Костя удивленно развел руками.
— Какая же тут может быть доходность? Я бы сказал, тут одна расходность!
Заметив, что при этих словах лица гостей показали немедленное снижение интереса, Костя поспешил поправиться.
— То есть доход, конечно, будет! Но он измерится вовсе не деньгами!
— А чем же? — удивился владелец «Камбоджийского кокоса».
— Новыми лесами! Чистым воздухом! И… — он показал на бутылку, — чистой водой!
Тем временем Джек наконец понял, что натворил неосторожными словами и попытался исправить промах.
— Кстати, — он поставил свои «космические корабли» на стол, — вот вам в подарок еще по бутылочке воды!
— Посмотрите! — воскликнул Костя, показав на бутылки. — Это даже лучше, чем деньги! Чистой водой и прекрасной природой будут наслаждаться ваши дети и внуки!
— А чем же будем наслаждаться мы? — перебил его хозяин «Счастливого банана». — Кроме вашей воды, конечно?
— Сознанием того, что вы сделали большое и доброе дело, — убежденно ответил Джек.
После этих слов наше заседание стремительно закончилось. Джентльмены сдержанно попрощались и, не забыв прихватить подаренные бутылки, ушли.
На веранде наступила тишина. Мы молчали, не глядя друг на друга.
— Боюсь, я погорячился, — пробормотал Джек виновато.
Проснувшийся под конец собрания мистер Бун покачал головой, но ничего не сказал. Даже Костя, который бы в другое время не преминул что-нибудь съязвить, сохранял молчание. Он понимал, как тяжело сейчас Джеку, загубившему парой неосторожных фраз несколько недель трудной работы.
Хозяин дома подошел к ограде и печально уставился на Меконг. Чтобы чем-то занять себя, я открыл новую бутылку воды.
Минут через пять Джек справился с чувствами и повернулся к нам.
— А что нового у вас? — он печально улыбнулся. — Надеюсь, вам удалось добиться большего успеха.
Костя пожал плечами.
— Мы пока занялись городом, ведь тут тоже есть природа… И если уж с чего начинать, то именно с нее.
— Тут есть природа? — Джек удивленно оглянулся.
— Да, мы нашли колонии мышей и крыланов, но это, конечно, все не то…
В другое время он бы добавил, что «то» обитает в лесах, куда надо снаряжать экспедицию, но, не желая огорчать и без того расстроенного компаньона, замолчал.
Поговорив еще немного ни о чем, мы разошлись. Это было начало конца нашего общества.
Мы по-прежнему возили в Пномтамао еду, объясняли правила содержания животных, Джек все так же пытался достать денег, но мы чувствовали, что ничего из этого уже не получится. В городе все прослышали о невероятном обществе, которое хочет спасти Вселенную, и буквально шарахались от Джека.
— Мы бы, конечно, дали денег, — говорили ему люди, располагающие средствами, — если бы они были потрачены на спасение Камбоджи. Но на Вселенную у нас не хватит финансов… И, если сказать правду, — добавляли они, — ни у кого не хватит.
— Но как же! — кричал Джек возмущенно. — Вы понимаете, чем это угрожает! Ведь вы тоже часть Вселенной, и вас тоже надо спасти!
— Нас можете не спасать, — отвечали ему на это состоятельные люди. — А вас, кажется, уже пора.
Джек в ярости убегал и успокаивался, только вернувшись в сад, к своей копии, которая держала над головой бездонную бочку, изливавшую тонны воды.
На нашего компаньона не влияли никакие доводы, и он с упорством продолжал идти к очевидно недосягаемой цели, тратя на это все силы и ресурсы.
Один раз Костя утром решил почитать местную газету на английском языке. Он сел в кресло, но через секунду вскочил и дочитывал уже стоя.
— Он точно рехнулся! — сказал Костя, опустив газету, и открыв свое искаженное возмущением лицо. — Тут интервью Джека.
— И что он говорит?
— Слушай, — Костя снова спрятался за газетой. — «Камбоджа — это как бы маленькая Земля, которая словно в космосе живет рядом с другими планетами: Таиландом, Лаосом и Вьетнамом. Если пользоваться этим сравнением, то можно сказать, что есть планеты с развитыми цивилизациями, как, например, Америка, а есть небольшие миры, которым требуется помощь инопланетян». «То есть вас», — уточняет интервьюер. — «Да, то есть нас. И мы при помощи наших насосов…» — Костя снова посмотрел на меня. — Ты слышишь, что он несет? Так вот. «И мы при помощи наших насосов, спасем эту Землю, чего бы это нам не стоило. Мы уже спасаем Пномтамао, и собираемся идти дальше ко всеобщему спасению».
Костя опустил газету. Он смотрел на меня и не знал, что сказать. Хотя говорить тут, кажется, было нечего. Костина задумка: научное учреждение, занимающееся исследованиями и экспедициями, в обработке Джека приняла фантасмагорические формы, которые не могли не ужасать хоть сколько-нибудь серьезных людей.
Мой друг медленно сел в кресло и уставился в одну точку. Я отчетливо понимал, что сквозь эту точку он смотрит назад, в то время, когда мы только встретились с Джеком, в тот день, когда сложилась наша организация, на то, как она изменялась и во что в итоге превратилась.
Однако плохие новости для Кости на этом не закончились. Дело в том, что я как раз накануне получил приглашение пройти обучение природоохранному делу в одной английской организации, с которой долго вел переписку.
— Костя, — сказал я осторожно, — ты помнишь, меня звали в Англию?
Мой друг попытался вырваться из точки, в которую был погружен, но она оказалась, видимо, слишком глубока, чтобы так сразу выбраться из нее.
— Так вот, я уезжаю на следующей неделе.
Костя дрогнул в ответ, но и только.
Поняв, что сейчас его лучше оставить одного, я успокаивающе похлопал друга по плечу и, взяв газету, вышел.
Поприветствовав хозяина гостиницы, я миновал двери и отправился мимо Монумента независимости к Джеку, сообщить, что собираюсь уезжать. Спустя десять минут я прошел сад, в который раз удивившись скульптурам друзей нашего компаньона, и поднялся на веранду.
Джек сидел точно в такой же позе, как оставленный мной в гостинице Костя. Только точка, в которую он глядел помещалась в искрящейся от солнца бутылке. На столе перед ним лежала газета. Тут я невольно подумал, что и мистер Бун, наверное, сейчас вот также сидит у себя дома и тоже смотрит в какую-нибудь свою домашнюю точку. Однако точка Джека, вероятно, была не так глубока, как Костина — почувствовав мое присутствие, он сумел выкарабкаться из нее и повернуть ко мне голову.
Я сел на диван.
— Вы читали газету? — спросил Джек хрипло.
— Читал, — осторожно ответил я.
— Тут в конце они написали, что я сумасшедший…
— Ну, это явное преувеличение, — сказал я с фальшивой бодростью. — Хотя идея со спасением Вселенной мне с самого начала казалась… — я кашлянул, — несостоятельной.
