нас на сложной многоуровневой конструкции паркинг.
Глава 15
Мы уже неделю живем в этом новом, совершенно незнакомом и непонятном мне мире. Именно мире- по-другому его квартиру не назовешь. Есть понятие «холостяцкая берлога». Пентхаус Дементьева нельзя было назвать «берлогой», скорее особняком, дворцом, резиденцией, но… От этих высоченных стен с окнами в пол веяло таким холодом одиночества, что всё время хотелось кутаться в плед или кофту, пусть за окном и стояло теплое лето. Сюда его теплые лучи точно не добирались.
Всего семь дней- и столько нового. Казалось, я живу в этом новом мире уже несколько месяцев… За это время мы успели неплохо найти язык с Алевтиной, а главное, язык с ней нашел и Сеня. Ему была выделена отдельная комната- самая светлая из всех, что были в апартаментах. Ее ожидаемо завалили игрушками. Помимо скупленного еще для самолета детского магазина Дементьев, видимо, приказал купить еще и половину Центрального Детского Мира. Теперь мальчику точно было чем заняться. Благо, что Алевтина прекрасно интегрировала занятия в игры и готова была проводить время с малышом столько, сколько нужно. В сад он пока не ходил- до нашего старого садика ездить было далеко, да и фактор Самойлова смущал. Мало ли что он мог задумать. Сейчас мне было спокойнее видеть сына все время рядом, под присмотром.
Надежный тыл по воспитанию Арсения позволил мне уйти в реализацию проекта. Оказывается, ездить против основного потока автомобилей- из самого центра в старую Москву- было намного проще, чем наоборот. Поэтому дорога не занимала много времени. А когда эта самая дорога еще и с водителем в автомобиле представительского класса, то время удавалось использовать максимально эффективно. Я не только старалась вникнуть в рабочие моменты, связанные с ремонтом и закупкой необходимого оборудования для лингафонных классов, но и усердно работала над субстантивным наполнением нашего центра, участвовала в подборе педагогов.
Так у нас появился класс с мягкими пуфиками для литературных чтений, уроки разборов песен любимых зарубежных исполнителей, кружок юных писателей, модель Организации объединенных наций, курсы переводчиков-синхронистов, театр на английском и много-много всего другого.
В этой стремительно завертевшейся жизни «невесты босса» не было только одной составляющей- самого босса. Всю эту неделю Дементьева мы почти не видели. По заселении он сразу обозначил мне, чтобы я спокойно выбирала любую из свободных спален в доме и не парилась о его присутствии. На поверку это означало, что домой он попросту не приходил… Его личная спальня была закрыта на ключ, что сразу навеяло ассоциации об отнюдь не детской сказке о «синей бороде». За всю неделю мы увиделись от силы раза три- он заходил домой за какими-то документами и вещами. Обменивался со мной парой фраз. Спрашивал точечно- всё ли нормально на работе, как адаптировался сын, всего ли хватает… Его вопросы были скорее вежливыми и дежурными. И я отчетливо поймала себя на мысли, что он сознательно отстраняется от нас и возводит между нами стену. Даже его взгляд во время разговора был сосредоточен на чем угодно, но только не на мне.
Но если честно признаться, фактор отсутствия Дементьева стал для меня в каком-то смысле и облегчением. Я все еще не представляла, как делить одну крышу с совершенно чужим мужчиной. Не знала, как к этому отнесется Сеня, который продолжал воспринимать «дядю Дмитрия» как «доброго волшебника». А еще… А еще я была рада, что его отсутствие минимизирует наше с ним реальное сближение. Я не хотела начинать смотреть на этого мужчину как на кого-то большего, чем на фиктивного партнера, а ведь смешно отрицать, что такие зачатки уже стали проклевываться в моей неопытной, наивной душе. И мысли о том, что он проводит время с той, другой, нежный голосок которой я случайно услышала во время ее звонка в тот вечер в Сочи, отрезвлял.
Зато под конец недели Дементьев появился. О том, что он в квартире, я узнала сразу- проснувшись от дикого ора, доносившегося из гостиной. Стены здесь были толстыми, двери высокими, да и спальни были глубоко утоплены подальше от гостиной по планировке. Но слышно было так, словно он кричит у моей двери. Подорвалась спросонья, накинув на себя халат. Даже не умывшись. Ведь крик по утрам, тем более, не частого гостя в собственном доме- ситуация странная…
— Идиоты! — продолжал рычать он, когда я пересекла порог гостиной, в дверях столкнувшись с испуганным помощником Игорем.
— Что случилось? — буркнула, увидев насупленное лицо Дементьева.
— Кофе сделай, — приказал он бесцеремонно, даже не удосужившись поздороваться со мной.
В этот момент почувствовала, как к ноге прижалось маленькое тельце сыночка.
— Мамочка, — испуганно пробубнил он, прячась в полы халата. В коридоре показалась бледная Алевтина.
— Простите. Мы сейчас уйдем… Простите, — пробубнила она, а я почувствовала себя очень неуютно.
— Наверное, можно бы было найти другое место для утренних криков. Мой сын чувствительно воспринимает звуки в слуховом аппарате, — сквозь зубы процедила я.
Желваки Дементьева заходили, но он промолчал.
— Кофе будет ждать на кухне через десять минут. И завтрак. Для тебя и Игоря.
Я ему не служанка, чтобы подносить в гостиную.
Опять это «для тебя» далось жутко непросто. Зато когда поняла, что позвала и бледного, как в воду опущенного помощника, мысленно обрадовалась.
Аккурат через десять минут Дементьев с Игорем зашли на кухню. Я успела пожарить омлет, нарезать бутерброды, вытащить орешки и разливала кофе по чашкам.
Могла поклясться, Дементьев даже растерялся, когда увидел все это разнообразие на столе. Что уж говорить об Игоре, который вообще не ожидал такого приема в этом доме.
— Сама что не ешь? — спросил угрюмо, отпивая глоток и отламывая кусок. В его голосе все еще был рокот, но отступивший. Как море после только-только утихшего шторма.
— Пойду оденусь. Ваши крики меня разбудили. Застали врасплох… — пробурчала в ответ.
— Останься. Выпей кофе. Я спешу, — произнес без возражения, — Игорь, ты поел? — обратился тут же к помощнику, явно намекая, что ему пора на выход.
Тот подорвался, весь покраснев. Я тоже покраснела, наверное, от злости. Терпеть не могла, когда людей вот так унижали. Это неправильно.
Если уж деспот хотел переговорить со мной глаз на глаз, можно было сделать это вежливее.
Встала, быстро наложила ему пару бутербродов в контейнер, налила кофе в свою термокружку и протянула.
— Хорошего дня, Игорь. И хорошего настроения начальству. А то невмоготу работать, наверное.
Парень, казалось, покраснел еще больше. Попрощался и быстро ретировался. А я приготовилась выслушивать от Дементьева очередную отповедь в менторско-авторитарном стиле.
— Не
