Девушка выскочила во двор и бросилась к мусорной куче Она взяла длинную палку и стала осторожно перебирать мусор. Есть! Она увидела пять сорванных ромашек, семь анютиных глазок и три метелочки хорса. Цветы не просто завяли, было такое ощущение, словно какая-то невидимая сила выкачала из них все жизненные соки. У цветов остались только белесые оболочки, а внутри они казались абсолютно пустыми.
Соня хотела собрать цветы, чтобы показать их Марике, но растения при прикосновении рассыпались в пыль.
Значит, Анхело действительно обладает какой-то волшебной силой, которая забирает энергию у всего живого, что появляется на холсте…
На вещи эта сила не распространяется. Стакан как стоял на столе, так и продолжает стоять, а люди, растения, мухи, наконец, начинают чахнуть и, в конце концов, умирают.
«Анхело — убийца, и его необходимо остановить! Но ведь мне никто не поверит!»
Соня отряхнула руки от цветочной пыли.
«Конечно, я могу его убить, — рассуждала про себя девушка, — но это невозможно сделать незаметно. Марика не на миг не отходит от своего кумира…»
Быть повешенной за преднамеренное убийство Соне вовсе не улыбалось. И потом, люди, у которых он забирал жизненную силу… многие из них еще живы, только их сила живет отдельно от них, в картинах висящих в галерее. Может быть, этих людей еще можно спасти, и кто, кроме Анхело, способен на это?!
* * *
Соня вернулась в замок Б коридоре третьего этажа у окна она увидела Марику, мило беседующую с художником. Анхело стоял к Соне спиной, но по тому, как лицо Марики заливалось розовой краской, Соня догадалась, что живописец говорит хозяйке комплименты.
— Соня, куда же ты пропала? — спросила Марика, заметив гостью — Мы искали тебя в музыкальной зале и в библиотеке.
— Я гуляла по саду. Сегодня чудная погода.
— А мы с Анхело. — начала было Марика, и Соня почувствовала, что, пока не поздно, надо брать инициативу в свои руки.
— Знаешь, я хотела тебе сказать, что мы с Анхело играли в кости на желание, и я выиграла.
— Что же ты пожелала? — настороженно спросила хозяйка.
— Я попросила Анхело написать вначале мой портрет. Ведь мне надо вскоре уезжать, а ты, Марика, можешь проводить со своим гостем сколько угодно времени…
— Анхело? Почему ты мне ничего не сказал? — краска отлила от лица Марики.
— Я… — Анхело хотел было возразить но внезапно почувствовал, что в его спину упирается лезвие ножа. — Понимаешь… — Соня нажала сильнее. — Твоя подруга очень хорошо играет в кости, а еще она умеет убеждать. Я думаю, написание ее портрета не займет много времени.
— Конечно. Я сама хотела тебя попросить изобразить Соню. Она такая красивая! — в глазах у Марики блеснули слезы, и она поспешила скрыться в своей комнате,
— Ну что пойдем в мастерскую? — Соня спрятала в рукав нож и, как ни в чем не бывало, улыбнулась художнику
— Что тебе от меня нужно? — спросил мастер, закрывая за собой дверь
— Я хочу знать, кто ты такой?
— Зачем же угрожать ножом? Разве я скрываю это? Я художник, почему-то это понятно всем, кроме тебя.
— Ну, вот и хорошо. Раз ты художник, то тебе не составит большого труда написать мой портрет. Ни разу не позировала художникам. Хотя нет, один раз случилось. Не так далеко отсюда, в маленькой мастерской работал никому не известный юноша. Но, увы, он порвал мой портрет, так что тот раз не считается
— Ты лучше помолчи, а то работать мешаешь. Сядь ровно и наклони голову немного вбок!
Соня была уверена, что она что-нибудь заметит. Но ничего не происходило. Художник спокойно накладывал мазки на холст, а Соня не замечала никакого колдовства. Неужто она ошиблась, и Анхело просто хороший художник?..
— Ну, скоро? — нетерпеливо спросила девушка.
— Да, почти готово.
Девушка подошла к художнику и посмотрела на холст.
— Что это?
— Твой портрет.
— Издеваешься? Даже я, наверно, могла бы нарисовать лучше.
— Это все потому, что ты заставила меня. Хороший художник не может писать без вдохновения.
— Хороший художник не может писать плохо, он отражает жизнь. Ты не тот, за кого себя выдаешь! Ты не Анхело, и рисовать не умеешь!
— Не умею?! Ну, хорошо. Ты сама этого хотела. Займи свое место.
Глаза Анхело стали какими-то безумными. Огненный взгляд пригвоздил Соню к креслу, и художник, не отрывая от девушки своих черных глаз, принялся с невероятной быстротой смешивать краски и наносить их на холст. И тут Соня почувствовала нечто ужасное. Ей показалось, что какая-то неведомая сила подхватила ее и пытается затащить за холст. Инстинктивно девушка ухватилась за поручни кресла, хотя прекрасно понимала, что с ее оболочкой ничего не происходит, — холст забирает нечто у нее изнутри, и если бы она была обычным человеком, непосвященным и не обученным таинствам, то, может быть, вообще ничего не заметила бы.
Соня сопротивлялась изо всех сил, но нечто, как в воронку, затягивало девушку. Неужели это все?! — пронеслось в голове. Картина с ее изображением будет висеть на стене у какого-нибудь богатого болвана, а ей останется медленно, бесславно угасать …
— Не надо, отпусти меня! — хотела крикнуть девушка, но спазм сдавил горло, и она не могла произнести ни звука.
— Нет, не могу!.. — вдруг воскликнул художник. Он швырнул кисть на пол, опустился на колени и зарыдал.
К Соне постепенно возвращались силы. Превозмогая слабость, она подошла к художнику и обняла его за плечи.
— Анхело, расскажи мне все. Ведь ты Эарен, правда? Я сразу узнала тебя. И ты меня узнал, я видела это!
Молодой человек кивнул.
— Значит, твоя мечта сбылась, ты стал великим мастером! Почему же ты не дописал мой портрет?
— Я не хочу причинять тебе вред. Только не тебе! Я любил тебя все эти годы…
— Меня?
— Может быть, не тебя, а тот образ… ту юную рыжеволосую девушку… Ты была для меня идеалом женской красоты! Я мечтал встретить тебя и написать твой портрет. Но теперь я не могу этого сделать. Я получил силу, которой не умею управлять в полной мере.
— Значит, ты все-таки разыскал настоящего Анхело?
— Да. К тому времени он был стар и очень недоверчив. Старик не брал учеников, он боялся, что кто-нибудь сможет украсть его секрет. Он хотел быть единственным мастером, оживляющим картины. Но Анхело тоже не умел в полной мере использовать свой дар. Он мог отдавать энергию картинам, но не умел забирать ее себе, и старость его не пощадила, как и любого из смертных. Я поступил к Анхело помощником по хозяйству. Ходил на рынок, готовил еду, мыл кисти и растирал вещества, из которых художник готовил краски. Анхело мне не платил ничего, но мне и не нужны были деньги. Для меня счастьем было находиться рядом с живописцем, наблюдать, как он работает, учиться мастерству Он не знал, что я художник, иначе сразу бы выгнал меня за дверь. Рисовать я мог только по ночам, когда Анхело спал, но однажды я увлекся и не заметил прихода утра. Я был так поглощен работой, что не видел ничего вокруг Опомнился, только когда Анхело дотронулся до моего плеча. Старик был в бешенстве, хотел выгнать меня, но он так растревожился, что вдруг стал задыхаться и оседать на пол. Я испугался и побежал за целителем. Лекарь прописал старику полный покой, и я остался за ним ухаживать. А потом Анхело понял, что просто не может без меня обходиться. Так я остался жить в его доме.
