— Филиппо хлопнул себя по лбу так, что чуть повязка не съехала.
На миг блеснул тёмный камешек в глазнице, но старик быстро поправил повязку. Я прищурился, но пока не стал придавать этому значения.
Чёрный тхэлус там или серый псарэс, я не разглядел, но что с того, если Филиппо прячет у себя какой-нибудь защитный артефакт? За ним всё время кто-то охотится, так что это неудивительно.
— Разница между рангами слишком велика… Ты лучше скажи мне, Тим, — в свою очередь спросил старик, — Если ученик-копейщик выйдет против пьяного мечника, у которого только нож в руках, и у мечника за плечами двадцать лет службы. То кто и кого победит?
С усмешкой я подумал, что всё равно поставил бы на мечника. Опыт — это ценная штука, но судьба может и подшутить над ветераном, поэтому всякое может быть.
— Так, дальше Маг Второго Дня — продолжил Филиппо, — Он может использовать даже больше, чем даёт энергия Луны и Вертунов.
— То есть как? — я даже удивился.
— Накопление. Понимаешь, о чём я?
Я кивнул, и тут меня слегка осенило.
— Это что же, получается, вот этот источник, который мне от Одержимого достался… Это я, получается, сейчас, как Маг Второго Дня?
Филиппо вдруг истерично расхохотался, да так, что у него навернулись слёзы. Я медленно выдохнул, лишний раз напоминая себе, что самое главное — это спокойствие.
И чего он ржёт-то, пёс толчковый?
— Ха… Ох! Ха-ха-ха… Ой, извини, Тим, — утирая слезу с щеки, сквозь смех сказал одноглазый, — Ну, если только ты, как маг Второго Часа, сын мой. Ты вообще видел, на что способны «втородневки»?
Я вспомнил генерала Славина из царского лагеря и кивнул. У меня тут шарик сраный выдавить не получается, а тот с обеих ладоней шпарил, как из огнемёта.
И та волна грязной псионики, которая исходила от него, намекала, что он ещё не всё показал, на что способен. Просто вокруг были люди, и могло быть очень много жертв.
Получается, я оказался диким везунчиком, что смог застать его врасплох…
Глава 8. Стреляющий
Несмотря на то, что сам Филиппо был Безлунным, он был очень ценной кладезью информации об этом мире. Чернолунники накопили много знаний о магах, оракулах, да и самих безлунных.
Его лекции в перерывах между моими тренировками проливали свет на очень многое. Вот только докопаться до нужной мне информации порою было нелегко, и приходилось лавировать в беседах.
В основном этот хитрый толчковый пёс пытался рассказать мне о Незримой. О том, как она придёт, и в мире наступят Блаженные Времена, и что все тяготы закончатся, и тому подобное.
Мне было понятно, зачем он это делает. Филиппо прекрасно видел, что я пока что не собираюсь следовать ничьим планам, будь они хоть десять раз божественные, поэтому просто пытался меня заболтать.
Так мы и вели с ним невидимую глазу борьбу. Он пытался наставить меня на путь истинный, я пытался больше узнать о самом себе, как маге огня.
Естественно, как у образованного выходца из современного мира, у меня был большой запас прочности, чтобы сопротивляться промывке мозгов. Но вода камень точит, поэтому я понимал, что нужно как можно скорее восстанавливаться и уходить по своим делам. Когда в тысячный раз повторяют, что надо идти в Восточную Пустыню, потому что это воля самой богини, хочешь, не хочешь, а поверишь.
С Магом Первого Дня мне было всё понятно. У него освоены все три нижние чакры, и полностью контролируется поток энергии, которую всегда излучают Вертуны на земле и Луны в небе.
Дальше маг учился создавать внутри себя некий аккумулятор, чтобы накапливать магию стихии. И получалось, что Маг Второго Дня уже мог выдать в моменте гораздо более мощное заклинание, чем «перводневка».
Энергия, поступающая извне, плюс накопленный резерв. Ну, это если он решил бахнуть на полную.
— То есть, погоди, — я стал рассуждать, чтобы легче было запомнить, — «Перводневка» полностью использует энергию стихии, так?
— Да.
— «Втородневка» тогда, получается, не особо сильнее?
— Почему?! — Филиппо удивился.
— Ну, он просто выносливее, и всё. Когда у Мага Первого Дня иссякнет энергия, у Мага Второго ещё останется запас…
Старик улыбнулся и поскрёб бороду.
— Ты не совсем понял. — он пытался нащупать подходящие слова, — У Мага Первого Дня энергия не кончится, если есть источники.
Он показал на чистое небо, где сегодня даже Пробоины не было. Солнце скрывалось где-то за одной из вершин, и в долине было довольно зябко. Хотя иногда чувствовалось дыхание близкой пустыни, накатывающее внезапным тёплым ветром.
— То есть, маг будет шпарить шарами, не зная усталости?
— Ну, устанет, конечно. Но это лишь из-за того, что человек смертен и его чакры так же нуждаются в отдыхе, как и мышцы. Хотя Маг Второго Дня, конечно, устанет позже…
Я поджал губы. Спорить со стариком смысла не было, но главное я для себя выяснил. В принципе, все маги устают, и «втородневки» не исключение, лишь чуть выносливее.
Старик заметил моё сомнение, и добавил:
— Тим, ты не ощущаешь главной разницы между ними.
— Ну, так поясни.
Филиппо замолчал на несколько секунд, прикрыв глаз. Словно репетировал внутри себя доходчивую лекцию.
Наконец он сказал:
— Чтобы освоить какую-то технику, нужно усилие. Ты согласен с этим?
— Ну, да.
— У магов так же. Чем сложнее техника, тем больше для её инициации нужно энергии. Не для заклинания, а для его изучения. Это понятно?
— Не надо со мной, как с недалёким, — буркнул я, хотя обиды особой и не испытывал.
Я ещё с корпуса псиоников запомнил, что лучшие учителя те, кто будет разжёвывать до мелочей.
— Чтобы Маг Первого Дня освоил, например, большой огненный шар, ему нужно предельное усилие. Вся энергия, доступная ему.
— А Маг Второго, получается, просто может долбануть шаром побольше?
— Не спеши. Вот освоил маг огненные шары, и что дальше?
Тут я промолчал, потому что не имел понятия. А Филиппо, старый хрыч, довольно улыбнулся, будто подловил меня на такой банальщине.
— А дальше то, что в следующий раз ему потребуется намного меньше энергии. Тело мага устроено так, что Незримая даровала ему способность использовать стихию, и поэтому оно быстро привыкает, — старик провёл рукой от лица к пупку, будто отмечая чакры, — В итоге в конце концов для метания
