Читаем без скачивания Песнь сирены - Кэт Адамс

Но я не собиралась сдаваться без боя.

— При одном условии: она не будет перенапрягаться, — заявила я.

На том мы и порешили.

После звонка я погрузилась в размышления.

Шаг за шагом, Грейвз. Пока ты не разберешься с этим когимаром, держись подальше от офиса. Теперь на повестке дня — следующий вопрос. Ты разыщешь того, кто тебя проклял, и добьешься, чтобы «черная метка» исчезла. И тогда все наладится. Возможно.

Глава 9

Я могла бы поужинать с El Jefe, но ужасно устала. Кроме того, и Уоррен, и я были бы неважными компаньонами. Он волновался за свою знакомую из Калифорнийского университета. Она куда-то запропастилась. Вероятно, просто застряла в пробке и оказалась в мертвой зоне мобильной связи. Или у нее сел аккумулятор. Или она забыла взять свой телефон. Миллион вероятностей. Но женщина отличалась пунктуальностью. Поэтому Уоррен беспокоился. Я тоже встревожилась, но хотела быстро перекусить и поскорее отправить «Ваджети» в бронированный сейф. Затем я должна мчаться в Берчвудз. А потом, в моей комнате, я наконец-то рухну в кровать и усну.

А ведь завтра мне предстоял суд! Оставалось гадать, каков будет исход. Хорошо хоть, что в кабинете Уоррена я переключилась на свою метку и отвлеклась. А сейчас я старалась убедить себя в том, что Роберто — самый лучший адвокат на свете. У нас имелись свидетели, в том числе — целая команда священников-воинов, которые явились на мой зов и изгнали демона. Эйрена клятвенно заверила меня, что я выиграю процесс. Я спасла от гибели сына короля Руслундии, и сам Дальмар обещал замолвить за меня словечко. Но все равно мне было страшновато. По дороге в клинику я несколько раз прокрутила в уме свою речь и повторила план атаки Роберто.

Прежде мне случалось быть только свидетелем. За моими клиентами частенько охотились папарацци, и я защищалась, если меня, например, обвиняли в нападении на репортера. Но теперь меня считали монстром, который манипулировал чужим сознанием. Увы, вероятность справедливости приговора в таком случае весьма сомнительна. Роберто был почти уверен, что меня определят в тюремную психушку. И мне крупно повезет, если разрешат самой сделать выбор из списка государственных учреждений.

Вдобавок меня выслеживает киллер… А кто заказчик? Я поежилась. Может, там шайка мерзавцев-телепатов… или даже две.

В общем, чем ближе я подъезжала к Берчвудз, тем тяжелее у меня становилось на сердце. Когда я притормозила у наружных ворот комплекса и сунула свою идентификационную карточку в щель сканера, меня охватила чудовищная депрессия. Позади моей «Миаты» лязгнула створка ворот, и я вздрогнула. Значит, так и пройдет остаток моей жизни? Меня будут держать взаперти, как хищного зверя?

Ночной охранник у вторых, внутренних ворот оказался новеньким. Похоже, его предупредили насчет меня, поскольку он не испугался моих вампирских клыков. Он спокойно провел полагающуюся процедуру с применением святой воды и серебра, после чего пропустил меня на территорию Берчвудз.

Я припарковалась, заперла оружие в багажнике и, ощущая себя обнаженной и уязвимой, прошла через стоянку к административному зданию. Дежурная медсестра забрала мои туфли, мобильник, записала мое имя и фамилию. Прощай, свобода.

Под дверью палаты я обнаружила записку на клочке бумаги. Я подняла ее и прочла: «Надо срочно поговорить. Свяжусь с вами завтра. Иван».

Объявился.

Сжав листок в кулаке, я с трудом доплелась до постели.

Я не выспалась. Всю ночь напролет меня мучили кошмары. А еще я металась, вертелась, как веретено.

Рано утром я встала и приготовилась к неизбежному. Поскольку слушания являлись «официальным» мероприятием, меня сопровождал полицейский эскорт. К счастью, я не числилась арестованной, поэтому в суд меня доставили без наручников. Однако копы настояли на том, чтобы перед поездкой в автозаке я заправилась баночками с детским питанием. Пюре из мяса и овощей. Логично, но невкусно… Фу…

Центр правосудия представляет собой четырехэтажный куб, выкрашенный белой краской. Цоколь и карнизы отделаны кирпичом и искусственным мрамором. К парадным дверям ведет лестница, ступени которой покрыты красными плитками. Повсюду стоят охранники, вооруженные не только пистолетами, но и специальным магическим оборудованием. Сегодня меня повели через служебный вход, дабы избежать встречи с ордой журналистов. Им не терпелось взглянуть на вампиршу, способную выносить солнечный свет.

Роберто ждал в здании и смерил меня пристальным взглядом. Мне следовало произвести хорошее впечатление на судей. Именно для этой цели я облачилась в консервативный темно-синий костюм (пиджак и юбка, прикрывающая колени) с шелковой красной блузкой. Верх был от Исаака — то есть рабочий. Но от ножей и пушек пришлось отказаться. Вдобавок я надела колготки и лодочки на каблуках. Ненавижу нейлон. Наверняка его изобрел садист. Летом в колготках жарко, неудобно, и они почему-то всегда перекручиваются.

По определению Роберто, я «уподобилась Лоре Буш».[9] Не знаю… Может, я и сохраняла консервативный достойный облик.

Полицейские проводили меня по коридору к залу суда. Там собралось немало зрителей. Наиболее откровенно на меня таращились пятеро офицеров в форме с иголочки, сидевшие на галерее. Рядом с ними я заметила Джерри — начальника дневной смены охраны в Берчвудз. Прежде мы приятельствовали, но потом он увидел меня в свежеиспеченном обличье «недоделка». Сейчас Джерри решил понаблюдать, как меня засадят за решетку. Бедняга, как же он испугался…

Пару копов я узнала. Они дежурили на том злополучном стадионе, где я столкнулась с демоном. На них я и опробовала свой дар сирены несколько недель тому назад. Не сделай я этого, тварь затащила бы фанатов бейсбола и спортсменов прямиком в ад.

Кстати, судя по списку, переданному Роберто, из тюрьмы сюда доставили и доктора Эвелин Грин — психотерапевта и так называемую «нулевую» — человека, не наделенного ни магическими, ни экстрасенсорными талантами. Она накачала меня наркотой и подставила, обвиняя в убийстве священника. Под действием заклятий послушания Эвелин не могла лгать, но, конечно, она не хотела, чтобы жюри присяжных услышало всю правду.

У меня мерзко засосало под ложечкой. Я бы с удовольствием пожевала печенье или чипсы, а то желчь разъедала горло. А в рекламе говорили, что от детского питания кислотность не повышается.

— Селия, успокойся, — пробормотал Роберто. — Ты светишься.

Я опустила голову. Мой желудок скрутило в узел, а кожа излучала сияние. Это ненормально. Я — пас, и прокурор мне точно не поверит.

Я зажмурилась и сделала глубокий вдох. Заставила себя думать о каменистом береге океана и чайках. Мне стало немного лучше, и вдруг я услышала чей-то вопрос:

— Чувствуешь — пахнет морской водой?

В итоге мерцать я перестала. Мы с Роберто без происшествий добрались до первых рядов зала суда.

Словосочетание «перед барьером» здесь имеет реальное значение. Только те, кто ежедневно занят в судопроизводстве, способны легко пересечь колдовские преграды, которые отделяют «рабочую» зону от главной галереи. Роберто был впереди, и я увидела серебристую вспышку в тот момент, когда он миновал сканер и мрачных охранников. Потом настала моя очередь.

Я шагнула в металлическую арку, замерла и ощутила горячую волну магической энергии. Но меня пропустили.

Я постаралась не показывать, какое невероятное облегчение испытала. Ведь нужно вести себя, как обычный нормальный человек. Тем не менее эти понятия уже откатились в прошлое. Я робко прошествовала за своим адвокатом к маленькому столику, предназначенному для нас. Села и обвела взглядом аудиторию. Может, меня кто-нибудь подбодрит? В углу находилась бабуля, а по соседству с ней — El Jefe и Эмма. Справа устроились доктор Хаббард и Скотт. А Бруно не было. Но я так надеялась…

Чтобы унять дрожь, я повернулась к Роберто. Он вынимал папку за папкой из своего увесистого портфеля. А к нам уже направлялся обвинитель. Он поздоровался с Роберто. Его звали Хозе Родригес. На вид — лет тридцать пять, максимум сорок. Высокий, импозантный, с шоколадными глазами и волнистыми черными волосами, едва тронутыми сединой. К тому же он обладал обезоруживающей улыбкой. Костюм Хозе показался мне роскошным и дорогим, но в итоге победил Роберто. Меня это порадовало.

— Привет, Боб.

— Хозе, — Роберто пожал руку прокурора. — Хочешь что-то уточнить в последнюю минуту?

Хозе попятился.

— А ты ничего не знаешь? Серьезно?

— Ты о чем?

Хозе взглянул на меня. Я лишь пожала плечами: вроде понятия не имею.

Родригес недоуменно вздернул брови.

— Не соизволишь нас просветить? — сухо произнес адвокат.

Секунду назад Роберто и Хозе можно было принять за друзей, но теперь расклад был совсем иной.