Но теракт 24 января, несомненно, призван сдетонировать весь спектр существующих межэтнических и межконфессиональных конфликтов внутри России, пиком и символом которых до недавнего времени была "всего лишь" Манежная площадь. Теперь "процесс пошёл" таким образом, что может дойти до настоящей, полномасштабной гражданской войны, которая выплеснется за пределы Северного Кавказа и будет идти буквально в каждом городе, в каждом населённом пункте.
Ведь даже конфликт между лидером ЛДПР Владимиром Жириновским и главой Чеченской Республики Рамзаном Кадыровым, при соответствующем поведении всех заинтересованных сторон, может привести к необратимым политическим последствиям, хотя формально и тот, и другой "работают" внутри одной и той же "властной вертикали", выстроенной в Российской Федерации. Но в рамках действующей социально-политической модели ни один из подобных конфликтов разрешен и устранен быть не может — они только временно замазываются, чтобы затем вспыхнуть с новой силой.
СИНЕРГЕТИКА КАТАСТРОФЫ.
Россия постоянно находится под тройной угрозой: катастроф природных, наподобие засухи и пожаров лета прошлого, 2010 года; катастроф техногенных, наподобие Чернобыля-1986 или Саяно-Шушенской ГЭС-2009; и катастроф социальных, когда люди, задавленные невыносимыми условиями жизни, начнут массово выходить на улицы. Все эти угрозы дополняют и синергетически усиливают друг друга, формируют потенциальную "зону хаоса", "зону распада", ту "черную дыру", в которой может исчезнуть наша страна, вся более чем тысячелетняя русская цивилизация.
Если "точка невозврата" будет пройдена и сценарий распада начнёт реализовываться, остановить его будет невозможно. Тем более, что российское общество уже полностью деструктурировано, рассыпано, никаких форм его организации, за исключением этнических у "национальных меньшинств", не существует, а "властная вертикаль" озабочена только своими интересами и фактически способствует распаду страны, которой вроде бы управляет...
Вся забота о ликвидации последствий природных катастроф возложена на одно-единственное МЧС, об их предотвращении и предварительной минимизации ущерба речь не идёт вовсе. Ничего не делается для сохранения техносферы, доставшейся РФ в наследство от Советского Союза. Все системы жизнеобеспечения, созданные в расчете на тотальную ядерную войну с многократным запасом прочности, развалены, расхищены и вот-вот выйдут из строя. Продолжается губительный для экономики либерально-монетаристский курс, при котором внутри страны ничего не производится ("неконкурентоспособно"), сырье и доходы от его продажи практически полностью вывозятся за рубеж, а население, лишенное реальной работы, реального дела и любых внятных перспектив на будущее, деградирует и дичает. Таксисты, после взрыва в "Домодедове" требовавшие по двадцать тысяч рублей за проезд до Москвы, и коммерсанты, поднявшие там цены на поллитровую бутылку воды до пятисот рублей, — безусловные свидетельства катастрофы.
БЕЗОТВЕТСТВЕННОСТЬ ВЛАСТИ.
Глядя на всё происходящее, невольно создаётся впечатление, что власть предержащие сознательно или инстинктивно ведут дело к краху и распаду российской государственности — точно так же, как "перестройщики" времен Горбачёва вели дело к распаду государственности советской — ведь война (читай — катастрофа) всё спишет: весь криминал, всю коррупцию, не говоря уже о таких "пустяках", как некомпетентность и халатность. Ведь в обстановке всеобщего хаоса можно будет проще и безопаснее осуществить свои перелёты на заранее подготовленные в более благополучных и "цивилизованных" странах "запасные аэродромы", где давно живут родные и близкие, где учатся дети, где лежат банковские счета и стоят красивые особняки... А в "этой стране" пусть остается кровавая каша из "биомассы", недавно считавшей себя какими-то гражданами какой-то России... Такой сценарий отрепетирован, отработан и успешно сыгран — какой же смысл от него отказываться?
Владимир Винников
Сергей Черняховский ПЛЯСКА НА ГРОБАХ
Думать, что вынос тела Ленина из Мавзолея установит в России гражданский мир — все равно, что видеть в распятии Христа стремление Рима установить гражданский мир с христианами. Вынос Ленина из Мавзолея — это посмертная политическая расправа. Устроить расправу над святынями противника — значит объявить войну. Навсегда. До Страшного суда.
Если победитель пришел к побежденному и разрушил его святыню, значит, он пришел не с миром, что бы он при этом ни говорил. Тем самым он подает сигнал: "Горе побежденным. Мы вас, гадов, давили и давить будем. Ни вы, ни ваши дети, ни ваши погосты — ничто не останется в неприкосновенности. Война до 12 колена, до победного конца".
Что он получит в ответ? Вилы в бок либо, если пришел с охраной, — угрюмый взгляд, а то и нож в спину или бомбу под "Мерседес". Потому что он и не собирался заключать мир.
А тот, кто хотел мира и устал от войны, видя это, говорит себе: "Я думал, что война окончена. Я устал драться, Я хотел мира. Хотел одного — дважды в год выйти на демонстрацию под святыми для меня знаменами. Видно не судьба. Война так война. До победного конца". Ну и где здесь гражданский мир?
Есть два вопроса. Их следует разделять. Первый — как относиться к Ленину и его роли в истории. Это особый вопрос, который до конца еще не решен. Второй — нужно ли выносить его из Мавзолея, устраивать захоронение. Выполняя тем самым политический заказ.
Первый вопрос, как я сказал, не решен, он носит философский, исторический, социальный и идеологический характер. Он не зависит от смены настроений политиков или исхода выборов. В его рамках нельзя уйти от дополнительного вопроса: как общественное сознание относится к роли Ленина в истории?
По данным "Левада-центра" 2010 г., 58% граждан дают положительную оценку Октябрьской революции и ее результатам, отрицательную — 23%. Причем, по сравнению с опросом 2003 года, первая цифра возросла на 7%, вторая снизилась на 10%.
По данным "Левада-центра" за 2007 год, случись революция сегодня, 30% поддержали бы большевиков и лишь 6% боролись бы против них.
По данным ФОМа, на вопрос "Важно ли помнить о дне рождения В.И.Ленина?" — в 2003 году положительно ответили 59% опрошенных и отрицательно — 33%, однако уже через год количество положительных ответов возросло до 67%, а отрицательных снизилось до 26%.
По данным ФОМа от 2010 года, положительные чувства Ленин вызывает у 46% населения, отрицательные — у 8%, при том, что последние два десятилетия в СМИ невозможно услышать ни одного хорошего слова в его адрес.
В целом, позитивную оценку роли Ленина в истории дают около 60% граждан, отрицательную — от 10% до 15%.
Ответы на вопрос о "перезахоронении" за последние годы колеблются — от 56% за захоронение при 30% против, до 41% за перезахоронение при 44% против.
Кстати, при опросе на сайте радиостанции "Эхо Москвы" — явно не самой проленинской аудитории, — на вопрос (по состоянию на утро 23 января 2011 г.) "Актуальна ли сегодня тема выноса Ленина из Мавзолея?" при голосовании в сети 58% ответили, что не актуальна, актуальной ее признали 40%. При ответах по телефону, не актуальной ее назвали 69%, актуальной — 31%.
То есть, общественное мнение склоняется к положительной оценке роли Ленина в истории.
Кстати, Мединский не впервые выступает со своей инициативой. В 2005 году он отстаивал свою точку зрения в споре с Прохановым на НТВ в рамках тогдашней передачи "Поединок" Владимира Соловьева. Несмотря на не самое удачное выступление Проханова, аудитория НТВ, явно далекая от симпатий к коммунистам, дала в защиту Ленина 72 тысячи голосов против 52 тысяч сторонников выноса его тела из Мавзолея.
Большевики, даже расстреляв семью отрекшегося императора, не пытались разломать усыпальницы правящей династии и не занимались "перезахоронением тиранов". В начале первого года Советской власти Ленин подписал Декрет о "сносе памятников царям и их слугам и установлении памятников слугам народа". По этому Декрету памятники, обладавшие художественной ценностью, подлежали сохранению и охранялись государством (революционным и пролетарским).
В последнее время, за явной непопулярностью идеи "выноса Ленина из Мавзолея", стала использоваться иная терминология. Говорится не о "выносе", а о "захоронении в соответствии с "православными традициями". Это предполагает, что в России все захоронения должны осуществляться по православным традициям.
