сухого мяса. Щепотка специй и три кило шикарной каши передо мной. Полную чашку умял с голодухи, остальное убрал остывать внутрь. Настроение скакнуло вверх, захотелось действовать. Взял карабин и вышел по знакомому маршруту. Дождь изменил ландшафт. На берегу валяются ветки деревьев, которые вынесло водой. У каменной гряды обнаружил следы животных. Судя по отпечаткам — это парнокопытные. В голове закружились заманчивое видение упитанной косули.
Видимо они спускаются к берегу по своим надобностям. До стоянки минуть пятнадцать хода. Сделать бы засаду, но на пляже я открыт всем ветрам. Вот ежели залезть на камни. Но в какое время они выходят к берегу?
Я решил понаблюдать, в мой бинокль от стоянки отлично видно происходящее. Я стал периодически осматривать полоску песка.
В первый же вечер около семи часов на берег вышла стайка животных. Они больше похожи на тапиров. Довольно крупные, серого цвета с вытянутыми носами. Животные разрывают песок и погружают в него свой хобот.
В стае с десяток особей две из них особо крупные, наверное вожаки.
Сделал себе пометку, а утром, после завтрака остатками каши, вышел на разведку. За спиной рюкзачок, карабин на плече, любимая Беретта на поясе. Небо хмурое, но дождя пока нет.
Я быстро добрался до группы камней, где вчера заметил животных. Ямы, которые они разрыли копытами, разравнял прилив. Но я обнаружил остатки хитиновой ткани. Наверное животные лакомятся рачками, прячущимися в мокром песке. Ну да, вечером наблюдается прилив, который почти достигает колёс самолёта, а утром вода уходит на пару десятков метров. Сегодня я решил опять дойти до крупной гряды, преградившей мне путь в первый раз. До неё ещё около часа хода. Но карабкаться вверх по круче легче, здесь удобнее подъём. Выбравшись на самый вверх, я оглядел местность. Впереди, насколько я видел невооружённым взглядом, простирались невысокие скалы. В бинокль видны барашки волн, бившееся о камни.
Диссонансом царапнуло несоответствие, приблизил картинку. За выступающим мысом видны останки судна. Интересно, но добраться по камням будет нелегко. На вершине я перекусил, выпил воды и засобирался назад. У меня на сегодня особые планы. К семи вечера мне нужно устроиться среди камней в надежде, что вчерашние «тапиры» вернуться. Они вышли из чащи джунглей приблизительно в то же время. Сначала вожак, я вроде старался устроиться с наветренной стороны. Но этот гад стоял, принюхиваясь и смешно шевеля лопухами ушей. Наконец вышла вся компашка, она разошлись по полоске песка. Шустро копытом разрывали песок на десяток сантиметров и погружая свой хобот выуживали деликатесные морепродукты. На первый взгляд, животные не опасны. Я устроился за большим валуном на высоте метров пяти от пляжа. До лакомящихся животных метров сто пятьдесят. Из карабина промахнуться не должен. Мне приглянулось молодое животное, килограмм на сто пятьдесят. Попытаюсь его завалить, был ещё мелкий телёнок, но того стало жалко. Тщательно прицелившись я трижды выстрелил. От громкого звука стадо сорвалось с места и исчезло в лесу. Только вожак сделал круг почёта, чтобы совсем в сухую не проигрывать, и не найдя противника кинулся догонять своих.
Я уже знаю, что мешкать не следует. Через несколько минут набегут желающие присоединиться. Поэтому спрыгнул вниз, блин — какое оно здоровое, размером с корову. Здесь нужен топор, а у меня только охотничий нож и мачете. Кое-как, изгваздавшись в крови, сумел отделить крупные куски мякоти. Получилось килограмм сорок. Завернув добычу в брезентуху попытался пристроить их на себя. Нести неудобно, но вернуться не получится. Надо мною, истошно крича кружат падальщики. Из джунглей раздалось грозное порыкивание. Перебирая ногами я засеменил к стоянке. Начал моросить дождь, в самолёт я забрался промокший как цуцик. На куске брезента разделал мясо на удобные куски и пересыпав солью убрал в ящик. Переодевшись в сухое почувствовал себя на вершине блаженства. Ещё бы мяска пожарить. У меня даже в салоне куски сухих веток припрятаны.
Возможность для жарки возникла на следующий день к обеду, дождь почти прекратился. Разведя костёр, я поставил котёл варить мясо. Большую часть приварил, а в конце на железном листе, смазанным машинным маслом, ухитрился пожарить стейки, килограмм на пять. Всё добытое переработал, понимал, что пропадёт при положительной температуре на улице. Первый кусок мяса получился божественным. Жестковатый, но с каким удовольствием я пережёвывал кусочек за кусочком. Надеюсь в готовом виде мясо не пропадёт так быстро. Я даже набрал холодной морской воды в канистру. Температура воды градусов двенадцать, обложив кусками мяса накрыл брезентом.
От туши животного остались только крупные кости и череп, остальное утилизировали местные хомяки. Сегодня я вышел пораньше, собираюсь достичь того мыса, где заметил остатки судна.
На это у меня ушло часа три с половиной. Но погода не жаркая, моросящий дождик даже бодрит.
Относительно небольшое судно разбилось на камнях. Метров сорок длиной, меньшая часть погружена в воду, видна только носовая часть и надстройка. Волна покачивает изуродованное судно, пытаясь развернуть его и увлечь на глубину. Хорошо сидит, не сдёрнешь. Признаков жизни не наблюдается, экипаж эвакуировался. Или погиб, иди знай. Если напоролись неожиданно, могли оказаться в воде. Что прикольно, на носу видна разметка в виде круга для посадки вертолёта, что заставило меня призадуматься. Видимо это исследовательское судно с вертолётной площадкой. Если бы последний находился на площадке в момент аварии, то сейчас он бы валялся на дне, рядом с судном. А там никаких признаков, значит остается вероятность, что машина находилась в воздухе в момент аварии и часть экипажа могла спастись. Интересно, сохранились ли баки с горючим. Движок самого судна наверняка на солярке, а вот вертолёт потребляет авиационный керосин. Или бензин, в зависимости от двигателя. Сто пудово на борту имелись запасы топлива для вертолёта.
Сейчас я уже иначе смотрю на притопленное судно. Если баки на корме, то вряд ли я смогу добраться без соответствующего оборудования. Но ведь посадочная площадка на носу, я бы разместил и баки для вертолёта неподалёку. Вот например, в первую экспедицию, на нашей барже в нескольких метрах от стоянки была горловина топливного бака для моей птички. Топливный шланг тяжеленный, армированный. Никто не будет таскать длиннющий конец втроём, проще разместить рядом бак с топливом.
Теперь, когда у меня появилась цель, голова заработала в ускоренном режиме. До судна от ближайшего камня метров тридцать. Резиновая лодка у меня есть, вот только ещё то удовольствие на лёгкой лодочке подплывать к судну. Волна, ударяясь о подводные камни закручивает водоворотики. Но если удастся забраться на нос, то полдела уже будет сделано. А если верёвку натянуть
