Уже на следующее утро после обнаружение объекта, в лагерь прибыл шеф Службы и с этого времени неотлучно находился здесь. В связи с приездом непосредственного начальника, взявшего в свои руки управление всеми делами, Андрей и Клод оказались вроде как не у дел. Днём, в самую жару, они скрывались в снабжённой кондиционером палатке, а утром, когда жара ещё не наступила и вечером, когда она уже спадала, друзья неприкаянно слонялись по окрестностям и беседовали. Основной темой этих бесед был конус и всё с ним связанное. Каких только безумных предположений не рождали мучающиеся от вынужденного безделья головы. В последнее время доминирующей стала гипотеза о внеземном происхождении объекта. Здесь они, впрочем, были не оригинальны: большинство обитателей палаточного городка придерживалось той же версии.
К вечеру второго дня разговоры о конусе приелись и свой очередной моцион Андрей и Клод совершали в молчании. Взобравшись на большой холм, они в который раз занялись разглядыванием виновника всепланетного переполоха. Никаких видимых изменений за эти неполные двое суток с ним не произошло. Всё того же грязно-белого цвета был конус днём и по-прежнему загадочно мерцал под лунным светом ночью. Странный 'цветок' на его вершине ни на миллиметр ни отклонился от прежнего положения, а люк внизу продолжал манить в неведомые недра.
Андрей вздохнул и уселся на небольшой обломок скалы. Настроение было неважным. Два дня назад он проинформировал шефа о своих ночных похождениях возле объекта. После неизбежного разноса тот потребовал подробного отчёта о каждом шаге в долине. Наибольший интерес Келлера вызвало сообщение о возможном присутствии внутри конуса хозяев, оставивших странноватые следы, и, естественно, люк в стенке, возможно позволяющий проникнуть внутрь объекта. После этого разговора шеф словно перестал замечать двух своих подчинённых. Правда, он был занят целыми днями, да и ночами тоже, но все-таки было обидно. Конечно, Андрей был виноват, но не настолько же. Клод периодически порывался подойти к шефу и выяснить его планы относительно их команды, но Андрей каждый раз отговаривал друга, советуя не торопить событий.
В глубине души он надеялся, что шеф планирует использовать их в операции по проникновению внутрь объекта, а то, что такая операция будет предприниматься, у Андрея не возникало сомнений. Опять же, рассуждал он, если бы Келлер не собирался использовать их здесь в скором будущем, то давно бы отослал отсюда — благо дел в других местах земного шарика у Службы хватало. А забыть о своих, без ложной скромности, лучших инспекторах, он не мог, не смотря на всю свою занятость.
Клод, устроившийся на камне неподалёку, закурил. Лёгкий ветерок, поднявшийся к вечеру, сносил сигаретный дымок на Андрея. Он поморщился и демонстративно махнул ладонью, пытаясь отогнать дым. Жерар не пожелал замечать красноречивого жеста.
— Тебе мама в детстве объясняла, что курение опасно для здоровья? — поинтересовался Горелов.
— Конечно, — Клод смачно затянулся и выпустил изо рта пять идеальной формы колец, а потом пронзил их струйкой дыма. — Между прочим, такое могут проделать немногие, — кивнул он на тающее в воздухе сооружение.
— Достойное зависти достижение, — Андрей изобразил аплодисменты.
— Надо же хоть как-то использовать свои таланты. Иначе, при теперешней курортной жизни совсем деградируешь.
— Кончай ныть. Вспомнит о нас шеф, никуда не денется. Надо же будет кому-то лезть в эту хреновину.
Последнее слово Андрей произнёс по-русски, но Клод его понял. Благо, употреблять русские словосочетания при их нервной работе приходилось часто.
— Оптимист, — Клод стряхнул пепел, который, подхваченный ветерком, оказался на одежде Андрея. — Собственно, почему ты решил, что кто-то куда-то вообще полезет?
— Рассуди сам, — Горелов отряхнулся. — То, что сейчас делают ребята из аналитического отдела, сводится к фиксации, в основном, внешних параметров объекта. Плюс анализ состава, из которого сделана оболочка. Провести внутреннее сканирование, судя по слухам, не удалось — оболочка гасит все виды волн и излучений.
Андрей подбросил на ладони небольшой камушек, поймал, подбросил снова, опять поймал.
— Не мельтеши, — попросил Клод. — И что же дальше?
— А ты заканчивай окуривать, — возмутился наконец Андрей, разгоняя очередное облако дыма.
Клод посмотрел на недокуренную и до половины дорогую (а других он не признавал) сигарету.
— Жалко бросать, — заключил он и поднёс окурок к губам.
Андрей, поймав подброшенный в очередной раз камушек, щелчком послал его в Жерара и выбил из его пальцев сигарету. Клод проследил за полётом дымящегося бычка и постучал согнутым пальцем по голове.
— Сам виноват, — пожал плечами Андрей. — Просил же по-хорошему.
— Нервными все какими стали, — пробурчал Клод.
Минут пять Жерар молча дулся, на шестой минуте не выдержал и снизошёл до небрежного вопроса в продолжение прерванной беседы.
— И ты думаешь, вот так сразу пошлют группу? А ты не забыл, что произошло с экипажем станции и лайнером? Если ты и забыл, то помнит начальство. Его за гибель группы по голове не погладят.
— Пошлют, конечно, не сразу. Вначале наверняка попытаются воспользоваться автоматическим разведчиком, а уж потом, скорее всего, вне зависимости от результата, пошлют группу. А по поводу возможности её гибели… Похоже, мы столкнулись с чем-то совершенно незнакомым, видимо, чужим и скорее всего опасным. Вернее, наверняка опасным. Это уже было продемонстрировано. Что ещё можно ожидать от этой штуки — неясно. Может быть, она уже исчерпала всю свою смертоносную мощь и представляет собой всего лишь пустышку. А если нет? Если объект выкинет ещё что-то подобное в гораздо большем масштабе? Так что возможная гибель нескольких человек в расчёт приниматься не будет — слишком велики ставки.
— Логично, хотя и не слишком жизнерадостно, — согласился Клод и потянулся за сигаретами, однако, перехватив прицеливающийся взгляд Андрея, оставил пачку в покое.
Почесав кончик носа, Клод вздохнул и спросил:
— А, собственно, для чего туда вообще кому-то лезть? Не проще ли сразу шарахнуть по этому чужаку чем-нибудь килотонн на пятьдесят, чтобы уж наверняка? Тем паче, поводов у нас предостаточно, а местность вокруг пустынная — никто больше не пострадает.
— Причина, конечно, есть, — кивнул Андрей. — Однако надо всё же попытаться разобраться в этой ситуации. Бомба — крайний аргумент. Если это пришельцы, что вероятнее всего, то вариант с бомбой чреват — кто знает, нет ли поблизости их друзей, которые могут обидеться на такое отношение к их соплеменникам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
