда-то. Не понимают, глупые, что счастье-то в том, чтобы любимого утром поцеловать, да ночи у колыбельки ребеночка проводить!
На мгновение очень сильно захотелось засыпать в чай порцию тертого чеснока. Ну, а что? Для профилактики паразитов, ибо, судя по тому, чем меня донимают, вредители уже и до мозга добрались.
– А что главное – мужчин совсем не ценят!
От этого заявления я едва не споткнулась о порожек, с мрачным интересом взглянув на представителя недооцененной части человечества. Часть человечества, раскинувшись в кресле, величественно кивнула.
А между тем Лидочку продолжало нести. Судя по всему, мое молчание было воспринято, как символ полного согласия и живейшего интереса. Смолчав сразу, я безнадежно опоздала заткнуть этот фонтан красноречия. Лиду несло с масштабностью водопада Виктория и скоростью света.
– Вот все же им не так, не понимают, что ценить нужно любимого. Вот сложный период у него – так зачем пилить? Заботиться нужно, это ведь долг каждой женщины – хранить домашний очаг и детишек растить!
Чувствуя, что с каждым словом мне все больше хочется просто рассмеяться, я только потерла переносицу. Никогда не понимала словосочетание «долг женщины». Во-первых, взаймы я ни у кого и ничего не брала, чтобы быть должной, во-вторых, я взрослый и самостоятельный человек, я обойдусь без чужих советов и сама построю свою жизнь. Я не сижу и не собираюсь садиться кому-то на шею, чтобы оказаться у кого-то в долгу.
