настоящие революционные командиры не пойдут на лишение права голоса. Товарищ Гай хочет, чтобы бойцы снова стали бессловесными солдатами, которыми можно помыкать как хочешь. Это у вас не выйдет!
— Правильно говоришь! — поддержал Прохорова Устинов. — В отрядах командиров должны выбирать, бойцы лучше знают, кто хороший командир, а кто плохой.
— Разговор не только про это идет, — встал из угла Андронов. — Выборность — это наше право. Но нужно организовывать полки, а потом дивизию, товарищ Гай правильно говорит. И еще одно — про выполнение приказов. Приказ нужно выполнять любой ценой, это первое требование для революционного бойца. Если этого не будем делать — это и есть партизанщина, Прохоров, против этого не пойдешь.
— Еще один подпевала вылез! — насмешливо сказал Прохоров. — Заведет Гай свои полки и дивизии — от революционных порядков рожки да ножки останутся, ты хоть это сообрази, — Прохоров повернулся к Андронову, постучал себя согнутыми пальцами по лбу.
— Я соображаю, что не Гаю, а тебе власти хочется, — жестко сказал Андронов. — Воюешь ты в основном с бабами да самогонщиками, вот тебе с этим расстаться не хочется. Тебя не только военная, любая дисциплина пугает. Как где петухи да куры кричат, точно знай — это отряд матросов в бой вступил.
В зале засмеялись, кто-то сказал: «Точно говорит, едри его в корень!»
— Когда надо, матросы себя покажут! — вскинулся Прохоров. — Если из ваших рук только кормиться, то давно бы с голоду околели.
— Ты эти самостоятельные заготовки брось, — сказал твердо Воробьев, — а то мы начнем к стенке ставить таких заготовителей.
— Ты нас не пугай. Мы классово себя ведем, отбираем только у кулаков излишки и, где надо, готовы ответ держать.
— Вот ты Лившицу и будешь давать объяснения! — сказал Воробьев.
— А вы не понимаете, что для Гая военная часть — машина, а он ее хозяин, — твердил свое Прохоров.
— Я считаю, что полки и штабы организовывать нужно, — вступил в разговор Жданкин. — Этого от нас и Советская власть требует. Должно быть единое командование и полный порядок. Чтоб из полка шло снабжение продуктами и боеприпасами — вообще всем, что нужно. И пополнения давали взамен раненых и убитых из полка.
— Жданкин правильно говорит, — сказал Гай. — Раз полк организуется, должны быть такие службы, чтоб все это делалось. А полк должен получать все из дивизии.
— Красиво говоришь, да как на деле будет, — сказал Прохоров.
— А так и будет, как говорю, — твердо сказал Гай. — Кто еще хочет сказать?
— Я за полки и дивизию, если все будет так, как Гай говорит, — встал Анфимов. — И за то я, чтобы приказы выполнялись без разговоров. Но отряды должны остаться в полках, уже привыкли воевать сами. Командиров полков пусть начальство назначает, а в отрядах командиры выбираться должны, чтобы с командира спрос иметь. И жить он должен, как живет боец, из одного котелка хлебать. И в атаку вместе ходить — тогда он людей будет беречь, сдуру никого никуда не пошлет.
— Верно Анфимов говорит! — выкрикнул Устинов.
— Не-е, с командира тоже спрос нужен, — стоял на своем Анфимов. — Чтобы не только он с бойцов спрашивал, но и бойцы с него. Это будет пролетарская власть.
— Не везде бойцы настолько сознательны, чтобы правильно себя вели, — сказал Лившиц. — Вон Прохоров сидит, пусть честно скажет, кто кем командует — он отрядом или отряд им? У него в отряде полная анархия, делают, что им нравится. А командир выбранный. Это как по-твоему, порядок?
— Ты тень на плетень не наводи, — вскинулся Прохоров. — У нас в отряде полный революционный порядок! Матросы лишнего не берут и приказу подчиняются, если он правильный.
— А как вы определяете, правильный он или нет, на митинге? — Гай подался к Прохорову.
— Нужно будет, и на митинге спросим, как действовать. Всегда права масса, а не единица, хоть у ней семь пядей во лбу.
— Пока ты будешь обсуждать, боевая обстановка может десять раз измениться, — горячо сказал Гай. — На войне часто минуты решают дело. А вы митинговать будете до той поры, пока вас белые не прихлопнут. Выборный или не выборный командир, приказ нужно сразу выполнять, без обсуждений. Это ты кур можешь голосованием делить, а на войне одно в силе — приказ командира.
— Прохоров загнул насчет приказов, — пробасил Анфимов. — Зачем тогда командира выбирать, если его приказов не выполнять.
— Полки и дивизию нужно создавать немедленно, — убежденно сказал Павловский. — Пора кончать с кустарщиной, пора выполнять декреты Советской власти. Все важно, о чем говорили, — и выполнение приказов, и снабжение, и пополнение. Но важнее всего четкая организация дела. Для успеха важно собрать в одном месте большие силы и быстро действовать. С отрядной организацией это невозможно.
— Почему невозможно? — удивленно спросил Тоникс. — Получил команду — и действуй. Другое дело, что некоторые начинают обсуждать приказы, стоит ли их выполнять.
— Одно с другим связано, — возразил Гай. — Раз армейская организация, раз командиров назначают, значит, и дисциплина армейская, когда приказы не обсуждают.
— А я говорю, что Гаю большой власти хочется. — Прохоров опять встал, опираясь руками на маузер. — Пока отряды есть, он еще на них оглядывается, а когда появятся полки, он на нас чихать будет. Неужели вы не чуете, почему он против выборности? Он не командиров боится, он массы боится, которая всегда правду-матку режет. Удивляюсь я тут некоторым, вроде Павловского, который руки подымает, сдается Гаю без боя. Помяните мое слово — он вас в бараний рог скрутит, когда его порядки настанут.
— Ну ты ври, да не завирайся! — выкрикнул Панов. — А то мы без тебя Гая не знаем, кто он такой да чего хочет.
— Мое дело вас предупредить, чтобы вы ушами не хлопали, — сказал Прохоров. — Сейчас продадите, потом снова не купите.
— А ты не бойсь, мы своего не уступим, — бросил Анфимов. — И Гаем нас не пугай, мы не из робких.
— Я пару слов еще насчет дисциплины скажу, — поднялся Самсонов. — Здесь Гай верно говорил, что без дисциплины армии нет. Надо собрать всех бойцов и предупредить, что невыполнение приказа будет теперь считаться следственной комиссией как измена пролетарскому делу, как предательство мировой революции. А за такое дело полагается расстрел.
Самсонов сел, в комнате застыла тишина.
— Нет больше желающих говорить? — спросил Гай. — Значит, большинство стоит за организацию полков и дивизии, за то, чтобы приказы выполнялись немедленно и беспрекословно. Я поддерживаю предложение следственной комиссии насчет мер при невыполнении приказов, пора нам военную дисциплину установить. Хватит одними
