Джим сделал паузу и почесал затылок.
— Хороший человек был командир. Было жалко, когда герцог его убил.
Малейн снова почувствовала тошноту.
— А несколько месяцев назад, — продолжил Джим, — солдаты и самого герцога грохнули, когда он окончательно спятил. Когда тут всё начало гореть, моя семья уехала в Дэллинбург, а я остался, хотя мама настаивала, чтобы я тоже поехал. Но я сказал, что буду ждать возможности спасти моих девочек. Ой…
Он поднял на Малейн испуганные глаза.
— То есть, Ваше…
— Оставь это, правда. Сейчас это не важно.
Они принялись молча наполнять мешки провизией и искать пригодные зерна. Джиму, казалось, было комфортно в тишине, но Малейн так не могла. Теперь, когда она была свободна, информации она жаждала даже больше, чем еды.
— Джим, — начала она, стараясь звучать непринужденно, — а ты можешь всё же хоть что-то вспомнить о причинах войны?
Ей жутко хотелось спросить прямо: «Что стало с принцем Робертом?», но она прикусила язык. Джим, вероятно, этого не знал. Да и ей не нужно знать.
Роб ее бросил, и этого достаточно.
Джим снова покачал головой.
— Извините, я правда не знаю. Помню только, что всё пошло наперекосяк после того, как вас заперли в башне. Но я никогда не знал всех подробностей.
Они еще немного помолчали, и Малейн одолели переживания нового рода. Опасения, которые только сейчас пришли ей в голову. До нее дошло, что она собирается в Дэллинбург — столицу вражеского королевства.
— Там живет король Дэйвид, — пояснила Малейн. — Он может узнать меня.
Джим пожал плечами.
— Вряд ли они будут вас искать у себя под носом.
Он был прав, но она могла бы возразить. Однажды новость о том, что она сбежала, просочатся повсюду. Слухи дойдут и до Эльбы, это несомненно. И на нее, как на правительницу Бриона, объявят охоту.
Может, ей пойти не в Дэллинбург, а своей дорогой? Она могла бы бродить по сельской местности, пытаясь собрать то, что осталось от ее народа, но что потом? Ей нечего им предложить на полном серьезе — ни еды, ни крова, ни военной защиты. Ничего, кроме титула королевы, в который она даже официально не вступила.
Что ж. Тогда она могла бы попросить убежище в одном из западных королевств, с которыми Брион еще не воюет. Малейн не сомневалась, ее приютят во Франкии. Или в Мариканте. Дальние родственники и старинные друзья будут достаточно добры, чтобы выделить ей скромные земли или устроить выгодный брак.
Но Малейн знала, что это невозможно. Что она за королева, если сбежит в тепло и довольство, пока ее народ страдает?
— Хорошо, — сказала она больше себе, чем Джиму. — Доберемся до Дэллинбурга.
К тому же, Дженни всё еще не может ходить, и нужно помочь ее брату ее нести. Джим единственный, кто остался с ними до самого конца и сохранил жизнь им обеим. Малейн обязана ему помочь.
В конце концов, она пережила семь лет полнейшего одиночества, так что переживет и путешествие к порогу врага.
*
Они провели за сборами и разговорами весь день. Джим поделился с Малейн еще одной напастью, о которой она даже помыслить не могла. Оказывается, в Брионе она едва ли не в большей опасности, чем в Эльбе.
— Вокруг дворца ошивается самая большая группа бывших гвардейцев, — сказал Джим, усаживаясь рядом с сестрой. — Я подслушал, как они говорили, что их командир хочет найти принцессу в башне и жениться на ней, то есть на вас, чтобы законно претендовать на трон.
Малейн вздрогнула, но ничего не сказала. Логичный план, что тут скажешь? Но ей совершенно не хотелось становиться его частью.
Джим заметил ее беспокойство и махнул рукой.
— Не переживайте, я им сказал, что вы умерли.
— Ого. И как? — удивилась принцесса.
— Как умерли или как я это провернул?
Она улыбнулась.
— И то, и другое.
Джим с довольным видом начал хвастаться своей хитростью.
— Я прокрался в их лагерь и притворился одним из них. Ночь была, так что они не могли меня хорошо рассмотреть. Да и у них такой бардак, что они своих от чужих едва отличают. Я пустил слух, что герцог перед смертью приказал отравить принцессу. Он был тот еще негодяй, прошу прощения, так что они это легко купили.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Малейн тихонько рассмеялась и поняла, что это ее первый смех за очень долгое время.
— Что ж, — сказала она. — Кажется, я у тебя в гораздо большем долгу, чем могла представить. Спасибо.
Джим просиял. Но улыбка угасла, когда он снова повернулся к Дженни.
— Наша мама… она злится на вас. За то, что из-за вас у нас украли Дженни. Я тоже раньше злился, но чем дольше вас кормил, тем больше понимал, что вы тут не при чем.
Малейн понимающе кивнула. Если бы он только знал, как злилась Дженни в самом начале. Сохрани она в себе этот гнев, возможно, смогла бы выйти из башни на своих двоих.
— Они… эти солдаты, — продолжил Джим. — Я из-за них не мог кормить вас чаще. Приходилось ждать, пока все не уйдут, чтобы никто не увидел, как я несу в башню еду. А то они бы сразу поняли, что вы еще живы.
Он судорожно вздохнул.
— Я думал отправить вам сообщение, чтобы вы всё знали, но… — Он пожал плечами. — Писать я не умею, а кричать не хотелось. Несколько раз я пытался шептать у двери, но вы, наверное, меня не слышали.
Малейн покачала головой.
— Там внутри ничего не слышно, слишком плотные стены.
— Извините, что не смог вытащить вас быстрее.
Джим опустил глаза, а Малейн захотелось подбежать к нему и обнять со всей силы, которая у нее была. Но вряд ли такое проявления чувств уместно, поэтому она только улыбнулась.
— Благодаря тебе мы все еще живы, не так ли?
Он нахмурился и взглянул на сестру.
— Похоже на то.
Малейн достала одеяла, взятые из башни, и протянула одно Джиму, а другим накрыла Дженни. Та мгновенно закрыла остекленевшие глаза и начала тихонько похрапывать.
Принцесса последовала примеру служанки. Нужно поспать несколько часов перед тем, как выдвигаться в путь. В целом у нее это даже получилось, но Малейн всё равно показалось, что она закрыла глаза всего на несколько мгновений.
Она проснулась от того, что ее мягко тряс Джим.
— Они идут! — сказал он громкий шепотом. — Нужно убираться.
Он начал собирать их сумки и мешки, а Малейн вскочила на ноги
— Который час? — пробормотала она.
— Ближе к полуночи.
Джим поднял сестру с пола. Она ненадолго открыла глаза, но закрыла их снова, позволив брату себя тащить.
— Нужно выбраться отсюда, пока нас не заметили, — быстро говорил Джим. — Или мы застрянем тут, пока они снова не уедут.
Малейн помогла ему вынести Дженни из туннеля на бывшие кухни.
Теперь ей даже не пришлось отводить глаза — это место окончательно стало чужим и пустым, будто не узнавало свою принцессу. Будто она не проводила здесь счастливые часы, когда была ребенком. Будто в здешнем воздухе всегда пахло дымом и гарью, а не жаром печей и свежим хлебом.
Они остановились у задней двери, и Джим жестом велел принцессе оставаться в стороне. Он выглянул на наружу, проверил, всё ли чисто и только после этого принял решение, что они могут двигаться дальше.
Сердце Малейн забилось быстрее, когда она услышала голоса. Мужские. Джим остановился так быстро, что она врезалась ему в спину.
— …думаю, их предупредили, — громко сказал один из мужчин. — Они точно знали, что за ними придут.
Под их ногами хрустели гравий и осколки.
— Неважно, — ответил его спутник. — Капитан говорит, что завтра вынесет дверь башни и проверит, действительно ли принцесса мертва.
— Так ее ж отравили вроде.
— Несколько человек клялись, что слышали там какой-то шум оттуда. Ну, проверить не помешает. Хоть мертвой оттуда выйдет.
Они рассмеялись, а Малейн закусила губу так сильно, что стало больно. Чья-то рука схватила ее за запястье, и она подпрыгнула. Но это всего лишь Джим.
Он кивнул влево, и она последовала за ним туда, где раньше цвел сад. Теперь тут остались лишь тени и обуглившиеся ветки. Оплакать это место принцесса решила позже. Они прошли немного, но достаточно, чтобы Малейн убедилась, что у них есть шанс покинуть территорию дворца незамеченными. И в тот самый момент, когда она почти выдохнула и перестала беспокоиться, перед ними возникли двое мужчин в рваной солдатской форме.
