руки, разочаровано вздыхала и снова отправлялась на поиски. Потом пошла в глубь помещения за прилавок, бросив нам:
– Подождите секунду.
Я обратился к Таниссе на своём родном языке:
– Чего это она?
Танисса закатила глаза и проговорила на моём родном языке с интонацией, как для ребенка:
– На нас вполне дорогого вида одежда с элементами доспехов. Услуги тёмных эльфов-телохранителей стоят недёшево. И ты всё ещё смотришься слишком ухоженным даже для богатого торговца.
Я окинул себя взглядом.
– Ухожен?
Танисса ткнула в меня пальцем и с досадой пояснила:
– РУКИ. Мозоли есть даже у многих дворян от обучения владению мечом, у тебя кожа на ладонях, как у принцесс.
Я посмотрел на порядком потрёпанные, на мой взгляд, руки, вздохнул и сказал на родном языке:
– Надо топором себе высечь на лбу пометку.
Вернулась Нара, положила на прилавок бархатный свёрток и развернула его:
– Вы не сможете в нашем городе найти второй такой, – сообщила она. – Камень чистой силы. Маги используют его для познания своих сил. Он хоть и маленький, но для вас, господин, будет идеальным началом.
Я протянул руку, но дроу вдруг крикнула на языке тёмных эльфов:
– Не стоит этого делать.
Я послушно одёрнул руку, повернулся к дроу и попросил:
– Поясни.
Танисса вздохнула и ответила на общем языке:
– Ваша сила слишком уникальна. Вероятно, использовать подобный предмет в людном месте – плохая затея.
Я уточнил:
– То есть сработает?
Танисса кивнула.
– Да. Данный камень буквально насильно прокачает вашу магию в этот мир в виде неструктурированного потока.
Я кивнул и обратился к Наре:
– Сколько?
Нара назвала цену, и Танисса мгновенно нецензурно прокомментировала её на нескольких языках, после чего вполне спокойно уточнила:
– Полагаю, ты ведь знаешь, что это в два раза дороже, нежели полноценный шар с полностью исправной структурой и возможностью контроля.
Нара не смогла скрыть разочарования, но быстро собралась и назвала цену втрое меньше, подкрепив своим аргументом:
– Такие камни – невероятная редкость. Вам не найти второй такой.
Танисса кивнула.
– Всё верно, – согласилась она. – Но ведь архимаг Кандоз ещё около пятнадцати лет назад задумал теорию, разработал идею и полностью завершил на практике ритуал чистого прорыва, который выполняет абсолютно то же, что и этот осколок. Разница лишь во времени подготовки.
Нара уточнила с весьма грустным видом:
– И ты знаешь всё необходимое?
– Да.
Я остановил девушек и повернулся к дроу:
– Так. Хватит. Назови нормальную цену.
Танисса подошла и рассмотрела камень, не прикасаясь, пару раз указала на трещины и вынесла вердикт:
– Восемь золотых.
Нара всплеснула руками.
– Побойтесь Богов! Я купила его за десять.
– Его уже использовали?
Нара некоторое время молчала и вспоминала.
– Н... Нет. Мне предложили завернуть его в этот платок и бережно хранить.
Танисса коснулась ткани и грустно проговорила:
– Двенадцать золотых. Восемь за этот бархатный отрез и четыре за камень. Он на один раз. Тебе невероятно повезло, что его в руки никто не взял.
– Как – на один? – не поверила Нара.
Танисса уточнила:
– Структура. Ты думаешь, отчего исправные шары стоят так много?
Я спросил у дроу на своём родном языке:
– Ты чего это? Помнится, тебе плевать на злато.
– Слишком мало у нас золота, – пояснила Танисса на том же языке. – Много потребностей. Крайне наглая попытка обдурить.
Я кивнул, и дроу обратилась к Наре на общем:
– Пятнадцать. И, как я сказала, бархатный отрез дороже камня. Можешь взять осколок в руки и насладиться красивым взрывом.
Нара тщательно завернула осколок.
– Нет, – благоразумно отказалась она.
Я пожал плечами и повернулся к выходу.
– До встречи, – бросил я торговке. – Мы тут ещё побудем, если осколок не взорвут – заберём.
Мы покинули магазин, и Танисса повела меня к алхимику.
Поиск всех неизвестных.
Ты не можешь видеть всего, стоя на дне
Алхимик был моей надеждой. Мне необходимо было найти спецсредства для выживания в бою. Нам везло, наши противники не видели в нас угрозы, и мы могли победить. Танисса восстанавливалась, помогала мне становится лучше в бою. Я оттачивал свой стиль выживания и теперь представлял из себя хоть что-то, но этого было мало. И скоро нам предстояло встретить тех, кто не станет нас недооценивать.
Вывеска алхимика представляла из себя цветок с рунами. Танисса объяснила:
– Цветок – символ алхимика. Дополнение из рун – значит, имеется свой маг. Если всё это на фоне снежного пика горы, значит, хозяин обладает крайне редкими ингредиентами.
Я вспомнил о когтях Трисобакена и уточнил:
– То есть торговать в этой лавке редким когтем бессмысленно?
Танисса отрицательно покачала головой.
– Неверно. Любой алхимик с радостью скупит любые редкие ингредиенты. Но золота у некоторых мало для достойной цены, и они предлагаю разного рода обмены, о выгоде которых сложно судить.
Я кивнул, взял у Таниссы узелок с редким когтем и вошёл внутрь. Сразу подошёл к прилавку и выложил перед парнем, стоящим за ним.
– Демонические. Пес огненный и трёхголовый.
Парень аккуратно осмотрел коготь и вежливо произнёс:
– Простите, сударь. Требуется минута ожидания, я приведу хозяина.
Я кивком отпустил парня и стал ждать, а время скоротал допросом дроу, диалогом на моём родном языке:
– Есть ли смысл в дымовых завесах?
Танисса ответила рассуждением, основанным на её опыте:
– Мало толку. Против толпы солдат – мало, не представляю условий, при которых удастся накрыть дымом всех и иметь возможность извлечь из этого пользу. Помещение, наверное, хорошие место, но ведь ты и сам будешь в дыму. Против одиночек – зависит от противника. Если будет ближний бой, я в состоянии сражаться с закрытыми глазами. Дальнее сражение? Если враг решит бежать, оставив задымление строго между мной и им, будет проблема.
Я продолжил допрос:
– Сон-зелье? Без запаха, цвета и вкуса. Или даже дым.
Дроу ответила:
– Существуют, но
