Когда лорд Тореш открыл мощный портал, и на землю Корр–У ступили тысячи ликанов, регент схватился за голову. Переселение огромного клана, к которому он когда–то принадлежал, не входило в его планы.
Ликаны, поняв, что их обманули, вернуться назад уже не могли. Портал, пропустив обозы со скарбом, закрылся, а другой, стол же мощный, не существовал даже в древнем Храме, связывающем пять миров сетью порталов.
Лорд Тореш переселением ликанов поставил регента в заведомо проигрышное положение: с одной стороны, на него наседали сородичи из Шезгарта, требуя благ, которых они считали себя достойными, с другой стороны, возмущалась местная знать, у которой более сильные ликаны эти блага отнимали.
Регент, не имеющий опыта управления в силу того, что воспитывался отнюдь не во дворцах, полагающийся лишь на советы канцлера, понимал, что зреющее недовольство вот–вот перерастет в войну, поэтому пошел на уступки и согласился жениться на местной красавице.
Две из дюжины красавиц как раз и ехали в карете лорда Тореша. Одна из них, огненная ведьма, та самая миловидная блондинка, будет представлена при дворе как дочь, другая – ледяная ведьма, как племянница покойного брата. Лорд Тореш не беспокоился о том, что у него никогда не было ни дочери, ни племянницы, все нужные документы и книги родословных древ давно выправлены, а если кому взбредет в голову покопаться в них глубже, он просто не успеет обнародовать свои знания – власть в Корр–У поменяется.
Именно для этих целей долгие годы лорд Тореш, жаждущий короны Корр–У, собирал армию из ведьм, владеющих смертоносной магией. Три самые сильные ведьмы, советницы мага – Зоряна, Солоника и Квинтата только ждали сигнала, чтобы тайно привести обученную армию в столицу и посеять там хаос, на гребне которого лорд Тореш станет королем.
Но существовал более мирный и быстрый способ перехода: одна из ведьм должна войти в число претенденток на роль жены регента и, не доводя дело до свадьбы, убить жениха. В том, что из двенадцати представительниц знати невестой окажется одна из его воспитанниц, лорд Тореш не сомневался.
Лорд Тореш ехал в карете молча, положив обе ладони на набалдашник трости в виде расправившего крылья орла, и задумчиво наблюдал за своими спутницами.
Та, что теперь носила имя леди Ясения Тореш, упорно смотрела в окно, не желая с ним встречаться взглядом, и даже не поворачивала головы, если к ней обращалась «кузина» леди Даурия Тореш.
– Лорд Тореш, когда можно будет выйти и размять ноги? – Даурика ерзала на сидении. Карету подкидывало на ухабах, и всякий раз ведьма закусывала губу. Лорд улыбнулся, зная причину неудобства ледяной ведьмы.
Она только вчера вернулась из хижины отшельницы, где в течение недели предавалась любовным утехам с ведьмаком Давром, пребывая в уверенности, что ее ублажает Радмир. Нужный состав табака лорд сам передал Башуре. Каждый день в хижину отправлялся посыльный, чтобы привезти ледяной ведьме изысканные блюда со стола лорда, опять–таки приправленные возбуждающим средством, чтобы направить все мысли Даурики в другую сторону от бед замка. Она и сейчас находилась в возбуждении: глаза горели, губы припухли, на щеках розовел румянец, делая и без того красивую ведьму необыкновенно привлекательной.
Лорду не нужны слезы по погибшей подруге, пусть лучше Даурика мечтает о Радмире. Все будет потом. И слезы, и откровения.
Лорд опять перевел взгляд на Ясю. Он хотел оттолкнуть от себя огненную ведьму и сделал это, но в то же время, глядя на нее, возбуждался от воспоминаний, даже тех, последних, когда выпустил из себя внутреннего зверя.
Он поерзал на сидении почти как Даурика.
Утром после безумной ночи ему доложили, что она вернулась в свою комнату на третьем уровне. Лорд не стал ломать огненную ведьму. Не сейчас. Он еще успеет все исправить.
Вспышка жестокости по отношению к ней играла на руку. Как появиться при дворе и слыть почтенным отцом, когда твоя «дочь» смотрит на тебя влюбленными глазами?
Лорд знал, что регент, выбрав одну из семейства Тореш, не будет целомудренно ждать свадьбу. Игнеску в первую же ночь сорвет «запретный плод» и будет рвать его каждую последующую.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Тореш сам не справился с желанием и не остановил себя после инициации Яси.
Он крепко сжал зубы, чтобы стон ревности не сорвался с губ.
Тореш прекрасно знал, что произойдет с ним, когда он выпьет рубинового вина, пробуждающего все низменные инстинкты, но все равно сделал это. Он чувствовал, что вязнет в своей любви к Ясе. Пройдет несколько дней, и он не сможет отпустить ее, сорвав то, к чему готовился столько лет. На весах стояли любовь к огненной ведьме и корона Корр–У. Выпив рубинового вина, он выбрал корону.
Но в его сердце жила надежда, что он сумеет вернуть себе ведьму. Так или иначе.
– К заходу солнца мы подъедем к трактиру «Толстый монах», где подают вкусное монастырское вино, козий сыр и ребра барашка. Там же переночуем.
Лорд специально первым назвал монастырское вино, наблюдая, как вздрогнули ресницы Яси. Она помнит и злится.
«Так надо, девочка, так надо», – подумал он, опять поерзав.
Яся ужинать отказалась, несмотря на то, что еду принесли в снятые комнаты. Слишком разный люд собирался в придорожных трактирах, и, хотя восемь воинов во главе с Хушшем отпугнут кого угодно, лорд не желал повторения случая, когда на обоз, везущий Ясю, напали.
Даурика составила лорду компанию и весь вечер щебетала о том, что Радмир обещал их догнать.
– Милая, тебе нужно думать о другом мужчине. Говорят, регент очень хорош собой, и все внимание ты должна оказать ему, а не мечтать о моем беспутном племяннике.
– Говорят? Вы его не знаете в лицо?
– Когда я бывал при дворе, то встречался лишь с канцлером. Ни портретов, ни самого регента никто не видел. В этом главная трудность. Я думаю, он откроется лишь своей невесте. Его избранницей можешь стать ты, поэтому, прошу тебя, выплыви из любовного тумана и возьми себя в руки.
С Даурики неожиданно слетела маска легкомысленной леди.
– Мой лорд, – сказала она, пристально глядя на собеседника, – не нужно напоминать мне о моих обязательствах. Я складываю губы бантиком и хлопаю ресницами не потому, что растеряла мозги, я хочу, чтобы меня принимали за дурочку.
– Ах, вот какую роль ты себе избрала? – Лорд Тореш похлопал в ладони. – Даже я попался. Судя по всему, твоя подруга играет в затворницу и недотрогу.
– Об этом вам лучше поговорить с ней. И перестаньте пичкать меня афродизиаками. Я не такая неженка, как выгляжу, я справлюсь. И я знаю о смерти Стеши. Я горюю о ней, но доведу до конца то, к чему мы готовились вместе. Я не подведу. Спокойной ночи, мой лорд.
Впервые лорда Тореша так бесцеремонно выпроваживали за дверь.
«А ты не так умна, как думаешь. – Лорд поднялся из кресла с улыбкой на лице. – Тебе стоило бы опасаться так разговаривать со мной». Он наклонился, взял руку Даурики и поцеловал в открытую ладонь.
– Спокойной ночи, душа моя. Сладких снов. Боюсь, Радмир не сможет их скрасить. У него другая цель.
В полночь в окно Яси поскреблись.
– Хушш? – спросила она, приоткрывая створку.
– Ах, вот ты кого ждешь ночами? – Радмир перекинул ногу через подоконник и широко улыбнулся остолбеневшей подруге. – Так мне рады или нет? Войти–то можно? Не очень удобно балансировать на узком подоконнике.
Спрыгнув в комнату, он крепко обнял Ясю. Объятия были дружескими, без обычного его стремления погладить, дотронуться.
– Я так давно тебя не видел.
– С тех пор, как привез после инициации. Мог бы предупредить. – Яся отстранилась, и теперь они стояли друг против друга. За окном светила полная луна, и ведьма видела лишь силуэт Радмира. Его фигура потеряла юношескую гибкость, он стал мощнее, сильнее и еще больше походил на дядю.
– А что изменилось бы? Кстати, почему Хушш?
– Он друг, он охраняет, проверяет, все ли закрыто. Не боишься получить стрелу в зад?
– Ты стала другой. Колючей.
