Я не выдержала и вскочила. Меня затрясло в попытке не начать носиться по комнате, но я заставила себя глубоко вздохнуть и попытаться расслабиться. Не удалось. Столько дури теперь было во мне. Как в мускулкаре, или маленьком ядерном реакторе. Я закрыла подводившие глаза и несколько минут просто стояла и тщательно дышала, стараясь не шевелиться.
На черном меху валялись остатки синего платья, но белье было на мне. А что на ноге? С хрустом мои колени согнулись, и я плюхнулась на шкуры. Силы было так много, что тело протестовало против сидения. Нагибаясь к щиколотке, я ощущала, как хрустят позвонки и суставы. Все мои действия казались мне замедленными, но я боялась ускориться, боялась, что если поддамся этой дикой энергии, то разорвусь на кусочки. Вон как хрустю уже. Если дернусь, то, наверное, ногу себе оторву. Нет уж. А Маэль… Он — это отдельный разговор. Напугал меня до полусмерти, причинил дикую боль и накачал Силой. Я подумала о том, что появись он тут сейчас, я бы его отколотила, столько злости во мне было. Что за хрень он со мной утворил?
На щиколотке у меня красовались черные рубцы, похожие на татуировку, но не бывшие ей. Казалось, что широкие металлические звенья просто обтянуло кожей, от чего получался интересный эффект: тату и браслет одновременно. Простая, без стыков цепь обвила мою плоть и прочно там засела. Она выступала над поверхностью на пару миллиметров и казалась грубой, но не выглядела некрасиво. Просто необычно. Что это? Зачем? Это какой-то символ? Чокнутый Маэль меня заклеймил?
Я злилась. Но злилась не на то, что он меня напугал и сделал больно, к этому, знаете ли, я уже начинаю привыкать, а на то, что я опять ничего не знаю. Он оставил меня здесь, наполненную неизвестной силой, с какой-то фигней на ноге и смылся. Интересно мне хватит этой силы, что бы набить ему морду? Что-то мне подсказывало, что нет. Я по-прежнему была всего лишь человеком, а он оставался Повелителем со всей своей мощью. Мне приходилось всего несколько раз ощущать его Силу, но я чувствовала что это лишь жалкие капли того что он в себе хранит. И знала, что лишь этими жалкими каплями он смог убить двух человек не прикасаясь к ним и пальцем. Интересно, что с ними стало? Они же наверняка попали в ад, так как праведниками они точно не были.
Жаль, что мне не поколотить Маэля, по крайней мере, пока он сам этого не захочет. Очень жаль. А так хотелось… Ух… Куда же мне себя деть-то? Энергия горячо бурлила по венам, как крепкое вино отравляла разум. Хотелось невероятного. Взлететь, закричать, что-нибудь разнести, но только выплеснуть ее избыток.
Я рухнула на шкуры и зарылась руками в черный блестящий мех. Слегка потянув на себя, я смогла завернуться в нее. Шелковистая прохлада немного разогнала туман в голове и прояснила зрение. Цветные звездочки по-прежнему мелькали перед глазами, но уже не надо было напрягаться, чтобы что-то разглядеть. Зрение как будто обострилось, я смогла увидеть каждую шерстинку, каждую складочку на шкуре. Я видела каждую ворсинку на бархатных гобеленах, каждый перелив шелка на кровати. Очень необычные ощущения.
Я долго лежала, завернувшись в черный мех и разглядывая комнату в попытке привыкнуть. Когда зрение перестало напрягать мой мозг, я попыталась встать. Сила наполняла тело, но больше не шокировала и не вызывала желание что-то разнести. Я почти приспособилась к ней, но каждое движение давалось тяжело, словно я не владела собой. Собственно я собой и не владела, я лишь смогла не позволить Силе завладеть мной. Так я и стояла у кровати и пыталась справиться с собственными руками и ногами, чтобы они двигались не очень быстро и не очень сильно. Но когда я сделала шаг, то он вышел очень широким и я, не удержавшись, свалилась на кровать. Не знаю, сколько я так лежала, и как младенец изучала себя. Сгибала и разгибала пальцы, поднимала ноги и руки, вращала глазами… Когда мне уже захотелось пососать свою пятерню, я поняла что мне скучно. Себя и так не плохо знала, а теперь изучив то, что обычно у меня в себе не вызывало интереса я потеряла занятие. Лежать и смотреть на бордовый полог тоже уже надоело. Я села и попыталась найти книгу, которую взяла из библиотеки Маэля. Ее нигде не было видно. Подползя к краю, я вцепилась в деревянное основание с такой силой, что оно протестующе заскрипело. Перегнувшись и заглянув под кровать, я отметила, что книги там тоже нет. Читать нечего. Чудно. Ну что ж… Пойду тогда мыться. А потом, как у меня это и бывает тут, может случиться что-то интересное. Но пока я принимала ванну и изучала необычный выпуклый рисунок на щиколотке, ничего интересно не случилось. Маэль так и не явился.
Я вышла с полотенцем на голове и уселась на кровать. Скукотища невероятная. Думать об особенностях Ада, Зала Пыток, повелителях и демонах мне совсем не хотелось. Я только обрела подобие мира внутри себя. Только начала приспосабливаться к загробной жизни, что пугать себя мне не хотелось. Я много до чего могу додуматься сидя одна в комнате. Я себя знаю. О жизни же земной мне тоже не особо хотелось думать. Когда я вспоминала все, что я там оставила, дом, родителей, друзей, работу, то мне не было больно. Появлялась легкая печаль, но не более. Маэль был прав, когда говорил, что я больше не принадлежу тому миру. Именно так я себя и чувствовала. Все, что было на земле уже не для меня. Просто как фильм. Ты его смотришь, ты можешь поплакать или посмеяться, но ты не чувствуешь себя его частью, не испытываешь боли, не прикасаешься к героям. Вот так же я смотрела на свои воспоминания. Сожаления не было, как и тоски. И возвращаться мне туда уже не хотелось. Когда я прыгнула в Бездну, то я этого еще не понимала. Не понимала, что этот мир для меня стал чужим. Мне просто как напуганному ребенку хотелось прижаться к маме, чтобы она прогнала мои страхи. Сейчас же я понимала, что это невозможно. Мне нет там места, да и родители не поймут когда дочь, которую они похоронили, вдруг заявится к ним на порог. Так что я не стала жалеть о том, что уже невозможно. Я уже не в силах что-либо исправить, и поэтому придется научиться жить с тем, что имею, где имею и кого имею. А имею я не мало. Или ничего я не имею. Огромный замок, но я боюсь высунуть нос из комнаты, так что мне проку от его огромности нет. Ад. Ну, тут и так все понятно. Не я имею Ад, а он меня. Тоже самое можно сказать и про одного из его Повелителей. Он, конечно, может быть душкой, но при этом абсолютно неуправляем и невменяем. Так что тут тоже ясно кто кого имеет. Я против него имею весьма скромный арсенал из уголочка мыслей, так что не мне с ним тягаться. Поэтому приходиться бороться собой, чтобы каждый раз не выводить его из себя. Это пока плохо получается. И не знаю получиться ли. Но занятие на следующую пару тысяч лет у меня есть. Научиться не бесить Маэля. Это труднее, чем могло показаться. Я, конечно, всегда была занозой, но как-то все же умудрялась жить и общаться с людьми, не нарываясь на порку демоном. Но как я уже говорила, человека делает окружение. Если в человеческом мире я играла по человеческим правилам, то, оказавшись здесь, невольно поддаюсь его разрушительному влиянию. Это против природы становиться более человечной и гибкой в Аду!
