Зато он увидел, как на плато вышла парочка – мужчина и женщина. Они вежливо
поздоровались с Сергеем и тоже стали карабкаться наверх. Мужчина при этом подбодрил
спутницу:
- Ещё немного – и там вашу усталость как рукой снимет!
- Не верю я во все эти басни – спокойно отозвалась женщина, но всё же стала покорно
взбираться за проводником.
«Да у них тут целый туристический конвейер», - устало подумал Сергей, прикрывая от
солнца глаза, чтобы лучше рассмотреть, что там делается наверху. Саши и Веры
некоторое время не было видно. Затем сначала появилась Ольга. Она угрюмо качнула
головой и, ни слова не говоря, стала карабкаться вниз. Потом и Сережины друзья стали
осторожно спускаться обратно.
Когда все снова были в сборе, экскурсовод с плохо скрываемой злобой проговорила:
- Видели эту женщину? Она тут уже который раз – и всё время какие-то язвительные
замечания делает! Не верит ни во что… Одно слово – баптистка!
Саша приподнял удивлённо брови:
- Что – действительно баптистка?
Ольга поморщилась и пожала плечами:
- Или адвентистка – кто их сейчас разберёт. Верующая, одним словом. В прошлый раз с
Лёвой моим не захотела идти. И теперь помешала...
Ольга, оборвав фразу на полуслове, тяжело задышала.
Вера, подойдя поближе, смахнула со лба капельки пота. Затем приобняла Сашу за талию
и сказала:
- Мы на обратном пути в Царскую бухту хотим заглянуть. Говорят, там грот Голицына
какой-то красивый имеется.
- Я – пас, – сразу отозвался Сергей. – Мне сейчас аптека нужна, а не грот.
Ольга как-то равнодушно махнула рукой.
- Я покажу, как лучше туда добраться. Но в сам грот не суйтесь – там завалы бывают…
И вся четвёрка в полном молчании начала спуск.
* * *
За одним из поворотов Саша и Вера свернули на указанную Ольгой тропинку и скоро
скрылись из глаз. Сергей, совсем раскиснув от нестерпимой головной боли, молча
следовал за экскурсоводом. На окраине посёлка у входа гастрономе мелькнула вывеска
«Аптека».
- Всё, Ольга – спасибо за интересную экскурсию, - с облегчением вздохнул Сергей. – Мне
туда… Он кивнул на магазин.
Ольга не сбавляя шагу бросила на ходу:
- Эта аптека летом не работает. Лучше спуститесь на набережную – там ларёк есть
аптечный. Во-он туда свернёте – и вниз. До свидания.
И, даже не посмотрев в его сторону, она нырнула в какую-то подворотню между
частными домами.
Серёга не поверил своим ушам. Колокола в голове загудели с нарастающей силой. Он
скрипнул зубами. «Хрен знает что! Как они живут здесь? Школа начальная. Аптека не
работает. Интересно, продукты хоть в магазинах имеются?» Он прибавил темп и через
минуты три выкатился на слабеющих ногах на набережную Нового Света.
Ларёк с заколоченными досками окошками и болтающейся на одном гвозде таблички с
поблекшей надписью «Аптека» Серый увидел сразу. Но верить в то, что это и есть тот
самый ларёк не хотелось. Солнце стояло в зените и припекало растерзанную болью голову
Сергея с равнодушием опытного палача. Он постоял с минуту возле жалкой хибары с
выгоревшей вывеской и понуро поплёлся в сторону своего временного пристанища.
Мыслей не было никаких. Перед самым входом в дом сквозь приступы боли проступила
одна: «Может, у хозяев есть… Таблеточка анальгина…»
Окна на хозяйской половине были плотно завешены тёмными тяжёлыми шторами, но
дверь была приоткрыта.
И он робко постучался.
- Извините, бога ради. У вас таблетки от головы нет?
За дверью началась тихая возня и странное повизгивание.
Сергею уже было не до церемоний. Он постучал сильнее:
- Мы в горах были – солнце напекло голову. А аптеки все закрыты. Нет ли у вас от головы
таблетки какой-нибудь?
Повизгивание резко затихло и писклявый, совсем не хозяйский голос, тихо проскрипел:
- Не держим-с. Без надобности. Мы не болеем.
И дверь плотно, не оставляя никакой надежды, притворилась.
Серёга понуро взошёл на веранду, доплёлся до своей кровати и рухнул в полном
изнеможении. Сил хватило только на то, чтобы, следуя старой студенческой привычке,
крепко перетянуть голову мокрым полотенцем. Не помня себя он провалился то ли в сон,
то ли в океан пульсирующей боли.
* * *
Проснулся он от странного хрустящего звука. Приоткрыв один глаз, Сергей увидел прямо
над собой Сашу, с аппетитом грызущего сухую баранку.
- Будешь? – Саша протянул ему целлофановый кулёк с бубликами.- Как башка-то твоя?
Таблетку нашёл?
Сергей сел на кровати и развязал полотенце. Надавив на виски, он мотнул головой:
- Вроде как полегче. – Потом с минуту обследовал языком рот. – А вот десна наверху
припухла неслабо. Может, флюс назревает… Но это всё ерунда, - тут Сергей почему-то
перешёл на шёпот, - у них тут ни одной аптеки нет. Вернее есть, но не работают. И, судя
по внешнему виду, и не работали никогда.
Вера вышла из соседней комнаты со стаканом кефира. Сделав большой глоток, она
равнодушно сказала:
- Подумаешь, аптеки… У них и школы нет. А в той что есть, детей мы что-то не
приметили. Странный здесь народ какой-то. Дважды нам неправильную дорогу
указывали. Один раз в такой тупик мы залезли – еле выбрались. А когда мы с Сашей в
грот Голицына забрались – а там летучих мышей – полным-полно! – Вера сделала
круглые глаза. – Висят как ни в чём не бывало!
Саша молча кивнул и допил Верин кефир. Сергей озадаченно посмотрел на друзей.
Ничего толком не понимая, он задумчиво произнёс:
- А если, допустим, приступ сердечный приключится… За валидолом в Судак прикажете
бежать? Н-да… Интересное местечко. И хозяев наших не видно… «Не болеем мы…» -
говорят. А на свет не выходят. И таблеток никаких не держат.
Ребята переглянулись. В комнате и без того сырой, несмотря на уличную жару, потянуло
каким-то недобрым холодком.
Сергей обул тапки и решительно встал с дивана.
- Валить надо отсюда! – голосом, не допускающим возражений, заявил он. – И побыстрее!
Саша с Верой, ни слова не говоря, послушно скрылись в своей комнате и стали торопливо
собирать вещи.
Серёга быстро покидал свои нехитрые пожитки в дорожную сумку и вышел во двор.
Затем вернулся в туалет и прихватил книжонку с понравившимся рассказом. Бросив
сумку на заднее сидение, он стал протирать лобовое стекло, покрывшееся за ночь слоем
бархатной пыли. Дверь хозяйской половины, чуть скрипнув, приоткрылась, и оттуда
