расправляюсь с очередной тарелкой. Он отвёл меня в предприятие местного общепита, где я взял каждой твари по паре. Рыбный супчик и местные щи. На второе стейк, грамм на шестьсот и пару пирогов. К концу сам понял, что перестарался. Не уверен, что дойду до номера.
— Ну, болезный. Не хочешь поделиться инфой, где тебя носило сорок дней?
Честно говоря, мне даже лень шевелить языком. Но деваться некуда, коротенько так пересказал ему историю своих злоключений. Дальше не совсем хорошо помню, как добирался до гостиницы. Но проснулся в восемь утра, бодрый как юный пионер. Что же меня вчера торкнуло, ведь ни грамма не пил. Наверное организм взял своё после «отдыха на дикой природе».
Моя птичка стоит на том же месте. Долго искать нашего инженера не пришлось, сам нарисовался.
Наверное майор накрутил ему хвоста, потому что тот сразу распорядился загнать самолёт в ангар.
Всё, личные вещи со мной, на аэродроме делать нечего, поэтому я направился в свою бывшую контору. Спасибо случайному парню, что подвёз меня к зданию разведуправления.
— О, какие люди, — первым, кто попался мне при входе, оказался товарищ полковник.
Борис Игнатьевич одет по гражданке, явно собирался срулить по делам. Но ради меня вернулся. Адъютант организовал нам чайку с печеньем.
Мои приключения не явились для него неожиданностью.
— Георгий, кое-что за последнее время произошло. Нам удалось взять Орден за нежное вымя. Именно этим вызвано преследование твоего самолёта. Они сопоставили факт твоей активности по отношению к известным нам персонам. Вот и решили отыграться.
— Но ты не переживай, — Соломенцев, видя мою наливающуюся свекольным цветом физиономию, поторопился опередить события.
— Мы работаем в этом направлении. Тебя оставят в покое, а пропажу сбитого тобою самолёта отнесут к оправданным потерям.
Вот же суки, подставили меня, провели какую-то свою операцию. И теперь, задним числом пытаются оставить меня в дураках.
— Борис Игнатьевич, я больше не Ваш подчинённый. И не собираюсь до конца жизни собирать все шишки от вашей службы.
К концу разговора я успокоился, бесполезно наезжать на хозяина кабинета. Военные исходят из своих критериев целесообразности.
Зато мне удалось выбить ремонт самолёта за счёт управления. Я даже получил на руки соответствующий документ.
Через день у меня была интересная встреча с нашим инженером.
Тот радостно сообщил, что поломка в двигателе ерундовая. Пуля калибра 12.7 мм попала на излёте в понижающий редуктор.
— Представляешь, редуктор — это две шестерёнки, которые найти проще простого. Причём редуктор расположен в передней проекции. Логичней было бы попасть в турбину. А попадание в неё сразу переводит двигатель в разряд мусора. А так, через неделю твоя птичка будет летать.
— Не, не, Вы не так поняли политику партии. Вот документ, согласно которому мой самолёт должен быть отремонтирован по высшему классу. А это значить замена повреждённого в результате воздушного боя двигателя и проведение планового ТО. По полной программе.
Инженер сразу сдулся и пробурчав что-то об обнаглевших пилотах, убежал в свою конторку.
В результате через две недели у меня был абсолютно исправный самолёт, прошедший C-cheсk. Это форма технического обслуживания, выполняющаяся каждые 15–24 месяцев или 7500 часов налёта. И движок нашли не новый, но после капиталки. А за небольшой откат мне отремонтировали мой, родной. Будет в резерве.
Это время я прожил в Демидовске, в гостинице. Просто отдыхал, ходил по магазинам, ел от пуза, то есть находился в заслуженном отпуске.
Мне даже удалось несколько раз встретиться с Натальей Анатольевной.
Наташа не заводила со мной разговор на личные темы. Мы много гуляли в парках, ходили в театр, болтали на отвлечённые темы.
На место аварии высадились втроём. Я взял пару своих будущих работников. Мы загрузили в салон так нужный нам груз. А заодно попытались снять с судна всё ему не нужное.
— Георгий, а зачем уродовать посудину. Был бы буксир, элементарно сдёрнуть его с камня и завести пластырь снаружи. Откачать воду из трюма у тебя будет рабочее судно.
Это Паша, морячок- моторист, авторитетно заявил после осмотра судна.
Я всё-таки снял наиболее важные и дорогие приборы из рубки. А если кто раньше нас обнаружит?
Втроём мы быстро управились, третий член экипажа Андрей, отличался отменной силой и ловкостью. За что я и взял его в полёт, мы откачали ещё около тонны керосина, весь остаток и вылетели обратно.
Мои будущие работники уже три недели чалятся в Демидовске. У меня на руках разрешение о перевозе их на Буян. Народ истосковался, дожди забодали, но не могу я перебросить быстро такую ораву, да ещё и с багажом.
Мне с трудом удалось нанять судно для переброски будущих работников верфи морем. Это средний траулер, переделанный под грузопассажирское судно. Он принял моих переселенцев, несколько автомашин на палубу и попутный груз.
При скорости 11.6 узлов он дойдёт до острова за три дня. Я взял на борт только семью Михаила Сергеевича. Опять-таки пожалел из-за нездорового сына.
Остров Жемчужный оставил в стороне, только ответил диспетчеру. С недавних пор на острове базируется эскадрилья перехватчиков. Стационарная РЛС установлена на вершине холма, все неопознанные самолёты и корабли разворачиваются обратно. У меня же имеются действующий опознавательный код.
Вроде недавно, только пару месяцев назад покинул наш Щучий остров, а как приятно вернуться.
Вообще весь Буян по площади чуть меньше Казахстана, значительно больше западной Европы и в три раза больше Украины. Это я для представления. Лесами занято приблизительно шестьдесят процентов территории. Остальное — степи и каменистые возвышенности. Но у нас даже лес совсем другой. Растительность разительно отличается от континентальной, лес более светлый и в принципе проходимый. Нет такого огромного количества мошкары, ползающих гадов и хищников. И хотя перечень видов животных ещё в процессе составления, егеря говорят, что действительно опасных тварей не так много. В основном представители кошачьих и псовых с местными вариациями. По крайней мере они подобны перечисленным по образу жизни.
А Щучий вообще идеален для жизни, на островке имеется своя микрофлора. Из опасных, это пресмыкающиеся, мелкие хищники обитающие на деревьях и паукообразные.
Если соблюдать элементарные правила безопасности — вполне приемлемо. Ну, для новой Земли конечно.
Мои компаньоны развили бурную деятельность. На берегу Волги уже выросли несколько жилых домов и два крупных строения. А также вдоль кромки леса устроен дровяной склад.
Я отчитался о проведенной работе, в свои проблемы не стал их посвящать. Серёга со Степанычем очень обрадовались новым работникам, а привезённые мною запчасти были сразу утащены в цех для монтажа на готовые паровики.
— Жорик, ты просто спаситель. Мы ломали
