поточнее наших.
Я рассеянно кивнула, соглашаясь. На самом деле меня не столько беспокоил этот вопрос, сколько нехорошее предчувствие.
Купола выглядели потрепанными. Явно не новые, с отличающимися по цвету латками пластика. Территория вокруг неожиданно завалена мусором — редкое зрелище в наш век повернутости на сохранении экологии.
— Ты все еще хочешь выглядеть профессионально перед… Этими?
Шиндари место тоже не нравилось. В кои-то веки мы были солидарны.
— В этом и заключается профессионализм, — мрачно ответила ему. — Даже если заказчика схватили и уволокли в неизвестном направлении, заказ я выполню.
Ответом мне было молчание.
Возле поселка почва стала плотнее, устойчивее. Купол был стандартный, и вход мы нашли быстро. Там нас уже встречали. Видимо, заметили на камерах.
— Кто такие? — недружелюбно спросил тип в видавшем виды комбезе.
И вот вроде бы человек как человек — среднего роста и телосложение, обычной наружности, без ярко выраженных отталкивающих черт, а мне он не понравился сразу. Трия порой смеялась и говорила, что это мне стоило стать телепатом. Задатки все есть, а то, что я чужих мыслей не слышу, так это исключительно от того, что я просто не люблю людей, и не хочу их ни слышать, ни видеть.
По ее логике я, видимо, должна была еще и оглохнуть и ослепнуть.
— Курьеры, — зло рявкнула я, суя под нос охраннику накладные. Двухчасовая прогулка по болоту делала мой и без того не ангельский характер совершенно невыносимым. — Распишитесь!
Мужчина растерянно моргнул, механически схватил пластбумагу и только потом словно опомнился и махнул головой, показывая, куда идти.
— Завозите. Сейчас начальника позову.
Я махнула Шинадри, и он, напрягшись, завернул гравиплатформу в ворота. Внутри жилого купола дышалось легче, и я рискнула снять респиратор. Терпимо, хотя могло быть и лучше. Не так уж и хорошо шли дела у этого рудодобывающего поселка. Судя по общей потрепанности и по отсутствию ремонта у того, что ремонту поддавалось достаточно легко, на плаву они держались едва-едва. А ведь любая техника, в том числе горная, от которой зависело выживание поселка, не вечна и время от времени требует замены.
Хотя флаер, стоящий неподалеку, у входа в одно из зданий, они все же заменили. Новенький, блестящий, повышенной проходимости, самое то для местных болот.
— Джо!.. — успела услышать я и даже осознать свою ошибку, но резкая боль и темнота настигли меня раньше, чем я могла что-то исправить.
* * *
Сознание вернулось ко мне также с болью. И злостью. Разъедающей злостью на себя же. Я снова попалась, и снова меня вырубили банальным ударом по затылку. Отвратительное чувство стыда и беспомощности затопило на миг, и я крепче зажмурила глаза, сдерживая злые слезы. Непрофессионально до ужаса. Если бы я сама не сбежала от Черного крыла, меня стоило бы уволить за такие косяки.
Выдохнула, прогоняя мешающие сейчас эмоции, и открыла глаза. Пора понять, насколько все плохо, и придумать, как выбраться из очередной черной дыры.
Руки стянуты за спиной полимерной нитью, а с ней не смог справиться даже куда более сильный нергит. Помещение, в котором нас заперли, освещено лишь тусклыми светильником под потолком и совершенно пусто.
Скверно.
Шиндари, также связанный, лежал рядом, дышал ровно и умирать не собирался. Первая хорошая новость за день.
Почувствовав, видимо, мою возню, он открыл глаза и внимательно посмотрел на меня.
— Ты в порядке? — спросил шепотом.
— Насколько это возможно, — честно ответила нергиту. Боль потихоньку уходила, руки затекли, но пока не настолько, чтобы причинять неудобства. Видимо, лежим мы здесь не очень долго.
Продолжить разговор нам не дали. Дверь, обыкновенная дверь на петлях, вдруг открылась, и в помещение вошел тот самый мужчина, что встречал нас на воротах.
— О! — удивился и обрадовался он одновременно. — Уже пришли в себя. Хорошо, крепкие рабочие наму нужны.
Кажется, я начинала догадываться, что здесь происходит, и думала, какие части тела отрывать первыми, и кому.
— Вы не беспокойтесь. Сейчас остальные вернутся, как ваш корабль пригонят, отведут к доктору, и только потом по баракам. Но вы не думайте, мы своих работников не обижаем. Пайка два раза в день, медкапсула, если вдруг что. А если девушка симпатичная и отзывчивая, то и надрываться в шахте особо не придется.
И он прошелся масляным взглядом по моему телу. Что отрывать первым делом, решилось как-то само.
Мужчина продолжал разглядывать меня, и взгляд его мне нравился все меньше. Он неторопливо подошел ближе, но познакомиться с боевой подготовкой Пхенга не успел. Зеленая вспышка, и его отнесло к противоположной стене, впечатало в нее, а тело осталось лежать неподвижно.
Я повернула голову, безошибочно определив автора этого чуда. Нейдан был бледен и предельно собран. Он смотрел на меня, ожидая хоть какой-то реакции, я же прикидывала, на что еще он способен. И почему не размазал меня по стенке в первые дни полета. Очевидно, что связанные руки ему не помеха.
— Повернись ко мне спиной и постарайся не шевелиться, — сказал он, не дождавшись с мой стороны истерики. — Я могу тебя случайно поранить.
Я беспрекословно подчинилась, хотя подставлять спину недавнему пленнику было опрометчиво, с какой стороны ни посмотри. Но мы сейчас в одной лодке. А еще где-то там рабовладельцы подбираются к моей “Осе” и Карригу. Некогда разлеживаться.
Я слышала лишь сосредоточенное сопение Шиндари у себя за спиной, и от неизвестности по телу бежали мурашки и только что волосы не шевелились. Я ненавидела находиться в уязвимом положении, и сейчас усилием воли, буквально сцепив зубы, удерживала себя от движений.
Полимерная нить вдруг нагрелась, что-то дернуло руки, и я почувствовала, что свободна. Немедленно вскочила на ноги, растирая затекшие кисти, и обернулась к нергиту.
Выглядел он паршиво.
— Развяжи меня. Сам я так не освобожусь.
Времени на вопросы не было, и я метнулась к нашему пленителю. Тот был жив, но все еще без сознания. Обыск быстро принес результаты: я тут же стала обладательницей станнера и виброножа, с помощью которого освободила Шиндари, а также родного порткома. Похоже, этот тип решил прибрать его к рукам
