на сорок пушек и отправлялись в плавание в сопровождении флотилии, Калико Джек был пиратом весьма посредственным. Он предпочитал ходить на скромном шлюпе и нападал лишь на маленькие рыболовные суденышки и местные торговые суда. Больше всего он прославился не своими подвигами, совершенными в качестве пиратского капитана, а тем, что был связан с пиратками Мэри Рид и Энн Бонни, жизнь которых намного интереснее и насыщеннее, чем его собственная.
Калико Джек встретил Энн Бонни в Нью-Провиденсе. Он прибыл на остров в мае 1719 г., воспользовавшись амнистией от губернатора Багамских островов. Пират получил помилование от короля и на какое-то время оставил свою разбойничью карьеру. Будучи завсегдатаем таверн в Нассау, он встретил там Энн Бонни и стал ухаживать за ней в той же прямолинейной манере, которую использовал при нападении на суда: «Он не терял времени, действовал прямо, использовал все доступные орудия, и вскоре добыча оказывалась у него на борту»[111]. Джек убедил Бонни уйти от мужа-моряка и взял ее с собой в море. Когда она забеременела, мужчина отвез ее к своим друзьям на Кубу, где она родила от него ребенка. Когда Бонни оправилась после родов, Калико Джек вернулся за ней, и она, переодевшись в мужскую одежду, присоединилась к команде. Они вместе занялись грабежом, и примерно в это время к их команде присоединилась Мэри Рид, которая тоже носила мужской костюм. Бонни без памяти влюбилась в нового матроса в команде и, оставшись с Мэри наедине, открыла ей свой секрет. Однако Рид, «понимая, что Бонни от нее хочет и что она этого ей дать не сможет, была вынуждена прояснить непонимание между ними и, к огромному разочарованию Энн Бонни, сообщила, что она тоже женщина»[112]. Чтобы таких недоразумений больше не случалось, она посвятила в тайну и Калико Джека.
К лету 1720 г. пиратская команда вернулась в Нью-Провиденс, где власти их уже хорошо знали. Когда пираты украли шлюп «Уильям» из гавани Нассау, у губернатора не было никаких сомнений в том, кто это сделал. Пятого сентября он выпустил официальное заявление, в котором излагались подробности о шлюпе, и назывались имена Рэкхема и его сообщников. В списке значились «две женщины по имени Энн Фулфорд, она же Бонни, и Мэри Рид». В заявлении также говорилось, что «вышеупомянутые Джон Рэкхем и его компания объявляются пиратами и врагами короны Великобритании, и они будут считаться таковыми всеми подданными Его Величества и получат соответствующее наказание»[113].
Губернатором Багамских островов в то время был капитан Вудс Роджерс, жесткий и решительный мореплаватель, который совершил успешную каперскую кампанию вокруг света в период с 1708 по 1711 г. В 1718 г. он прибыл в Вест-Индию с поручением от британского правительства избавить Багамские острова от пиратской колонии, которая базировалась на острове Нью-Провиденс. Роджерс вошел в гавань Нассау с тремя военными кораблями и предпринял все усилия, чтобы восстановить на острове закон и порядок. Он получил от короля право на помилование пиратов, которые готовы были бросить свой незаконный промысел, и Калико Джек был одним из тех, кто воспользовался этим предложением. Новый губернатор был готов перейти к жестким мерам, если эти помилования будут бесплодны. Когда «прощенные» пираты принимались за старое, он приказывал поймать их и повесить каждого на набережной Нассау у стен форта.
Вудс Роджерс повел себя так же жестко, когда узнал, что из гавани похитили шлюп «Уильям». Помимо официального заявления, он незамедлительно отправил для поимки пиратов корабль с командой из сорока пяти человек, а 2 сентября отправил еще один – на 12 орудий и с командой из 54 человек, который присоединился к погоне[114]. Но, по всей видимости, Калико Джек узнал, что за ним устроили охоту. Напав на семь рыболовных судов неподалеку от багамского острова Харбор, он отправился на юг и уже первого октября перехватил два торговых шлюпа у побережья Эспаньолы, а через две недели захватил шхуну у Порт-Марии на северном побережье Ямайки. Следующие три недели «Уильям» медленно продвигался на запад мимо небольших бухт и песчаных пляжей Очо Риос, Фалмута и Монтего-Бей, пока не подошел к Ненрио-Пойнт на самой западной части острова. Но тут удача от Калико Джека отвернулась.
Поблизости проплывал хорошо вооруженный каперский шлюп под командованием капитана Джонатана Барнета – «бойкого малого» – с поручением от губернатора Ямайки схватить пиратов[115]. Услышав выстрел из пушки со стоящего на якоре судна Рэкхема, Барнет сменил курс, чтобы узнать, откуда донесся звук. Встревоженный появлением устрашающего судна Барнета, Рэкхем стал поспешно уплывать. Барнет пустился за ним в погоню и в десять часов ночи настиг пиратов. Он окликнул их и получил ответ: «Джон Рэкхем из Кубы». Тогда Барнет приказал ему сдаться, но пираты отказались повиноваться и выстрелили в судно преследователей из фальконета. В темноте было сложно увидеть противника, но Барнет немедленно ответил бортовым залпом и серией одиночных выстрелов картечью. В результате огонь снес гик пиратского судна, нарушив его боеспособность[116], и Барнет смог подплыть к кораблю противника и подняться на борт. Сопротивлялись только Мэри Рид и Энн Бонни. У них были пистолеты и абордажные сабли, они кричали и бранили всех, кто попадался им на глаза, однако женщинам не удалось сплотить своих товарищей, которые покорно сдались. Следующим утром пиратов высадили на берег в бухте Дэвиса, крошечном заливе на полпути от Негрила к Лусеа. Их доставили к Ричарду Джеймсу, майору территориальных войск, который предоставил конвой и сопроводил их до тюрьмы Спаниш-Тауна[117]. Уже 16 ноября Калико Джека и десятерых мужчин из его команды осудили за пиратство. Через несколько дней, 28 ноября, Адмиралтейский суд собрался снова для того, чтобы провести процесс над двумя женщинами из пиратской команды.
Титульная страница стенограммы судебных процессов над Калико Джеком (капитаном Джоном Рэкхемом) и его командой в ноябре 1720 года, а также над Мэри Рид и Энн Бонни несколько дней спустя. Процессы проходили в Спаниш-Тауне, который также был известен в то время как Сантьяго-де-ла-Вега
Мэри Рид и Энн Бонни никогда не пользовались дурной славой Генри Моргана, капитана Кидда или Черной Бороды, но они привлекают к себе больше внимания, чем многие самые успешные и устрашающие пираты в истории. Отчасти это связано с ярким описанием их жизни во «Всеобщей истории пиратов», а отчасти – с тем, что они были единственными пиратками золотой эпохи, о которых нам известно. Благодаря этому Мэри и Бонни обрели культовый статус, вдохновив творцов на создание нескольких книг, пьес, фильмов, а также романов о женщинах в костюме мужчины.
Затруднения вызывает недостаточное количество документов о ранних годах Мэри и Энн. О происходящем в последние
