И соскользнула прочь. Без единого слова.
Утром Ивара водворили обратно в комнату, оставив без внимания его слабый протест. Барракуда был занят и даже не взглянул в его сторону.
Прошедшая ночь казалась Ивару длинной, как резиновый жгут; время от времени он задумывался - а был ли он свидетелем разговора или разго- вор приснился ему?
Черный Камень уходил корнями в самое сердце земли. Отношения трех людей тянулись корнями в толщу лет, в немыслимые для Ивара глубины - в далеко-до-дня-его-рождения.
"Я знаю... знал твоего отца много лет", - обмолвился однажды Бар- ракуда. НАСТОЛЬКО знал? ТАК много лет?!
Размышления его были прерваны насильственным образом - явился Ге- нерал. Постоял на пороге, будто давая Ивару возможность самому дога- даться о причине визита; потом ненатурально усмехнулся:
- Город... Очень настойчиво вызывает. Пойдем, посмотришь на па- пу...
Ивар почему-то испугался.
...Очень много людей. Наверное, весь Поселок - полторы сотни...
На той стороне телемоста тоже много. Военные, сановники, все как один с вытянутыми в трубочку лицами...
Ивар искал глазами отца - и не нашел. В центре перед экраном стоя- ла Регина - неузнаваемо преобразившаяся. Абсолютно бесстрастное лицо, ясные глаза, ровный голос:
- Здесь представительство Города.
- Здесь Поселок, - медленно отозвался Барракуда, и Ивар снова ви- дел только его спину.
- Здоров ли мальчик? - спросила Регина холодно.
Ивара подтолкнули в экрану, и он наконец-то увидел отца - где-то в стороне, маленького, будто ссохшегося, равнодушного, с совершенно пустым, отсутствующим взглядом. Ивар быстро отвел мгновенно намокшие глаза. Дотянуться бы сквозь экран, обнять бы...
И он стал смотреть в пол, в железную заплатку, поблескивающую круглыми спинками заклепок. Представительство Города возбужденно гудело за спиной бесстрастной Регины; люди Поселка молчали, будто выжидая.
- Условия не выполнены полностью, - сообщил наконец Барракуда. - Вы хотите что-то сказать по этому поводу?
- Город принял решение, - голос Регины больно отозвался у Ивара в ушах. Ваши условия вообще не могут быть выполнены.
Пауза. Глухая вата, залепившая Ивару уши. Тихий ропот за спиной, громче, громче, невыносимо громко...
- Не понял, - голос Барракуды оборвал шум и возню обескураженного Поселка.
- Придется понять, Коваль. Мнение большинства определено - Город не может выполнить ваши условия, так как это необратимо подорвет его безопасность. Это финансовый, энергетический... и психологический удар. В данном случае жизнь одного ребенка ложится на весы против тысячей жизней - и среди них тоже есть дети. Слишком высокая цена...
ЦЕНА.
Кровавое месиво вместо неба. Покрытые копотью чаши Весов. Вот он, этот голос: ЦЕНА.
Регина все еще говорила, перед глазами Ивара поблескивали железные заклепки пола, и слова с экрана лезли в уши подобно железным заклепкам:
- Вам предоставляется выбор, Коваль. Либо вы выдаете ребенка... Либо Поселок со всеми обитателями прекращает существование. Информация для людей Поселка: всем без исключения объявляется амнистия. Всем будет сохранена жизнь и свобода, жилье и право работать по специальности - однако Кай Коваль должен быть выдан командованию Города в наручниках. Взываю к благоразумию людей Поселка...
Ивар знал, что надо поднять глаза и посмотреть на отца. Надо... Но голова клонилась все ниже, и тогда он сделал вид, что просто считает заклепки. Как интересно... Семь, восемь, девять...
- Взываю к совести людей Поселка! В вашей власти остановить ка- тастрофу. Вот документ, заверяющий условия полной и безоговорочной... Иначе...
За спиной у Ивара кто-то рассмеялся - будто металл скрежетнул о металл. Короткий свист. Громкое слово - то самое, любимое ругательство Барракуды, грязное ругательство, смачно изреченное тонким женским го- лосом.
- Хорошо, - сказал Барракуда тихо, и Поселок за его спиной замер, как неживой. - Ладно, - при звуке этого голоса Ивару опять представи- лась разъяренная кобра. - Ультиматум? Очень плохо. Очень плохо и очень ошибочно. Очень жаль. Ивар!!
Ивар вздрогнул и сбился со счета. Железная рука ухватила его за плечо:
- С первым залпом атаки... Да что там, с первым же крейсером в на- шем небе я убью этого мальчика. Здесь, перед экраном, на изумленных глазах отца... Да, Онов?!
Ивар все-таки поднял голову. Отец его сидел неподвижно, губы его апатично шевелились - без звука.
- У вас три дня, Коваль, - бросила Регина. - Через три дня мы ата- куем.
- Онов, ты слышишь меня или нет?! Она выжрала твою душу, эта жен- щина, она выпила твою волю, ты что, не видишь, как губят твоего сына?!
Онов медленно поднялся. По обе стороны моста затаили дыхание.
Командор постоял, покачиваясь, как пьяный, то и дело бессмысленно поднося ладонь к лицу; потом неуклюже повернулся к экрану спиной и, во- лоча ноги, двинулся прочь. Люди Города поспешно расступались, образуя широкий коридор; Командор двигался, будто в густом киселе - так плотно облепила его тишина.
- Три дня, - сказала Регина мягко. - Ровно через трое суток... вы знаете. Сопротивляться бесполезно. Я рассчитываю на благоразумие людей Поселка... Город в любой момент готов принять вашу капитуляцию - и Ко- валя в наручниках. Конец связи!
Экран погас. Ивар устало вздохнул и сел на железный пол.
Она мстит мне, подумал Ивар и сам поразился этой простой мысли.
Она мстит. Она не забыла того, что было сказано тогда утром, в присутствии Сани. Она отомстила Сане за то, что он это слышал. Она мстит Ивару за то, что он это сказал.
- ...И не будет уверенности, что мы сумеем хотя бы стартовать! Ее и так было немного... уверенности... И никогда не будет! - высокий злой мужчина по имени Никола почти кричал. - Я отвечаю за то, что творится в доке... И я говорю, что за трое суток такое в принципе... если...
Их всех превратят в жирную копоть. Регина ох как хорошо знает Бар- ракуду, она уверена, что он уперся, что он не отступит... Это хладнок- ровное убийство.
- В принципе все возможно, - откуда-то издалека усмехнулся Барра- куда. Сделай мне подарок и просчитай наши шансы - без паники, но и без этого... куража бывалого самоубийцы.
Ивар методично водил по полу пальцем. Так приятно было ощущать вы- пуклый холод стальных заклепок. Он давно уже потерял нить разговора - слова отдавались у него в ушах бессмысленной, неприятной, полной диссо- нансов мелодией:
- Вариант Николы... Регина... Регина... Регина... Некомплект. Де- сять процентов... Сорок процентов... Вариант Регины. И НЕЧЕГО НА МЕНЯ ПЯЛИТЬСЯ!
Ивар содрогнулся. Барракуда рявкнул еще, Никола ругнулся, жалобно попросила о чем-то Милица, примиряюще вступился Генерал, и тогда Барра- куда рассмеялся:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
