случилось.
Он показал девушкам полученное письмо, где жирным шрифтом вверху было написано «Закон о национальной службе (Вооруженных силах) 1939 года» от Министерства труда и национальной службы. Суббота, 11 ноября, – дата, когда ему необходимо явиться в Центр медицинской комиссии для прохождения осмотра, была помечена синими чернилами.
– Я думала, что тебе дадут бронь по профессии. – Миссис Уэзерфорд покачала головой, ее взгляд упал на приказ с явным недоверием.
– Они только сказали, что попытаются, мам, – терпеливо ответил Колин. – Никто не давал никакой гарантии. Я не могу оставаться здесь, пока другие мужчины сражаются.
Миссис Уэзерфорд пронзила сына пристальным взглядом.
– Ты вызвался добровольцем?
– Нет. – Он снова повернул письмо к себе и сжал челюсти. – Я знаю, ты не хочешь, чтобы я уходил, мам. И я знаю, что ты пыталась удержать меня здесь. Но я не могу проигнорировать это. И не буду.
Грейс изучала Колина, пока они с матерью разговаривали, бумага в его больших нежных руках слегка подрагивала, несмотря на то, что он расправил плечи с решимостью поступить правильно. И ее сердце разбилось – такие люди, как Колин, не были созданы для войны.
– Тебя призывают в День памяти павших. – Миссис Уэзерфорд провела руками по голубому с цветочным узором платью, которое Вив сшила для нее. Грейс был знаком этот жест. Миссис Уэзерфорд делала так, когда пыталась контролировать свои эмоции.[3]
– Твой отец погиб, чтобы сделать этот день возможным, – продолжила она. – Как они могли призвать тебя именно в этот из всех других дней? – Ее голос зазвенел от страха и боли.
Грейс снова потянулась к миссис Уэзерфорд, но пожилая женщина отмахнулась от нее.
– Я должна позвонить мистеру Саймонсу. Он сказал мне, что подал заявку, чтобы ты стал незаменимым сотрудником. Он сможет…
Колин шагнул к матери, чтобы остановить ее. Миссис Уэзерфорд остановилась и посмотрела на него широко раскрытыми влажными глазами.
– Я внесу свой вклад, мам. – Он выпятил свою худую грудь. – Я нужен нашей стране.
Горло Грейс сжалось от нахлынувших эмоций. Этот мягкосердечный, добрый молодой человек, который в силу своего достаточно юного возраста был еще немного наивным, проявил такую храбрость.
Она не могла представить себе этот дом без Колина, а миссис Уэзерфорд без своего сына, в котором она души не чаяла и на которого всегда смотрела глазами, сияющими гордостью и любовью.
У миссис Уэзерфорд задрожал подбородок. Она сжала губы, и быстро заморгала.
– Прошу прощения, – выдавила пожилая женщина. – Я…
Она быстро взбежала по лестнице. Мгновением позже дверь ее спальни на втором этаже захлопнулась и тишину нарушил пронзительный вопль мучительной боли.
Колин опустил голову, пряча лицо. Грейс положила руку на мягкий хлопок его рукава.
– Иди к ней. Я заварю свежий чай.
Он кивнул, не поднимая глаз, и медленными тяжелыми шагами поднялся по лестнице, а Грейс повела Вив обратно на кухню. Как только они остались одни, Грейс прижала руки к груди, которую защемило от тупой боли.
Колин. На войне.
Сначала Джордж. Теперь Колин.
Неужели скоро все мужчины Лондона уедут на фронт?
Грейс посмотрела на Вив, и безысходная печаль захлестнула ее. Вив тоже скоро уедет.
Словно прочитав мысли своей подруги, Вив решительно замотала головой, отчего ее рыжие кудри заколыхались вокруг лица.
– Мне не стоило говорить то, что я сказала, Грейс. – Она сделала глубокий вдох. – Я не стану вступать в ряды ВТК. Не теперь, когда Колин уедет.
Вив обняла Грейс, и сладкий цветочный аромат ее нового парфюма It’s You окутал девушек.
– Я не уеду, – пообещала Вив. – Теперь мы обе будем нужны миссис Уэзерфорд.
Грейс кивнула, уткнувшись в плечо подруги. Она была благодарна, что не потеряла Вив вместе с Джорджем и Колином. Это на самом деле было бы слишком тяжело вынести.
В последующие дни до своего отъезда Колин приводил дом в порядок. Он незамедлительно уведомил «Королевство домашних животных» о своем увольнении и потратил все свое время на то, чтобы починить каждую скрипучую лестницу и смазать каждую скрипучую петлю. Дошло даже до того, что он показал Грейс и Вив, как выполнить мелкий ремонт в его отсутствие на случай, если потечет кран или отвалится ручка.
Как-то Грейс вернулась домой и обнаружила Колина на корточках у окна в гостиной. Он старательно приклеивал холщовые ленты в искусном узоре, заботясь о том, чтобы при любом возможном взрыве бомбы стекло не разбилось. Хотя теперь вероятность бомбардировок казалась несущественной.
Вив предупредила Грейс, что в тот день она опоздает, поскольку ей надо было кое-что сделать. Поэтому Грейс отложила список потенциальных рекламных строк, над которыми размышляла, и опустилась на колени рядом с Колином. Она не стала предлагать свою помощь, зная, что он откажется. Вместо этого она отрезала полоску ткани, смочила оборотную сторону и нанесла ее на стекло, следуя его примеру.
Он посмотрел на нее, мгновение поизучал ее своими добрыми голубыми глазами, затем благодарно улыбнулся.
– Я полагала, твоя мама терпеть не может заклеенные окна, – решила уточнить Грейс и отрезала еще один кусок ткани.
– Это обеспечит вам всем безопасность, – пояснил Колин и провел своей большой рукой по кусочку, который приклеила Грейс, выдавливая крошечные пузырьки воздуха. – Видела бы ты, что я сделал с ее оставшимися цветами.
У Грейс отвисла челюсть.
– Только не говори, что ты…копал для победы?
В октябре правительство начало агитационную кампанию «Копай для победы!» и с тех пор регулярно объявляло о необходимости перекапывать цветочные клумбы и заменять их овощными грядками. Хотя нормирование, о котором клялась миссис Уэзерфорд, еще не было введено, призыв к народу выращивать как можно больше овощей свидетельствовал о его предстоящем объявлении.
Это не означало, что миссис Уэзерфорд была готова к тому, чтобы несколько цветущих роз и гиацинтов в ее любимом саду были выкопаны.
Колин медленно кивнул, окидывая взглядом дело своих рук.
– Я ничего не знаю о выращивании овощей, но прочитал инструкцию и старался, как мог. – Он беспомощно пожал плечами.
– Ты мог бы спросить Вив, – сказала Грейс. – До приезда в Лондон она жила на ферме.
– Именно поэтому я сделал это во время ее отсутствия. – Колин поднялся на ноги и взялся заклеивать верхнюю часть окна. – Она всегда такая ухоженная. Я не мог допустить, чтобы она копалась в земле и испортила свой маникюр.
– И ты знаешь, что она слишком упряма, чтобы принять отказ в качестве ответа.
Грейс поднялась с пола и встала рядом с Колином. Ее голова доставала ему только до груди, девушка была слишком маленькой, чтобы дотянуться до верхней части окон. Поэтому вместо того чтобы пытаться приклеить полоску самостоятельно, она отрезала и смочила ее, а потом передала Колину.
