Джон: Вы видите не меня, вы видите события на затылочных долях своего мозга.
Джуди: Ненавижу это. (Смех)
Джон: Бейтсон говорит, что дерево, которое я вижу с закрытыми глазами, больше мое, чем дерево, которое я вижу с открытыми глазами. Когда нет никакого внешнего паттерна, попадающего на затылочные доли мозга, которые называются «видением дерева», мне проще изменить дерево, потому что не нужно ничего согласовывать. Блеск и нищета человеческой неврологии состоят в том, что мы создаем фильтры восприятия еще на периферии, и просто не знаем, что удалили из своего восприятия. Это значит взять познавательную стратегию, которую предлагали Аллен и Бритт, и которая в нашей культуре считается «здравым смыслом», и поместить ее на периферии, чтобы различия устранялись еще до того, как получили бы хоть какой-то доступ в центральную нервную систему. Наша неврология и так делает это в огромной степени. То, что у нас есть 160 000 000 колбочек и рецепторов в сетчатке и гораздо меньше проводящих путей в зрительном нерве означает: то, что мы видим, это не то, что есть на самом деле. Это — всего лишь какая-то трансформация паттерна света, отраженного от объекта на сетчатке.
Каковы ожидания? Кто здесь знает физиологию и может сказать нам, каковы связи между центростремительными и центробежными нервами? Если моя рука или нога коснется чего-то горячего вне моего поля зрения, я отдерну ее прежде, чем сигнал достигнет моей центральной нервной системы. Эта петля произойдет в спинном мозге. И это имеет очень большой смысл с точки зрения сохранения целостности и здоровья организма. Но когда мы берем предположения нашего ума и выносим их, при помощи тех же самых механизмов использования и не использования, атрофии и паттернов мышечного напряжения, в периферийные органы, мы становимся самодостаточной непроницаемой системой, которая не может учиться. Потому что уничтожаем различия еще на периферии. Изменение сфокусированного зрения на периферийное и замена внутреннего диалога тишиной становится чрезвычайно важным способом установки контакта со вторым вниманием. Это позволит нам эстетично выполнить те преобразования, которыми мы занимаемся на этом семинаре.
Есть много способов достичь того сосредоточенного состояния, в котором вы «останавливаете мир» в терминах Кастанеды — отсутствие внутреннего диалога, отсутствие сфокусированного зрения. Вы можете сделать это с помощью транса, если владеете технологией доступа ко второму вниманию, именуемой «эриксоновский гипноз». Вы можете использовать рефрейминг…
Джуди:…чтобы установить…
Джон:…отношения между первым и вторым вниманием и предположить в первом внимании, что у вас есть этот опыт, и подтвердить это предположение при помощи непроизвольного сигнала второго внимания.
Джуди: Или вы можете вспомнить какую-то ситуацию, когда были настолько сосредоточены, что у вас не было внутреннего диалога…
Джон:…И затем полностью войти…
Джуди:…В это состояние…
Джон:…И заякорить его. Позвольте этим возможностям, вместе с десятками других возможностей, которые, я надеюсь, приходят вам в голову, выполнить эту задачу… Позвольте им посовещаться во время обеда. Поймите, что мы не отправим вас в это упражнение до тех пор, пока вы не примете соответствующие страховочные меры, маркирующие контекст, чтобы это упражнение было для вас абсолютно безопасным. В том смысле, что вы вернетесь обратно. Я не знаю, с чем вы встретитесь, когда войдете во второе внимание. Важно двигаться самостоятельно. И так же важно иметь напарника, который будет вас сопровождать и держать страховочную веревку, чтобы в случае чего вытащить вас обратно. Именно об этом заботится Виола Лежер, когда настаивает на занавесе, сценарии и директоре.
Женщина: Не похоже ли сфокусированное зрение на фобию?
Джон: Возможно… Просмотрите на этот круг на стене. Глядя на него, в то же время вы легко можете увидеть движение моей руки. Периферийное зрение устроено так, чтобы замечать движение. Сфокусированное зрение призвано распознавать цвет. Скорее всего, то, что вы видите периферийным зрением, кажется вам серым. Это — две разные системы. Есть такие патологии глаз, при которых вы теряете или только сфокусированное, или только периферийное зрение. Это значит, что зрительные сигналы проходят по разным каналам. Другой способ убедиться в этом — в некоторых состояниях легкого транса возникает туннельное зрение, то есть, остается только сфокусированное зрение, периферийное зрение исчезает.
Джуди: Дон Хуан говорит, что следующий шаг после «остановки мира» — «видение», которое он определяет как «реакцию на запросы на восприятия частей мира, находящихся за пределами описания, которое мы научились называть реальностью».
Женщина: Когда вы говорите о создании страховки, вы хотите, чтобы мы могли делать это сами?
Джон:…Да, с помощью наших инструкций и кибернетической петли обратной связи между первым и вторым вниманием — предложения, запроса, предложения, запроса, чтобы убедиться, что у вас есть надежная страховка, прежде чем шагнуть в «остановку мира». И чтобы, в худшем случае, ее можно было мягко потянуть, и она вернула бы вас обратно. Поэтому в течение наших экспериментов важно объединиться с напарником и, возможно, договориться о каком-то сигнале, который даст знать напарнику, что вас пора вытаскивать.
Морин: Я думаю, что у меня уже есть что-то похожее на страховку, но оно очень быстро впадает в панику и вытаскивает меня назад.
Джон: Правильно. Паника — это ваша функция, которая говорит: «Ага! Здесь можно потеряться». Приходилось ли вам управлять гоночной машиной? Если вы управляли гоночной машиной, то при этом тотально вверялись демону. Вам нужно было делать это хорошо. В этом контексте ваше сознание отпускало вас и позволяло расширить определение «я» до самых шин. Основа любого эстетического акта — навык. И наша ответственность — гарантировать, что у вас есть соответствующие инструменты. И при выполнении этих упражнений функция паники может сказать: «Я сижу здесь и готова нажать кнопку, чтобы вернуть вас обратно, но есть критерии, которые мы согласовали, и они говорят, когда — в рамках этих определенных условий — я должна вмешаться». Это позволит вам войти в состояние и исследовать его, не выскакивая тут же назад. Это — важная позитивная функция внутри вас, и я никогда не стал бы ей препятствовать. Я просто хочу показать ей, что для того, чтобы нажать кнопку есть определенные контекстуальные условия.
Морин: Самый важный опыт, через который я прошла — и теперь чувствую, что он был мне необходим, чтобы расширить свои навыки автогонщика — была потеря контроля над машиной. И когда я проходила инструктаж, только после этого инструктор подошел ко мне и сказал: «Ты молодец». И я посмотрела на него и сказала: «Вы с ума сошли!»
Джон:…Но он был прав.
Морин: После этого опыта это стало для меня очевидно.
Джуди: У Кастанеды есть одно понятие, «контролируемая глупость». Полная вовлеченность невозможна, если вы не знаете, каковы самые худшие последствия этого и не готовы их принять. Ваша способность потерять контроль над машиной и выжить при этом, была последним, что вам нужно было знать, чтобы полностью, страстно, на сто процентов отдаться этой деятельности. Вы сделали все, что могли. То есть достигли безупречности. Это — своего рода личная гениальность, а также очень хороший пример расширения «я».
Джон: Некоторые мои части говорят, что в этой точке расширение «я» должно включать еду. Встретимся через полтора часа, и, пожалуйста, приходите вовремя и наденьте свободную одежду, чтобы ничто не стесняло ваших движений, и вы могли полноценно участвовать в том, чем мы займемся в половину четвертого.
Дебора: Вы сказали…, вы сказали одну вещь, и я ее для себя перевела, но не уверена, что это соответствует вашему описанию. Я назвала это «полный обзор, П-О-Л-Н-О-О-Б-З-О-Р» (смех), зрение и…
Джуди: Фокусировка. (Пишет на доске) Мне это нравится — «полнообзор». Однако, как и большинство переводов на язык первого внимания, это совершенно неправильно. (смех) Фокусировка и периферия глаза вызывает различный зрительный опыт. Протяните руки вперед. Закройте левый глаз. Сфокусируйте правый глаз на пальце левой руки и медленно, не отрывая взгляда, чтобы ваш правый глаз продолжал смотреть на палей левой руки, отведите в сторону правую руку. Где-то в районе 10 сантиметров кончик пальца правой руки должен исчезнуть. Если вы этого не заметили, отведите руку еще дальше, а потом верните ее назад. Нет-нет, это слишком далеко. Это происходит примерно вот на таком расстоянии.
