– Но ведь я ничего не сделал, – смутился Гарри.
– Вы с Гермионой правильно ответили на вопросы, – пояснил Люпин. – Молодцы, замечательный урок. Домашнее задание: прочитать в учебнике о боггартах, законспектировать и сдать в понедельник. Всё.
Ученики загалдели и повалили вон из учительской. Вот это да! Вот это урок! Только Гарри приуныл. Профессор Люпин не дал ему сразиться с привидением. Неужели из-за того обморока в поезде? Неужели профессор думает, что он просто слабак? И при виде дементора снова грохнется в обморок?
Но никто, по-видимому, ничего такого не заподозрил.
– Видели, как ловко я сладил с этой ведьмой – банши! – кричал Симус.
– А я с рукой! – старался перекричать Симуса Дин.
– А Снегг-то! Снегг в шляпе с грифом! Вот потеха!
– А моя мумия!
– Интересно, почему профессор Люпин боится хрустального шара? – задумчиво произнесла Лаванда.
– Вот это урок! Лучше у нас ещё не было, – сказал Рон по пути в класс, где они оставили сумки с учебниками.
– Очень хороший учитель, – одобрила Гермиона. – Только мне бы тоже хотелось сразиться с боггартом.
– Вот бы поглядеть! – хихикнул Рон. – Он наверняка обернулся бы домашней работой, за которую тебе поставили не пять, а четыре.
Глава 8
Побег полной дамы
Третьекурсники любили уроки защиты от тёмных искусств. Только Драко Малфой со своей шайкой не упускали случая сказать о профессоре Люпине гадость.
– Вот так лохмотья! – громко шептал Малфой, завидев Люпина. – Точь-в-точь наш домашний эльф!
Одежда у Люпина и правда потрёпана и в заплатах, зато уроки – один лучше другого. После оборотня сражались с красными колпаками. Эти свирепые карлики водились всюду, где когда-то проливалась кровь – в затканных паутиной закоулках замков, в оврагах на месте сражений, – и дубинами убивали заблудившихся путников. Потом изучали ползучих водяных. Они были вылитые обезьяны, только в чешуе, жили в прудах и душили перепончатыми лапами всех, кого им удавалось заманить к себе.
Самым ненавистным уроком для Гарри было зельеварение профессора Снегга. Вся школа мгновенно узнала, как боггарт предстал в виде Снегга, одетого в платье и шляпу бабушки Невилла. Ученики и кое-кто из профессоров держались за животы от смеха, только Снегг ходил чернее тучи. При одном упоминании профессора Люпина у него мстительно загорались глаза; Невиллу на его уроках в отместку доставалось вдвойне.
Ещё Гарри начал бояться уроков профессора Трелони. В освещённой камином, насыщенной благовониями комнате класс искал тайный смысл в смутных фигурах и символах. А у Трелони, стоило ей взглянуть на Гарри, огромные глаза заволакивало слезами. Он старался не замечать её взгляда. Нет, профессор Трелони не нравилась ему, хотя многие испытывали к ней чуть ли не благоговение. Парвати Патил и Лаванда Браун то и дело бегали в башню к профессору Трелони на переменах и возвращались с таким высокомерным видом, будто они узнали что-то неведомое остальным. А случись им беседовать с Гарри, они приглушали голос, будто он уже лежал в предсмертной горячке.
Уроки ухода за магическими существами на всех наводили тоску. Хагрид после случая с Клювокрылом потерял веру в себя. Теперь урок за уроком класс занимался флоббер-червями, а существ скучнее, как известно, нет во всём мире.
– Кому надо за ними ухаживать? – ворчал Рон, второй час запихивая в слюнявую глотку червяка нарезанный лентами салат.
Наступил октябрь. Скоро начнутся матчи, и скучные уроки легче будет терпеть. В четверг вечером Оливер Вуд, капитан команды Гриффиндора, созвал игроков обсудить новую тактику.
В команде по квиддичу семь человек: три охотника, два загонщика, ловец и вратарь. Все летают на мётлах. Поле для квиддича большое, на противоположных сторонах по два длинных шеста, на которых на высоте пятнадцати метров укреплены ворота-обручи. Охотники забивают в обручи голы красным, величиной с футбольный, мячом. Загонщики битами отбивают чёрные мячи – бладжеры, которые летают по полю и норовят сбить игроков с мётел. Голкипер защищает ворота. Задача ловца самая трудная – поймать золотой снитч, крылатый мячик размером с грецкий орех. Игра кончается, когда ловец схватит снитч. Его команда получает сто пятьдесят очков и обычно выигрывает.
Команда Гриффиндора собралась в холодной раздевалке. Солнце садилось, и на поле стало темнеть. Капитан команды, Оливер Вуд, семнадцатилетний здоровяк-семикурсник, кончал в этом году школу. Обращаясь сегодня к команде, он волновался чуть не до слёз.
– Это наш, точнее, мой единственный шанс выиграть Кубок школы, – начал Оливер, вышагивая перед командой из угла в угол. – Я играю с вами последний сезон. Это мой последний шанс. Команда Гриффиндора проигрывала семь лет подряд. Нам не везло: были травмы, в прошлом году турнир отменили. – Вуд сглотнул, будто в горле у него всё ещё стоял комок после прошлогоднего разочарования. – Но наша команда самая классная во всей школе! – Взгляд его сверкнул, и он ударил кулаком в ладонь. – У нас три превосходных охотника. – Вуд поглядел на Алисию Спиннет, Анджелину Джонсон и Кэти Белл. – Два непревзойдённых загонщика.
– Ну что ты, Оливер! Будет тебе! – притворно смутились Фред и Джордж.
– И у нас ловец, который ни разу ещё не упустил снитча! – Гордость у него в голосе прозвучала как раскат грома. Вуд помолчал и скромно добавил: – И, наконец, я.
– Ты у нас лучше всех, Оливер! – сказал Джордж.
– Обалденный вратарь! – похвалил Фред.
– Наши имена уже два года должны стоять на Кубке. – Вуд снова замаячил туда-сюда. – Когда Гарри пришёл в команду, я сказал себе: Кубок у нас в кармане. Не вышло. Но в этом году, моем последнем…
В голосе у него звучала такая горечь, что даже Фреду с Джорджем стало его жаль.
– В этом году, Оливер, Кубок наш как пить дать! – сказал Фред.
– Мы выиграем, Оливер! – заверила Анджелина.
– Можешь не сомневаться, – прибавил Гарри. Тренировались три раза в неделю с огромным воодушевлением. Дни становились короче и холоднее, зарядили дожди, но ни грязь, ни ветер, ни дождь не затмевали блестящей картины, постоянно всплывающей перед глазами Гарри, – он держит в руках литой серебряный Кубок.
После одной из тренировок продрогший, но довольный Гарри зашёл в гостиную, полную возбуждённых гриффиндорцев. Рон и Гермиона сидели в креслах у камина и готовили карты звёздного неба для урока астрономии.
– Что стряслось? – спросил Гарри друзей.
– Видишь объявление? – Рон махнул в сторону свежего куска пергамента на древней доске объявлений. – Конец октября. Посещение Хогсмида.
Через портретный проём вслед за Гарри вошёл Фред.
– Вот здорово! – обрадовался он. – Загляну в лавку «Зонко». У меня как раз кончаются драже-вонючки.
Гарри, погрустнев, откинулся на спинку кресла.
– Не расстраивайся, пойдёшь в следующий раз, – прочитала его мысли Гермиона. – Блэка скоро поймают, его ведь уже видели.
– Блэк не такой дурак, в Хогсмиде ему делать нечего. Попроси МакГонагалл, может, она разрешит тебе пойти с нами. Когда-то ещё будет «следующий раз»?
– Ты что, Рон! – опешила Гермиона. – Гарри нельзя ни на шаг выходить из школы.
– Да что ему одному здесь сидеть, что ли! Давай, Гарри, обязательно попроси МакГонагалл…
– Наверное, попрошу.
Гермиона хотела было возразить, но к ней на колени прыгнул Живоглот, у него в зубах корчился большой паук.
– Он что, обязательно должен жрать его на наших глазах? – поморщился Рон.
– Умница, Глотик. – Гермиона погладила кота, не обращая на Рона внимания. – Ты его сам поймал?
Живоглот принялся медленно жевать паука, не сводя жёлтых глаз с Рона.
– Не пускай его ко мне, – пробурчал Рон и склонился над картой. – У меня в сумке Короста.
Гарри зевнул. Сейчас бы лечь спать, а надо ещё закончить карту. Он подтянул свою сумку, вынул пергамент, чернила с пером и принялся за работу.
– Можешь срисовать мою, если хочешь, – предложил Рон, пометив последнюю звезду завитушкой, и придвинул работу к Гарри.
Гермиона поджала губы: она терпеть не могла, когда списывают. Живоглот, не мигая, глядел на Рона и помахивал кончиком хвоста. Рон на миг отвернулся, кот вдруг бросился на его сумку и стал рвать когтями.
– Брысь, брысь, дурацкий кот! – завопил Рон, схватил сумку и стал бешено трясти кота, но кот намертво вцепился в неё и грозно шипел.
– Рон, ему больно, – взвизгнула Гермиона. Вся гостиная с интересом наблюдала за сражением. Рон тряс сумкой, кот держался крепко. И тут из сумки вылетела крыса Короста…
– Хватай кота! – взревел Рон.
Живоглот выпустил порванную сумку и, перепрыгнув через стол, помчался за перепуганной насмерть Коростой.
Джордж бросился ему наперерез, но опоздал. Короста стремглав прошмыгнула между множеством ног и исчезла под старым шкафом. Живоглот с ходу затормозил и запустил под шкаф переднюю лапу.
