– Учителя волшебные. Ты пришел по заданию дяди? Башуру не прихватил с собой?
– Яся, перестань. Если бы я мог, все было бы иначе. Ты же знаешь, как я к тебе отношусь. – Он взял ведьму за руку, и провел большим пальцем по внутренней стороне ладони.
– Не противно? С дядиной вещью? Окрика его не боишься?
– Я весь день гнал коня, чтобы увидеть тебя, зачем ты так?
– Не приходи ко мне больше. Ты такая же вещь, как и я. И мы должны слушаться своего хозяина. Ложиться под того, на кого он укажет. Сейчас мне указали на регента. На кого тебе указали?
Вместо ответа Радмир вдруг притянул Ясю к себе и поцеловал. Жадно, неистово. Отпустил также резко, развернулся к окну и скрылся в темноте.
Яся высунулась наружу. Внизу с факелом стоял Хушш и качал головой. Ведьма плотно закрыла окно и задернула занавески. Как была, одетая, легла в кровать и заплакала. Поцелуй Радмира смутил, напомнил время, когда она грезила о нем и скрывала от подруг, что стала «клятвопреступницей». Инициация разделила ее жизнь на две части: на жизнь с мечтами и жизнь с болью.
В долине не так чувствовалось приближение осени, как в горах. Еще зеленела листва, цвели травы, паук ткал ажурную паутину, а утренняя роса расцвечивала ее искристым жемчугом. Ясе нравилось наблюдать, как просыпается природа. Пусть она пропустила первые трели птиц, которые раздаются еще в полутьме, но не пропустила восхода солнца. Ясное, оно спешило подняться над лесом, чтобы пройти длинный путь, а вечером упасть за горизонт покрасневшим, уставшим. Солнце мазнуло лучами по мутному оконному стеклу, теплом дотронулось до лица, ослепило глаза, из–за чего Ясе пришлось прикрыть их ладонью.
Ведьма улыбнулась. Отчего стало так легко? Не переставая улыбаться, она покружилась по комнате и упала на кровать. Яся вспомнила о ночном визитере, о его неожиданном поцелуе и потрогала губы, отругав себя: «Какая же я дура, как быстро можно сбить меня с толку».
В последние дни она старалась держаться от лорда Тореша подальше. Телесные раны зажили, и при умелом подходе провинившегося мужчины можно было зализать и душевные, но лорд не спешил.
Ее мама не раз говорила: «Выпустивший однажды зверя не сдержится и выпустит его еще раз», но Яся не верила. Будь лорд так жесток, каким показал себя ночью, он наутро за волосы приволок бы ее к себе и продолжил бы терзать, а он отпустил.
Яся думала, что знает причину разрыва – она просто надоела лорду Торешу.
Зря она пришла к нему с вещами, показав, что хочет быть рядом. Лорд специально сделал ей больно, чтобы она возненавидела его и оставила.
Но Хушш видел все иначе.
Яся вспомнила, как едва живая вышла за дверь и наткнулась на главу варваров, который поджидал ее.
– Ведьма, я узнал, что тебе надо.
Но заметив, что она держится за стену, подхватил на руки.
– Хушш, отнеси меня в мою комнату. Никого не зови, не нужно.
Варвар все понял.
Она долго сидела в воде, смывая с себя и кровь, и пот, и слезы, а Хушш терпеливо дожидался в коридоре, временами заглядывая, когда не слышал плеска воды.
Укрыв Ясю одеялом, он сел рядом на стул и протянул флягу, от которой она отмахнулась.
– Пей, боль уйдет, силы прибавятся. Радмир дал, когда лорд меня бил.
– Пусть болит. Я дольше буду помнить, что лорды не умеют любить.
– Ведьма, – вздохнул Хушш, – тебе никуда от лорда не деться. Ты его тропа к трону. Так говорит пророчество.
– Какое пророчество?
– Я расскажу, а ты ведьма, слушай. – Он отхлебнул из своей фляги. – Смотри не усни, второй раз повторять не буду.
– Давай твою флягу, Хушш.
Варвары изъясняются иносказательно, их речь образна, и Яся, вслушиваясь в слова Хушша, видела, словно наяву, как опытный охотник с опаской подбирался к небольшому замку рода Торешей, прячущемуся под сенью скалы.
Ему было любопытно, отчего по ночам там вспыхивал странный огонь, похожий на блуждающую шаровую молнию, и почему горы, окружающие замок, с грохотом сотрясались, до смерти пугая варваров и животных.
– Несколько полных лун продолжалась пляска гор, и однажды утром мы не нашли старый замок. Будто лавина слизала его языком. Вместо него появился новый замок, и он не стоял у скалы, он сам был скалой! – Глаза Хушша сделались большими. – Никто не знал, что лорд Тореш маг. В роду королей магов еще не было.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Род королей? – переспросила Яся.
Хушш путанно объяснил, но Яся поняла, что мать лорда Тореша и отец короля Станислава кузены, и лорд был одним из претендентов на корону Корр–У.
– Плохо поступил король Станислав, обидел лорда. Отдал корону чужаку–регенту и умер.
– Хушш, ты много знаешь о дворцовой жизни.
– Горцы должны знать, с какой стороны подует ветер, чтобы вовремя скрыться в пещере.
– А кто тебе рассказал о пророчестве?
– Ты сегодня просила помочь, я сел на коня и поехал к Башуре. Лорд приходил к ней. Давно. Свое будущее видел: он сидит на троне, а огненная ведьма несет корону Корр–У.
– Как он догадался, что огненная?
– За ее спиной были горящие крылья.
Пока Яся думала о пророчестве, Хушш опять глотнул своей настойки, поморщился.
– Он будет королем, я знаю. Лорд Тореш сильный, хитрый, много умеет. Я с ним был, когда он портал в чужой мир открывал. Тогда предатель обманом тысячи оборотней из клана «Лунных волков» в Корр–У привел. Ты того предателя видела в долине, когда Хосип одной стрелой двух людей убил.
– Рябой такой, все в кровь боялся наступить?
– Он, собака. Предал короля Алекзандра. Деньги взял.
– Зачем лорду Торешу Лунные волки?
– Они регента отвлекают. У оборотней законы странные. Все время грызутся: за женщину, за власть, за корону. Чуть что – бой не на жизнь, а на смерть. Пока регент занят их распрями, вокруг себя не смотрит.
В дверь постучали, прервав воспоминания Яси. Даурика, свежая, выспавшаяся, с гладко прибранными волосами под изящной шляпкой, сделанной на заказ в Шезгарте, радостно улыбнулась:
– Мы сегодня без кавалера! Лорд Тореш в столицу порталом отправился.
– А почему мы не с ним? Столько дней в карете трястись. –
Яся собирала свои вещи в дорожный баул, который чуть погодя заберет один из варваров. А сейчас воин стоял за дверями и пугал черной улыбкой постояльцев.
– Говорит, нельзя. Все знают, что в Темный замок невесты приглашены, сбегутся толпы людей на нас поглазеть.
– Ну и хорошо, что без кавалера. – Яся вышла в коридор, где Даурика взяла ее под руку и шепнула:
– Конечно, хорошо. Посекретничаем. Расскажешь, что у вас случилось, а я о Радмире как на духу выложу.
– О Радмире? Он приехал? – Яся почему–то обернулась туда, где была комната Даурики.
– Нет еще, – вздохнула подруга.
– Будь осторожна, кругом ложь. – Яся не хотела обманывать Даурику, но и говорить правду сейчас, когда она светится от счастья, было жестоко.
Позавтракали ведьмы спокойно. Утром в трактире остались лишь постояльцы, все шумные посетители разошлись еще в полночь и сейчас отсыпались по своим домам.
– Может, проедемся на лошадях? – предложила Яся, когда они вышли к карете.
– Я не в том платье, – засмеялась Даурика, и Яся поняла ее отговорку. Это она во время походов с Хушшем чувствовала себя на лошади так, будто родилась в седле, и для нее не было разницы, в платье она или в штанах, а подруга боялась казаться смешной и неловкой. – Ты иди, а я книгу в карете почитаю. Про любовь.
Лорд Тореш выдал им несколько рукописных книг о любви к богам, чтобы при случае они могли показать свою ученость. Хотя в Корр–У даже ученых мужей можно было сосчитать по пальцам.
Сидя в седле на мужской манер, Яся не заботилась, как задралось платье, под него она надела любимые кожаные штаны. Ведьма вовсе сняла бы дорожный наряд, но в долине ее за ношение мужской одежды посчитали бы срамницей. Приходилось терпеть.
Оставив за спиной карету, чтобы не глотать пыль, Яся поравнялась с Хушшем, мычащим себе под нос какой–то напев горцев. Заметив ее, варвар осклабился в усмешке.
