Читаем без скачивания Путь в Селембрис - Марина Казанцева

Никто ничего не понимал. Однако, не поесть пирогов было бы очень странно. Всё это противоречило рассудку, но желудки имели свою логику.

К вечеру так и не ушедшая из школы Вероника Марковна поняла, что всё это не сон. И более того, это настоящая катастрофа. Она сидела у себя и смотрела на тарелку пирогов, умоляя их исчезнуть и оставить всех в покое. Пироги не исчезали. Они даже не сохли и не черствели.

ГЛАВА 10. Магирус Гонда

Проснувшись на новом месте, Лён не сразу понял, где находится. Он думал увидеть низко над собой светлое дерево маленькой опочивальни. Однако, над кроватью возвышались шатровые каменные потолки. По углам спальни красовались большие каменные же виньетки в форме трилистника. Высокие стрельчатые окна с витражным застеклением.

Пафнутий тоже проснулся и оглядывался. Обстановка богатая. Ковры на полу. Большие кровати под балдахинами застелены не стареньким рядном, а шёлковыми вышитыми одеялами. Ведьма не обманула, она действительно отдала их в добрые руки.

Волшебник ждал учеников. Он не принял вида старика. Как видели они его в шатре на ярмарке, так он и остался. Магирус Гонда был молод, во всяком случае так выглядел. Трудно сказать, сколько ему лет. Может двадцать пять, может — сорок. Немного худощавое лицо, пепельные волосы. И глубокие синие глаза.

Друзья повеселели. Нет, они не ошиблись, им правда повезло.

— Я покажу вам замок. — негромко произнёс новый хозяин. — Колдунья сказала, что вы очень любопытные дети. А это не всегда плохо.

Магирус повернулся и пошёл по освещённому замысловатыми светильниками коридору, ученики двинулись следом. Все вместе они вошли в небольшой, но уютный зал. Это, очевидно, трапезная. Стены украшены сухими букетами. В высокие окна проникает свет утра, он окрашивается разноцветными стёклами и бросает на полы и стены, и на стол яркие пятна. Стены замка сложены из серого камня. Но, этот камень не просто сер, он имеет множество оттенков, поэтому помещения не выглядят унылыми. В свете раннего утра вся трапезная выглядела нарядной, как игрушка.

Хозяин замка подошёл к окнам и распахнул створки. Тотчас ворвался порыв прохладного ветра. Скатерть на столе затрепетала под потоками воздуха и на глазах удивлённых учеников уставилась угощением.

— Здесь не готовят, как все, пищу в котлах. — сказал им от окна Магирус. — Стол накрывает и убирает сам.

— Маленькая бытовая магия? — догадался Лён.

— Именно так. — отвечал Магирус Гонда.

Он оторвался от окна и подошёл к столу. Створки захлопнулись сами.

— Прошу. — пригласил волшебник и улыбнулся.

Им всё больше нравился новый хозяин, и ребята с охотой принялись угощаться.

— А до нас тут были ученики? — спросил Паф, когда все трое спустились по винтовой лестнице в рабочее помещение.

— Да, вы не первые в моём доме. — ответил Гонда и начал показывать и объяснять, что где лежит.

В замке имелась также обширная библиотека, куда не запрещено наведываться.

— Вы можете ходить где угодно, для вас нет запретных мест. Единственное, что я прошу не делать, так это не заглядывать в мою спальню. Вы можете гулять по двору, но не пытайтесь спуститься с горы. Здесь нет ни одной тропы вниз, кроме тех, что прокладываются по моему желанию.

Итак, они пленники. Пусть в комфортабельной тюрьме, но пленники. Но, это ненадолго расстроило приятелей. Дворец был им интересен. Они лазали по винтовым лестницам, заходили в башенки, бегали по резным мостикам и застеклённым переходам. Забирались на площадку высокой смотровой башни и оглядывали бесконечные дали. Во все стороны простирались скалы и леса.

Иногда волшебник уезжал на пару дней и, возвращаясь, привозил с собой подарки и всякие новые штуки, которыми украшал свой замок. Паф и Лён занялись библиотекой, они нашли в больших, замечательно иллюстрированных книжках самые разные сказки, легенды, мифы, эпос.

Лён обнаружил волшебные краски и стал рисовать картины — Магирус разрешил вешать их на стены. Так замок украсился сюжетами из сказок. Скакали рыцари на вороных конях. Принцессы ждали у окон. Улетал в небо Черномор и уносил Людмилу. Плела золотые косы Рапунцель. И страшный Змей-Горыныч дышал огнём на рыцаря в доспехах.

— Что это? — спросил у Пафа Лён, когда тот осторожно пересыпал в колбу серебристый порошок.

— Средство для волшебных снов. — отвечал за него Магирус. — Хорошо идёт в больших городах. Однажды я возьму вас с собой в поездку.

Так неспешно, с интересными разговорами они готовили снадобья. Волшебник сам не продавал их, у него были свои оптовые заказчики. Не слишком понятно, зачем ему вообще нужны помощники. Лёну казалось, что они больше мешаются в лаборатории, чем приносят пользы. У Магируса и без учеников всё прекрасно получалось. Ступки сами тёрли порошки, сами взбивались и эмульсии.

Когда они спросили об этом, волшебник засмеялся и обучил их несложным приёмам лабораторной магии. Главное, правильно фокусировать желания и отчётливо произносить кодовые слова.

— Никогда не прибегайте к магии в гневе. — объяснял он. — Такого натворите!

По вечерам иногда Гонда сажал их в свою призрачную лодку и облетал вокруг замка. А иногда вылетали утром.

В дремучих лесах, окружавших реку с двух сторон, находились и поляны, и болотистые местечки. Там собирали клюкву и бруснику. Делать это волшебник предпочитал вручную, а не прибегать к магии.

Иногда, сморщившись от горсти кислых ягод, Лён поднимал глаза и видел, как волшебник, забыв про клюкву, немного странно смотрел через заросшее мелким кустарником кочковатое пространство. В его глазах застывали печаль и ласка. А потом он снова принимался рассказывать про свойства разных трав, смеялся шалостям своих учеников. Их давно оставило чувство стеснённости — у Гонды было хорошо. Все трое возвращались на волшебной лодке и оставляли на столе плетёные корзиночки с добычей. И тогда вечером получали пышные ягодные пироги.

— А я всё равно не понимаю, — сонно пробормотал, засыпая, Паф, — зачем мы ему нужны.

— Наверно, скучно одному. — тоже сонно прошептал Лён и уплыл в душистое сновидение. Их подушки наполнены сушёными лепестками ириса и тонким порошком его корней.

Ему снилось, что волшебник вышел под ночные звёзды, поднял руки и запел:

Безмолвно опадает лист

На замерзающую землю.

Сон леса безмятежно чист,

Как снег, что укрывает дебри.

Пусть опадут затворы тьмы,

И ветер гонит прочь туманы.

Спой песню, как в былые дни!