шерифа. Одна жалоба на неприятелей и с родителями тех состоится серьезный разговор. Но Белла Свон не жаловалась. Она вообще во многом поступала не так, как следует благоразумной девушке…
Розали снова пытается успокоить вспыхнувший огонек раздражения. Помогает Джаспер.
Обобщая, Розали, да и не только ей, прекрасно известно о непростой ситуации Поттеров. Мать поначалу обходила дома с предложениями помочь по хозяйству за символическую плату — та же Лорен, считающая себя королевой школы, любила рассказать, как ее мать выдворила нищую оборванку, опасаясь за сохранность имущества, под хихиканье своих подружек.
Розали, как и все Каллены, предпочитала не вмешиваться в разборки людей, привлекая внимание. Но тогда так и подмывало осадить зарвавшуюся девчонку.
Она жила в любви и ласке родителей, не зная ни голода, ни нужды. Ее внимания пытались добиться чуть ли не все представители мужского пола в школе, за исключением учителей. Лорен напоминала Розали себя в прошлом. Такая же тщеславная, знающая себе цену, с наивными детскими, а где-то чересчур циничными суждениями. Лорен считала, что понимает в этой жизни все и только ее мнение — правильное.
Наверное, поэтому она так сильно Розали раздражала. Потому что она, Розали, уже прошла свой персональный ад, осознала, насколько же ошибалась в своей ограниченной картине мира. Розали уже изменилась, а каждое появление Лорен режет ножом по сердцу.
А миссис Поттер, вопреки злословящим подросткам, которые ни капли трудностей не видели, устроилась сиделкой в обеспеченную семью. И сейчас, как Розали слышала, жила с сыном, пусть не богато, но весьма неплохо.
Раз так, почему ее сын в одиночестве пришел за продуктами? Вопрос не дает Розали покоя. Он ведь ребенок. Такой маленький, беззащитный даже для обычного человека. Розали собирается присмотреть за ним. Так, на всякий случай… но к кассе он подходит вместе с миссис Поттер, помогая паковать продукты.
Женщина выглядит усталой, с этой нездоровой бледностью, тенями под глазами и с ссадиной на шее — Джаспер застывает, не дыша, когда пространство между ними сокращается до десяти метров. Элис дергает его за рукав с детской непосредственностью и указывает на какую-то мелочь. Розали не вслушивается. Главное, что брат отвлекся и не собирается напасть на мать-одиночку посреди толпы людей.
— Какой помощник растет, — со смешинками в голосе говорит Карлайл, когда мальчик дожидается оплаты покупок и подхватывает пакет вперед миссис Поттер.
Так сложилось, что к кассе они с Калленами подошли почти одновременно.
Женщина оглядывается на доктора растерянно и возвращает внимание ребенку.
— Отдай, он же тяжелый, — протягивает она руку.
— Не тяжелее ведра с водой, — мотает головой мальчик и сурово хмурится: — А ты устала. Отдыхай.
— Да кто здесь взрослый, ты или я? — не будь Розали вампиром, истеричных ноток в голосе она бы даже не заметила.
— Взрослая ты, — важно кивает мальчик. — А мужчина здесь я. Я должен о тебе заботиться.
И направляется на улицу, как ни в чем не бывало:
— Пойдем, ты же знаешь, миссис Стоун ждать не любит.
Гарриет какое-то время медлит, потом молниеносным для человека, но ясно различимым для Розали движением стирает капельки слез и идет следом.
— Слушаюсь, — голос звучал без насмешки, горько и устало…
* * *
Внутри заброшенного склада искрится в воздухе пыль, по стенам с облупившейся краской мечется тень, а мелкие камешки шелестят под ногами ослепительно прекрасной женщины с бледной кожей. Ее спутник замер у стены, скрывшись в темноте. Лишь алые глаза лениво следят за передвижениями вампирши.
— Мы должны убить ее! — наконец замирает в центре склада Виктория. — Разорвать на кусочки… Я хочу лично вырвать сердце из ее груди!
— Вспомни, что случилось с Джеймсом, когда он к ней прикоснулся, — хмуро произносит мужчина.
Виктория оборачивается к нему с яростью в глазах. Но за этой яростью скрывается боль, обжигающая и невыносимая — боль от потери самого близкого человека.
— Мы столкнулись с кем-то необычным и невероятно опасным, — продолжает вампир. — Ни разу в жизни не слышал о человеке, способном уничтожить вот так. Без оружия, без огня. Нужно сообщить Вольтури! Появилась угроза для всего общества вампиров, они обязаны отреагировать. Или Калленам… Как минимум следует сообщить Калленам, им невыгодно ее существование в шаге от дома…
Виктория останавливается.
— Лоран… — выдыхает Виктория с презрением и в тот же миг оказывается рядом: — Вольтури, серьезно? Королевскому клану нет никакого дела до нас. Уверена, они и на порог не пустят, не то что захотят выслушать — и это в лучшем случае. Не увидь я своими глазами, на что способна эта проклятая женщина, я бы вообще себе не поверила… Или ты все еще надеешься заслужить расположение Владык?
Виктория издевательски смеется, а после снова принимается наворачивать круги по складу.
— Да и толку от того, что мы расскажем Вольтури… — бормочет она, заламывая руки. — Они убьют ее, конечно, но… Я хочу, чтобы она страдала… Задыхалась от боли… Чтобы во всем мире не осталось никого, кто бы любил ее и кого она любила… Хочу, чтобы она сама возжелала смерти. Чтобы мучилась до последнего вздоха!
— И как ты собираешься это устроить? — Лоран складывает руки на груди.
Он не питал столь сильных чувств к Джеймсу. Досадно, разумеется, что тот погиб — он был ядром их небольшой группы, его сила и скорость помогали в стычках с другими кочевниками. Но его самомнение и садистские наклонности не раз становились источником проблем. И это из-за него они пришли в этот город. «Почуял сногсшибательно прекрасный запах» — Лоран предупреждал, что самоуправство в подконтрольном чужакам месте ничем хорошим не закончится.
— Мы на территории клана Калленов, — его спутница, похоже, совершенно об этом забыла. — Если ты начнешь здесь убивать людей, они примут меры. Их много, Виктория. Даже твой дар в конце концов не поможет выбраться из западни.
— Каллены…. — бормочет женщина. — В этом что-то есть. Пускай сражаются с этим чудовищем вместо нас, пускай уничтожат ее, а потом могут хоть все передохнуть… и территория их станет нашей.
Лоран качает головой. Виктория — достойная пара Джеймсу, даром, что об осторожности никогда не забывает. Но идеи иногда безумнее, чем у партнера. Каким образом она собирается удержать эту территорию в своей собственности, если от каждой стычки убегает? А впрочем ладно, сейчас важно совсем не это…
— Нужно придумать безобидную легенду, которая объяснит, почему мы вообще оказались в этой глуши, — предлагает Лоран, прежде, чем собеседница рванет исполнять затею. — Если они узнают, что мы хотели поживиться тут, реакция… будет непредсказуемой.
— Вот ты и думай как самый благоразумный, — усмехается Виктория.
Лоран готов поспорить,
